Судебная практика ГК РФ

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, приняв во внимание обстоятельства, установленные при рассмотрении дела N А45-931/2020, руководствуясь статьями 15, 309, 310, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 44, 161, 162, 191, 195, 198 Жилищного кодекса, пунктом 14 Порядка и сроков внесения изменений в реестр лицензий субъекта Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 25.12.2015 N 938/ПР, разъяснениями, изложенными в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", суды частично удовлетворили заявленные требования о взыскании упущенной выгоды, исходя из того, что предоставление вместе с уведомлением иных документов, кроме протокола общего собрания собственников, законом не предусмотрено, в связи с чем сведения о МКД в случае своевременной подачи документов ответчиком подлежали включению в реестр лицензий с 01.01.2020.

Руководствуясь положениями статей 309, 310, 329, 330, 702, 711, 720, 746, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, исследовав и оценив представленные доказательства и обстоятельства дела, а также проверив расчет, суды удовлетворили требования подрядчика, установив факт выполнения им работ и признав факт нарушения заказчиком взятых на себя обязательств по их оплате в отсутствие оснований для освобождения от гражданско-правовой ответственности.

При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 15, 307, 393, 330, 702, 708, 711, 715, 720, 721, 723, 758, 762 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая невозможность использования документации для строительства объекта и признав правомерным односторонний отказ заказчика от исполнения договора, суды пришли к выводам об отсутствии у заказчика неисполненного денежного обязательства по оплате работ, о наличии совокупности условий, необходимых для возложения на проектировщика обязанности по возмещению убытков, и удовлетворили встречный иск, отказав в удовлетворении первоначальных требований.

Повторно разрешая спор в обжалуемой части, суды апелляционной инстанции и округа, руководствуясь статьями 10, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 57, 78, 129, 164 Трудового кодекса Российской Федерации, исходили из того, что установление заявителю несоразмерно высокой компенсации за расторжение трудового договора носило произвольный характер, не имело разумного экономического обоснования в условиях нахождения должника в тяжелом финансовом положении, свидетельствовало о злоупотреблении правом и направленности на причинение имущественного вреда кредиторам, в связи с чем признали недействительным оспариваемый пункт соглашения, правомерно применив последствия его недействительности.

определением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 31.05.2021 завершена процедура реализации имущества гражданина Перешеина Сергея Владимировича; должник не освобожден от дальнейшего исполнения обязательств перед Федеральной налоговой службой в лице Управления Федеральной налоговой службы по Республике Марий Эл по обязательным платежам третьей очереди реестра требований кредиторов в сумме 13 506 рублей 53 копеек и перед открытым акционерным обществом АКБ "Пробизнесбанк" в лице конкурсного управляющего - государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" в части требований, включенных в третью очередь реестра требований кредиторов по денежным обязательствам, в сумме 837 517 рублей 13 копеек, а также требований, перечисленных в пунктах 5, 6 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии с положениями главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьями 60, 110, 111, 131, 138 и 139 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статей 250 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из наличия у Царегородцева И.В. и Писаревой М.И. преимущественного права на приобретение имущества должника, находящегося в их общей долевой собственности, с чем впоследствии согласился суд округа.

Рассматривая спор, суд первой инстанции, с выводами которого согласились суды апелляционной инстанции и округа, исследовав и оценив представленные доказательства, в том числе заключение судебной строительно-технической экспертизы, по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статей 309, 431, 720 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что общество "МедГазСтрой" выполнило работы и закупило материалы на сумму, превышающую размер перечисленного обществом "СМУ N 16" аванса, работы по договору не могли быть завершены в полном объеме в связи с тем, что для работ была передана часть объекта, таким образом, требования о взыскании неосновательного обогащения являются необоснованными, а требования о взыскании задолженности по оплате результата выполненных работ подлежат удовлетворению. В части требований о взыскании неустойки суд признал обоснованными требования о взыскании неустойки за просрочку оплаты, во взыскании неустойки за нарушение срока оплаты авансового платежа отказано, поскольку такая санкция условиями договора не предусмотрена.

Суды исследовали и оценили поведение должника в процедурах банкротства и установили условия для применения правил пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" для освобождения от исполнения обязательств.

