Судебная практика ГК РФ

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительными торгов и договора купли-продажи, суды руководствовались статьями 181, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", и исходили из пропуска заявителем срока исковой давности. При этом судами установлено, что нарушений порядка и процедуры проведения торгов по реализации имущества должника не допущено, реализация спорной квартиры производилась на торгах в рамках исполнительного производства на основании вступившего в законную силу судебного акта об обращении взыскания на заложенное имущество, которым установлена начальная продажная цена квартиры, победитель торгов является добросовестным приобретателем квартиры, не обладающим признаками заинтересованности по отношению к должнику.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из наличия исключений для освобождения должника от обязательств перед кредиторами, предусмотренных абзацем четвертым пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, установив недобросовестное поведение должника, выразившееся в злостном уклонении от уплаты задолженности (в том числе путем сокрытия активов через заключение брачного договора), наращивании кредиторской задолженности без намерения ее погасить, сокрытии от финансового управляющего информации об источниках дохода и увольнении с места работы, расходовании денежных средств, получении из конкурсной массы прожиточного минимума в период после увольнения.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьей 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", суды пришли к выводу о недоказанности наличия обстоятельств, позволяющих признать должника добросовестным и освободить его от исполнения обязательств перед кредиторами.

Прекращая производство по апелляционной жалобе, апелляционный суд руководствовался положениями статей 42, 223, 257, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 34, 35 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, данными в пунктах 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", и исходил из того, что Третьяков А.В. лицом, участвующим в деле или арбитражном процессе по делу о банкротстве, не являются, обжалуемое им определение суда первой инстанции выводов о его правах не содержит, какие-либо обязанности на него не возлагает, в связи с чем Третьяков А.В. не является лицом, обладающими правом на обжалование указанного судебного акта применительно к положениям статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались статьями 9, 313, 421, 431, 779, 781, 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", и исходили из того, что ответчиком заключены аналогичные по своему содержанию договоры транспортной экспедиции с истцом и с третьим лицом, истец и третье лицо являются аффилированными компаниями, факт сверхнормативного использования фитинговых платформ допущен как истцом, так и третьим лицом, в каждом из выставленных счетов были поименованы все контейнеры с грузом, ответчик правомерно принял платеж от истца, исполнившего обязательство за третье лицо перед ответчиком, в связи с чем на стороне ответчика неосновательное обогащение отсутствует.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из отсутствия обстоятельств, препятствующих применению в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, не усмотрев в действиях должника недобросовестного поведения, умышленного уклонения от исполнения обязательств перед кредитором, не установив признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Условия продажи имущества определены залоговым кредитором, выразившим намерение на удовлетворение требования за счет продажи предмета залога, что основано на законе (статьи 138, 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

Таким образом, при самостоятельном распоряжении залоговым кредитором законными правами у судов отсутствовало основание для вменения финансовому управляющему невыявления иного имущества для погашения долга перед таким кредитором, на что правомерно ими указано.

Суд также отметил, что сам по себе факт управления Парфеновым А.А. автомобилем на момент исследуемого дорожно-транспортного происшествия не может свидетельствовать о том, что именно водитель являлся владельцем источника повышенной опасности в смысле, придаваемом данному понятию в статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку отсутствуют доказательства реальности договора аренды от 20 декабря 2021 г., заключенного Шкирей Е.М. с Парфеновым А.А.

При принятии судебных актов суды апелляционной и кассационной инстанций руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из отсутствия обстоятельств, препятствующих применению в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, не усмотрев в действиях должника недобросовестного поведения, умышленного уклонения от исполнения обязательств перед кредитором, не установив признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 309, 310, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 24.07.2007 N 209-ФЗ "О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации" (далее - Закон о малом и среднем предпринимательстве), постановления Правительства Москвы от 25.12.2012 N 800-ПП "О мерах имущественной поддержки субъектов малого предпринимательства, арендующих объекты нежилого фонда, находящиеся в имущественной казне города Москвы" (далее - постановление N 800-ПП).

Удовлетворяя исковые требования, суды руководствовались статьями 309, 310, 330, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика (потребитель) от оплаты электрической энергии, поставленной истцом (гарантирующий поставщик).

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались статьей 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", и исходили из того, что дочь должника не достигла 23-летнего возраста, является студенткой очной формы обучения, не имеет самостоятельного дохода и находится на иждивении своих родителей. Изменяя решение суда первой инстанции и определяя начало периода исключения денежных средств - с даты подачи заявления об исключении имущества из конкурсной массы, суд апелляционной инстанции исходил из того, что исключение денежных средств на содержание лица, находящегося на иждивении должника, за прошлые периоды недопустимо, так как данные денежные средства являются целевыми, что не предполагает накопления таких средств за истекший период.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из наличия исключений для освобождения должника от обязательств перед кредитором, предусмотренных абзацами третьим и четвертым пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, установив недобросовестное поведение должника, направленное на сокрытие сведений о своем имуществе (транспортных средствах), уклонение от уплаты налогов при наличии финансовой возможности погашения задолженности.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 20.3, 20.4, 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из недоказанности наличия совокупности обстоятельств, необходимой для привлечения финансового управляющего к ответственности в виде взыскания убытков, учитывая, что несогласие должника с процессуальной позицией финансового управляющего, при наличии у должника права на участие в судебных разбирательствах и представление возражений, не является достаточным основанием для установления факта причинения убытков.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 845 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 309, 310, 329, 332, 333, 399, 401, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения первого ответчика (потребитель) от ответственности за нарушение сроков исполнения им денежного обязательства.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" разъяснено, что в состав имущества, подлежащего разделу, включается общее имущество супругов, имеющееся у них в наличии на время рассмотрения дела либо находящееся у третьих лиц.

Определением Арбитражного суда Курганской области от 03.05.2023 процедура реализации имущества должника завершена, к должнику применены положения п. 3 ст. 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) об освобождении гражданина от обязательств.