Судебная практика ГК РФ

Признавая требование обоснованным, суды руководствовались статьями 333, 382, 390, 807, 809, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и, с учетом фактических обстоятельств допущенного должником длительного нарушения обязательства, а также отсутствия доказательств явной несоразмерности договорной неустойки последствиям такого неисполнения, не усмотрели оснований для ее снижения и включили требование в реестр в заявленном размере.

Удовлетворяя иск, суды руководствовались статьями 15, 393, 1064, 1068, 1079, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации и, исследовав и оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, учитывая доказанность истцом факта столкновения комбайна под управлением работника ответчика со стоящей рядом спецтехникой, размера причиненного вреда, ненадлежащего исполнения ответчиком договорных обязательств, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) ответчика и наступившими последствиями, наличие у истца права требовать возмещения ущерба, пришли к выводу о доказанности истцом совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков в заявленном размере.

Удовлетворяя заявленное требование, суды руководствовались статьей 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 24.06.1998 N 89-ФЗ "Об отходах производства и потребления", Правилами обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 12.11.2016 N 1156 и, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, приняв во внимание обстоятельства, установленные при рассмотрении дела N А69-880/2020, пришли к выводу о наличии оснований для расторжения соглашения, поскольку факт неоднократного нарушения ответчиком как региональным оператором принятых на себя обязательств по обращению с твердыми коммунальными отходами доказан.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении заявленного требования, апелляционный суд, руководствуясь положениями статей 65, 71, 198, 200, 201 АПК РФ, статей 610, 621 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 39.16, 39.6 ЗК РФ, исходил из наличия в договоре согласованного условия о прекращении по истечении срока его действия (пункт 6.6.) и наличия у арендатора обязанности после окончания срока действия договора передать земельный участок арендодателю в состоянии не хуже первоначального по акту приема-передачи в десятидневный срок (пункт 3.4.7).

Разрешая спор и отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, суд округа руководствовался положениями статей 2, 19, 61, 62 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходил из ошибочности вывода судов об отсутствии у должника на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности. При этом отметив, что вопрос о наличии либо отсутствии вреда оспариваемой сделкой, совершенной с заинтересованным лицом, следует исследовать при применении повышенного стандарта доказывания, суд округа направил обособленный спор на новое рассмотрение для установления обстоятельств, имеющих существенное для дела.

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, проанализировав условия спорного договора, руководствуясь статьями 12, 209, 431, 606, 615 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 39.8, 60, 62, 76 Земельного кодекса Российской Федерации, разъяснениями, приведенными постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска Департамента.

в рамках дела о банкротстве закрытого акционерного общества "ТЕКС" (далее - общество "ТЕКС", должник), рассматриваемого по правилам параграфа 7 главы XI Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), унитарная некоммерческая организация в организационно-правовой форме фонда "Фонд защиты прав граждан - участников долевого строительства Московской области" (далее - фонд) обратилась в суд с заявлением о намерении стать приобретателем прав застройщика на земельный участок с находящимся на нем объектом незавершенного строительства и неотделимыми улучшениями и исполнить обязательства застройщика перед участниками строительства, требования которых включены в реестр требований участников строительства.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции, повторно оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался положениями статей 61.2 и 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) с учетом разъяснений, изложенных в пунктах 5 - 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходил из того, что договор заключен с заинтересованным лицом в пределах периода подозрительности при наличии у должника признаков неплатежеспособности и при фактическом отсутствии встречного предоставления.

Суды отказали в признании недействительными договоров строительного подряда от 03.10.2016 и залога имущества от 23.08.2017 в связи с пропуском установленного пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срока исковой давности на оспаривание сделок как не соответствующих Федеральному закону от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (статьям 61.2, 61.3).

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 10, 166, 168, 170, 811 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 61.1, 61.9, 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и исходили из того, что в намерения Пузенко И.С. и должника не входило возникновение фактических правоотношений, порождаемых договором займа, спорные договоры займа являются мнимыми сделками, совершенными с целью создания искусственной кредиторской задолженности для вывода активов из конкурсной массы.

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из того, что спорные договоры совершены в трехлетний период подозрительности, по завышенной стоимости (договоры аренды) и при отсутствии экономической целесообразности их заключения для должника (договор подряда). Представленные в материалы спора документы позволили судам сделать вывод о совершении сделок с фактически аффилированным лицом, которому не могло не быть известно о наличии у должника признаков банкротства, в целях создания формального документооборота для последующего вывода денежных средств, в связи с чем сделки признаны недействительными.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 16, 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статей 824, 827 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из доказанности наличия у должника задолженности перед кредитором в указанном размере, вытекающей из договора факторингового обслуживания, с чем впоследствии согласился суд округа.

Руководствуясь положениями статей 307, 309, 310, 330, 702, 711, 740 - 757 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что доказательства, представленные обществом "СМУ "Юг" в обоснование требований, свидетельствуют о наличии на стороне ответчика задолженности перед истцом в заявленном размере, на сумму которой подлежит начислению неустойка за нарушение сроков оплаты результатов выполненной работы.

Руководствуясь положениями статей 65, 71 АПК РФ, статей 209, 223, 301, 454, 488 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), разъяснениями, изложенными в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", установив право истца на обращение в суд с настоящим иском, признав доказанным факт утраты принадлежащего ему на праве собственности спорного имущества, находящегося в чужом незаконном владении, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 539, 543, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о доказанности вмешательства в работу прибора учета на объекте истца.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 1, 8, 10, 307, 539, 541, 544, 548, 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, Жилищным кодексом Российской Федерации, Правилами технической эксплуатации тепловых энергоустановок, утвержденными приказом Минэнерго России от 24.03.2003 N 115, Правилами, обязательными при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом договоров с ресурсоснабжающей организацией, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 14.02.2012 N 124, Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об утрате ОДПУ горячей воды свойств расчетного.

При названных обстоятельствах, признав отсутствие обстоятельств, свидетельствующих о недействительности договора уступки, руководствуясь статьями 12, 166, 167, 168, 307, 309, 395, 382, 438, 454, 457, 458, 484, 487 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", не усмотрев в действиях цедента и цессионария признаков злоупотребления правом, суды пришли к выводу о доказанности возникновения на стороне завода неосновательного обогащения, удовлетворив первоначальный иск и отклонив встречные требования.

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, проанализировав условия спорного договора, руководствуясь статями 15, 309, 310, 393, 450, 450.1, 606, 611, 614, 617, 622 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 01.04.2020 N 98-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций", постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 N 439 "Об установлении требований к условиям и срокам отсрочки уплаты арендной платы по договорам аренды недвижимого имущества" (далее - постановление N 439), разъяснениями, приведенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", установив ненадлежащее исполнение Обществом (арендатором) обязанности по оплате пользования арендованных по спорному договору помещений, пришли к выводу о наличии оснований для взыскания с арендатора в пользу Учреждения (арендодателя) 606 898 руб. 37 коп. задолженности, начисленной до момента прекращения спорного договора - 27.07.2020, с предоставлением отсрочки по ее уплате в соответствии с постановлением N 439. Суды указали, что поскольку после прекращения договора имущество было освобождено арендатором и не использовалось им, не имеется оснований для его обязания передать это имущество по акту приема-передачи.