Иная оценка кредитором действий должника противоречит установленным обстоятельствам и не создает оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

Разрешая спор, суды трех инстанций руководствовались положениями статей 3, 6, 7, 16, 33, 48, 71, 134, 137 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 12 Федерального закона от 27.07.2010 N 193-ФЗ "Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)" и исходили из того, что требования кредитора подтверждены нотариально удостоверенным медиативным соглашением от 02.09.2020 N 74АА4969634, имеющим силу исполнительного документа, и не удовлетворены должником.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь положениями статей 10 и 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в актуальных редакциях), исходили из доказанности совокупности условий, необходимых для привлечения Савченко А.В. и Литвина И.Я., являвшихся контролирующими должника лицами, к субсидиарной ответственности по обязательствам последнего в солидарном порядке, в том числе указав на неисполнение Савченко А.В. обязанности по передаче документации должника, что повлекло затруднения в формировании конкурсной массы.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суды, руководствуясь положениями статей 15, 929, 931, 963 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 9 статьи 24.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", Закона Российской Федерации от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации", разъяснениями, изложенными в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, пункте 32 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, принимая во внимание обстоятельства, установленные по результатам рассмотрения дел N А40-326394/2019, А27-20782/2014, пришли к выводу о наличии совокупности условий для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 20.3, 60, 134 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", и не усмотрели оснований для признания действий (бездействия) конкурсного управляющего незаконными. Кроме того, суды констатировали, что Ежов С.С. отстранен от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего должником.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 23.09.2021, оставленным без изменения постановлением суда кассационной инстанции от 09.12.2021, определение от 16.08.2021 изменено, отказано в признании незаконным бездействия конкурсного управляющего Бирюкова А.С., выразившегося в необращении после обнаружения факта недостаточности имеющегося у должника имущества для осуществления расходов по делу о банкротстве с заявлением в суд о прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), в остальной части определение оставлено без изменения.

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего должником, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (с учетом разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"), и исходили из пропуска годичного срока исковой давности для оспаривания прикрываемой сделки.

Разрешая спор, суды, руководствуясь положениями статьи 20.6 Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из отсутствия причин для удовлетворения требований Стреколовской В.А. по заявленным основаниям.

Выводы судов соответствуют нормам права, оснований для переоценки этих выводов не имеется. Нарушений норм процессуального права, влекущих за собой безусловную отмену обжалуемых судебных актов, судами не допущено.

Руководствуясь статьями 61.1, 61.2, 61.8, 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Закона о банкротстве", оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и установив реальность правоотношений, отсутствие у сторон договора цели сокрытия от кредиторов должника истинных мотивов своего поведения, направленного на безосновательное получение активов конкурсной массы, в отсутствие оснований для квалификации договора в качестве мнимой сделки и принимая во внимание недоказанность ее заключения с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, суды отказали в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Признавая правомерными выводы суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения требований компании (подрядчик) о взыскании 103 235 рублей 64 копейки договорной компенсации, суд апелляционной инстанции, действуя в пределах осуществления полномочий, предоставленных ему статьями 268, 269 Кодекса, повторно исследовав и оценив доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь статьями 421, 450.1, 779, 782 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что договор расторгнут по инициативе заказчика, условиями договора предусмотрена компенсация подрядчику за односторонний отказ от договора, между тем, поскольку ее размер является чрезмерно высоким, не отвечает балансу интересов сторон, размер компенсации обоснованно снижен судом первой инстанции. При этом апелляционный суд также взыскал с ответчика 37 233 рубля 33 копейки убытков в связи с оплатой экспертного освидетельствования лифтов, поскольку, установив, что соответствующие услуги фактически оказаны и необходимы в рамках спорного договора, пришел к выводу о праве подрядчика взыскать понесенные затраты.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд, руководствуясь положениями статей 12, 222, 260, 263, 264, 395, 606, 614, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 1, 7, 40, 41, 65 Земельного кодекса Российской Федерации, статей 1, 2, 8, 9, 30, 36, 44, 47, 48, 51, 55 Градостроительного кодекса Российской Федерации, статьи 3 Федерального закона от 17.11.1995 N 169-ФЗ "Об архитектурной деятельности в Российской Федерации", пунктами 22, 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", пришел к выводу об удовлетворении иска в части признания спорного объекта недвижимости самовольной постройкой и возложении обязанности на предпринимателя снести указанный объект; взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами с учетом применения срока исковой давности и отказал во встречном иске.

Удовлетворяя первоначальные исковые требования и отказывая в удовлетворении встречного иска, суд первой инстанции руководствовался статьями 15, 309, 310, 329, 330, 393, 702, 715, 753, 763, 768 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров", и исходил из того, что работы подрядчиком выполнены до отказа заказчика от исполнения обязательств по контракту, доказательств оплаты выполненных работ ответчиком не представлено, просрочка выполнения работ по контракту допущена не по вине подрядчика, а по вине заказчика в связи с предоставлением проектной документации с существенными недостатками, что явилось причиной неоднократной и вынужденной приостановки выполнения работ.