Судебная практика ГК РФ

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 309, 311, 312 названного Кодекса и разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 N 52 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре вступивших в законную силу судебных актов по новым обстоятельствам исходя из того, что Конституционный Суд Российской Федерации не признавал положения пункта 2 статьи 65.3, пункта 1 статьи 123.10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) и части 1 статьи 168 АПК РФ не соответствующими Конституции Российской Федерации и не выявлял в результате конституционного судопроизводства иной конституционно-правовой смысл вышеуказанных норм.

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 10, 12, 166, 167, 168, 195, 196, 199, 200, 301, 302, 449, 552, 1102, 1103 1104, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 1, 35 Земельного кодекса Российской Федерации, разъяснениями, приведенными в пунктах 32, 34, 35, 36, 39, 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", отклонив заявление ответчиков о пропуске истцами срока исковой давности, пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований Прокурора и Управления Росимущества.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив нарушение истцом обязательств по договору охраны, выразившееся в беспрепятственном проникновении на объект 3 категории террористической опасности "условного террориста" с муляжом взрывного устройства, руководствуясь положениями статей 307, 309, 310, 329, 330, 333, 381.1, 779, 781, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводам о соразмерности выставленного штрафа последствиям нарушения обязательства, отсутствии оснований для снижения размера неустойки (штрафа) и взыскания неосновательного обогащения.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и признавая решение антимонопольного органа не соответствующим действующему законодательству, руководствовался статьями 198, 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 49 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Закона о закупках отдельными видами юридических лиц, Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения", Федерального закона от 04.05.2011 N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности", Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", Перечнем видов работ и услуг, составляющих медицинскую деятельность, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 N 291, и исходил из того, что поскольку работы по дезинфектологии, являющиеся предметом закупки, направлены на охрану здоровья граждан, они входят в понятие медицинской деятельности, а их выполнение требует получения лицензии.

Принимая обжалуемые судебные акты, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями статей 702, 711, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходили из того, что установленные договором условия обществом не исполнены, результат выполнения работ также не был передан заказчику (фирме) в установленном порядке, при этом представленные односторонние акты, составленные спустя два года, не могут подтверждать выполнение работ по договору.

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, проанализировав условия заключенного сторонами договора от 25.06.2019 N 22-1-19 аренды нежилого помещения, руководствуясь статьями 15, 381.1, 611, 612, 621, 1079, 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, учтя конкретные установленные по делу обстоятельства, пришли к выводу об отсутствии оснований для обязания истца (арендодателя) вернуть Обществу (арендатору) обеспечительный залог, внесенную им арендную плату, уплаченный штраф и, как следствие, для взыскания с арендодателя начисленных на сумму долга процентов за пользования чужими денежными средствами и расходов на проведение экспертизы. Суды исходили из недоказанности Обществом того, что оно вернуло истцу арендованное по договору от 25.06.2019 имущество или арендодатель уклонялся от его приема, не использовало или не могло использовать в период аренды это имущество в том числе по вине арендодателя, а также недоказанности наличия оснований для освобождения арендатора от присужденного на основании условий договора штрафа в размере 5000 руб.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признав доказанным несоответствие сведений о наименовании перевозимого груза в железнодорожных накладных, что привело к занижению размера провозных платежей, руководствуясь положениями статей 23, 25, 27, 98 Федерального закона от 10.01.2003 N 18-ФЗ "Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации", статьями 784, 785, 793 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу о наличии оснований для применения к ответчику меры ответственности в виде штрафа.

Отказывая в удовлетворении заявления и отменяя определение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции, повторно оценив представленные по делу доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался положениями статей 20.3, 20.4, 110 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из недоказанности совокупности условий, необходимых для взыскания с ответчика убытков, с чем впоследствии согласился суд округа.

Оценив и исследовав представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, руководствуясь положениями статей 196, 200, 202, 309, 310, 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 161, 162 Жилищного кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 23.11.2009 N 261-ФЗ "Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", пришли к выводу о частичном удовлетворении исковых требований, с учетом пропуска срока исковой давности.

Удовлетворяя первоначальный иск, суды, исследовав представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, руководствуясь статьями 309, 310, 395, 486, 506, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), исходили из подтверждения факта поставки товара обществу, которое не исполнило своих обязательств по оплате.

Отказывая в удовлетворения иска, суды руководствовались статьями 309, 330, 401, 431, 763, 768 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", приняли во внимания условия государственного контракта и исходили из того, что оснований для взыскания с ООО "ЛайфИТ" неустойки не имеется в виду отсутствия его вины в неисполнении обязательств. Суды нашли, что согласно государственному контракту общество обязалось обеспечить присутствие своего сотрудника в круглосуточном режиме по заявкам управления, однако на протяжении 2 этапа раздела I Календарного плана таких заявок от управления не поступало.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что на дату заключения спорного договора аренды земельного участка предприятие уже не являлось собственником объекта незавершенного строительства, а сам договор заключен с нарушением земельного законодательства, суд пришел к выводу, что основания для предоставления предприятию земельного участка, занятого данным объектом недвижимости, отсутствовали, и, руководствуясь пунктами 1, 3 статьи 166, пунктом 1 статьи 167, пунктом 2 статьи 168, статьей 433 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 6 части 8 статьи 39.8, статьей 39.20 Земельного кодекса Российской Федерации, разъяснениями пунктов 74 и 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", удовлетворил требования общества как собственника объекта незавершенного строительства на день рассмотрения спора, отказав в удовлетворении требований предпринимателя.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьей 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", суды пришли к выводу о недоказанности наличия обстоятельств, позволяющих признать должника добросовестным и освободить его от исполнения обязательств.

Рассмотрев обстоятельства данного спора и представленные доказательства, в том числе, заключение судебной финансово-экономической экспертизы, заключение дополнительной судебной финансово-экономической экспертизы суды, руководствуясь статьями 15, 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", удовлетворили иск в части взыскания 8 582 644 рубля 24 копейки убытков с лица, входившего в состав органов юридического лица, исходя из доказанности совокупности условий, необходимых для привлечения руководителя хозяйственного общества к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков в указанной сумме. Во взыскании остальной части требований отказано ввиду недоказанности наличия состава убытков в соответствующей сумме по спорным эпизодам.

Частично удовлетворяя первоначальные исковые требования, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых впоследствии согласился суд округа, руководствовались статьями 309, 310, 329, 330, 331, 432, 450, 450.1, 469, 475, 476, 514, 665, 670 Гражданского кодекса Российской Федерации и, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, исходили из доказанности обществом факта поставки заводом товара, не соответствующего условиям договоров, - с наличием производственных недостатков, в результате которых он не может быть использован в том объеме и для тех целей, для которых приобретался.