Судебная практика ГК РФ

При принятии обжалуемых судебных актов суды руководствовались положениями статей 31, 66, 69 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", постановлением Правительства Российской Федерации от 04.02.2015 N 99 "Об установлении дополнительных требований к участникам закупки отдельных видов товаров, работ, услуг, случаев отнесения товаров, работ, услуг к товарам, работам, услугам, которые по причине их технической и (или) технологической сложности, инновационного, высокотехнологичного или специализированного характера способны поставить, выполнить, оказать только поставщики (подрядчики, исполнители), имеющие необходимый уровень квалификации, а также документов, подтверждающих соответствие участников закупки указанным дополнительным требованиям" (далее - Постановление N 99).

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства, руководствуясь положениями статей 198, 200, 201 АПК РФ, статьи 1483 ГК РФ, Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления общества, не согласившись с выводом Роспатента о сходстве спорного обозначения и противопоставленных товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации N 595567, N 396287 и N 538662 указав, что спорное обозначение и противопоставленные товарные знаки производят разное общее зрительное впечатление и не ассоциируются друг с другом в целом.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, квалифицировав спорный договор как договор на оказание транспортно-экспедиционных услуг и установив, что сторонами при его заключении достигнуто соглашение по всем существенным условиям, признав доказанным факт оказания услуг, руководствуясь статьями 309, 310, 395, 432, 801, 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 30.06.2003 N 87-ФЗ "О транспортно-экспедиционной деятельности", Федерального закона от 08.11.2007 N 259-ФЗ "Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 26 "О некоторых вопросах применения законодательства о договоре перевозки автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортной экспедиции", суды пришли к выводу о необоснованности иска.

Оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, установив факт обнаружения недостатков в выполненных подрядчиком работах в период действия гарантийного срока, несоблюдение подрядчиком технологии производства работ, уклонение подрядчика от устранения недостатков и документальное подтверждение заказчиком несения расходов на их устранение, руководствуясь статьями 15, 393, 702, 720, 721, 722, 723, 724, 755 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды удовлетворили первоначальный иск, определив стоимость устранения недостатков на основании независимого экспертного заключения.

При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 307, 421, 431, 702, 708, 711, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая отражение сторонами операций по выполнению работ при сдаче налоговой отчетности, суды пришли к выводу о недоказанности возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения и отказали в удовлетворении иска.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные в материалы обособленного спора доказательства по правилам статей 65, 71 АПК РФ и руководствуясь положениями статей 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", исходили из того, что заявленные требования подлежат включению в реестр, поскольку подтверждены надлежащим доказательствами, а срок для предъявления требований в ходе конкурсного производства не пропущен.

Разрешая спор, суды сослались на положения статей 20.3, 20.7, 60, 61.2, 138 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из того, что в материалы дела представлены достаточные доказательства выполнения компанией возложенных на нее обязанностей и проведения мероприятий, связанных с организацией торгов. В связи с этим суды пришли к выводу о недоказанности конкурсным управляющим факта неравноценного встречного исполнения в результате совершения оспариваемой сделки.

Удовлетворяя заявление и признавая недействительными решения собрания кредиторов от 16.11.2020 в части первого и второго дополнительных вопросов повестки дня, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 12, 15, 60, 213.8 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из того, что решения собрания кредиторов нарушают права и законные интересы лиц, участвующих в деле о банкротстве, поскольку информация о вынесении на повестку дня дополнительных вопросов о заключении мирового соглашения и избрании представителя собрания кредиторов не была донесена до кредитора ООО "Союзнедра" и самого должника Рожецкого В.Б., проект мирового соглашения на собрании кредиторов не представлен, не представлено обоснование, за счет какого имущества планируется погашение требований кредиторов и в каком порядке.

Оценив представленные доказательства в совокупности и взаимной связи, руководствуясь положениями статей 328, 453, 702, 708, 721, 723, 753, 758, 763, 766 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии у учреждения обязательств по оплате работ, выполненных обществом по объему и качеству в соответствии с условиями договора, на сумму 212 352 рублей, с учетом уменьшения стоимости выполненных работ на сумму расходов на устранение недостатков. При этом суд исходил из фактов выполнения обществом работ по разработке проектной документации, передачи проектной документации заказчику (учреждение), а также расторжения договора подрядчиком, принимая во внимание выводы экспертизы о наличии недостатков в выполненных подрядчиком работах, отсутствие мотивированных возражений относительно качества выполненных работ и недостатков, которые не были бы учтены при проведении экспертизы, в отсутствие доказательств невозможности использования результата работ, учитывая принцип возмездности и эквивалентности встречных предоставлений.

Оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, установив наличие задолженности по оплате выполненных подрядчиком работ, взыскивая сумму существующей задолженности и неустойку по требованиям сторон, суды руководствовались статьями 309, 329, 330, 702, 711, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из того, что предусмотренная пунктами 13.3 и 13.1 договора мера ответственности за нарушение генеральным подрядчиком сроков оплаты работ и нарушение подрядчиком сроков выполнения работ в виде неустойки в удовлетворенном размере применительно к каждому нарушению соответствует условиям договора и последствиям нарушения сторонами обязательств.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соотнеся баланс интересов, проверив расчеты сторон, суд первой инстанции произвел перерасчет и пришел к выводу, что финансовый результат сделки составляет убыток на стороне лизингодателя в размере 1 279 262, 54 руб., на основании чего, руководствуясь статьями 15, 309, 310, 395, 450, 453, 614, 625 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассмотрев финансовые взаимоотношения сторон с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" (далее - постановление N 17), требования удовлетворил в указанной части.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд, руководствуясь частью 1 статьи 12.1, пунктом 1 статьи 23 Федерального конституционного закона от 21.03.2014 N 6-ФКЗ "О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя", пунктом 3 постановления Государственного Совета Республики Крым от 17.03.2014 N 1745-6/14 "О независимости Крыма", статьей 8, частью 1 статьи 2, частью 2 статьи 25 Закона города Севастополя от 30.04.2014 N 5-ЗС "О Правительстве Севастополя", статьями 1, 3, 6, 8 Закона города Севастополя от 07.08.2014 N 56-ЗС "Об основах управления государственным имуществом города Севастополя", Законом Севастополя от 25.07.2014 N 44-ЗС "О государственном имуществе города Севастополя", распоряжением Правительства Севастополя от 17.09.2014 N 217 "О вопросах управления собственности города Севастополя" и обеспечения деятельности вновь созданного ГУП г. Севастополя "Управляющая компания оптово-розничного торговых комплексов Севастополя", распоряжением Правительства Севастополя 25.09.2014 N 244 "О закреплении имущества за ГУП г. Севастополя "Управляющая компания оптово-розничных торговых комплектов Севастополя", статьями 299, 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями пунктов 32, 34, 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 07.11.2017 N 26-П, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Исследовав и оценив в совокупности и взаимной связи представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, установив, что совокупность существенных признаков промышленного образца по спорному патенту, нашедшая отражение на изображениях внешнего вида изделия, производит на информированного потребителя такое же общее впечатление, как и совокупность признаков внешнего вида введенного в гражданский оборот изделия, мотивированно согласившись с выводом Роспатента о том, что спорный промышленный образец не соответствует предусмотренному пунктом 3 статьи 1352 Гражданского кодекса Российской Федерации условию патентоспособности "оригинальность", суд, руководствуясь статьями 198, 200 АПК РФ, Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации промышленных образцов, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 30.09.2015 N 695, не нашел оснований для признания решения Роспатента недействительным.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд установил факт непрерывного пользования обществом на основании договора аренды от 21.04.2010 N 53-с земельным участком с кадастровым номером 61:02:0600012:712, являющимся частью земельного участка с кадастровым номером 61:02:0600012:285, и, руководствуясь положениями статей 198, 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 10 Федерального закона от 24.07.2002 N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения", подпункта 9 пункта 2 статьи 39.3, статьей 39.16, 39.17 Земельного кодекса Российской Федерации, пришел к выводу, что оспариваемое решение комитета является незаконным и нарушает права и законные интересы общества в сфере экономической деятельности.

При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 183, 309, 330, 716, 717, 719, 753, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, признав правомерным односторонний отказ заказчика от исполнения договора, исходя из отсутствия доказательств возврата заказчику перечисленного аванса либо встречного предоставления на всю сумму аванса, суды пришли к выводу об отсутствии у подрядчика оснований для удержания денежных средств, возникновении на его стороне неосновательного обогащения, удовлетворив иск.

Отказывая в удовлетворении иска, суды руководствовались положениями статей 15, 393, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о недоказанности истцом факта причинения убытков в результате действий (бездействия) ответчиков.

При этом пункт 1.3 договора от 17.02.2020 содержит указание на то, что ограничения (обременения) прав на передаваемое имущество отсутствуют (подлежат снятию) в силу требований пункта 1 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).