Судебная практика ГК РФ

При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 309, 329, 330, 395, 421, 702, 711, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу о том, что мера ответственности за просрочку выполнения работ в виде неустойки, предусмотренная пунктом 7.5.1 договора, в заявленном размере соответствует его условиям и последствиям нарушения обязательств, взыскав также проценты за пользование чужими денежными средствами.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, квалифицировав спорный договор как договор подряда, установив факт перечисления обществом в пользу компании денежных средств по договору, его прекращения и отсутствие доказательств надлежащего выполнения компанией работ либо возврата суммы полученных ею денежных средств, руководствуясь статьями 328, 330, 405, 702, 708, 703, 715, 721, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении первоначальных исковых требований и удовлетворения встречных требований, с чем впоследствии согласился суд округа.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, руководствовались статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из недоказанности аффилированности участников сделок, наличия сговора о совместных действиях с целью причинения вреда кредиторам должника, учитывая, что заключение сделок по отчуждению имущества происходило в течение длительного времени и указали на отсутствие оснований для квалификации цепочки сделок как единой сделки по выводу имущества из конкурсной массы должника. При этом суды установили, что должник получил равноценное встречное представление.

Отменяя определение суда первой инстанции и удовлетворяя заявление агентства, суд апелляционной инстанции руководствовался статьями 61.3, 61.4, 189.40 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из того, что в результате совершения спорных перечислений менее чем за месяц до даты назначения временной администрации банка произошло преимущественное удовлетворение требований одного кредитора (фонда) перед иными кредиторами банка; при этом суд пришел к выводу, что оспариваемые операции выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности банка, с учетом установленных судом связанности фонда и банка, а также нетипичности спорных операций для фонда как клиента банка.

Прокурор Люберецкой городской прокуратуры со ссылкой на статьи 1064, 1081, 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации просил суд взыскать с Калмыкова П.Ю. как с виновного в смерти Королева Ю.Ю. лица в пользу Королевой Н.С. и ее несовершеннолетних детей Королевой М.Ю. и Королевой Д.Ю. денежные выплаты в возмещение вреда в связи со смертью кормильца в следующих размерах: в пользу Королевой Н.С. единовременно за период с 25 октября 2018 г. по 30 ноября 2019 г. сумму в размере 632 623,26 руб., ежемесячные выплаты в возмещение вреда в связи со смертью кормильца в размере 42 944,50 руб., начиная с 1 декабря 2019 г. и до достижения несовершеннолетней Королевой Д.Ю. трехлетнего возраста; в пользу Королевой М.Ю. единовременно за период с 25 октября 2018 г. по 30 ноября 2019 г. сумму в размере 632 623,26 руб., ежемесячные выплаты в возмещение вреда в связи со смертью кормильца в размере 42 944,50 руб., начиная с 1 декабря 2019 г. и до достижения Королевой М.Ю. совершеннолетия, а в случае обучения - до окончания учебы в учебном учреждении по очной форме обучения, но не более чем до 23-х лет, с последующей индексацией; в пользу Королевой Д.Ю. единовременно за период с 10 марта по 30 ноября 2019 г. сумму в размере 374 032,74 руб., ежемесячные выплаты в возмещение вреда в связи со смертью кормильца в размере 42 944,50 руб., начиная с 1 декабря 2019 г. и до достижения Королевой Д.Ю. совершеннолетия, а в случае обучения - до окончания учебы в учебном учреждении по очной форме обучения, но не более чем до 23-х лет, с последующей индексацией.

Оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса, руководствуясь статьями 309, 310, 329, 330, 421, 431, 596, 508, 525 - 527, 531 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", установив однократность допущенной просрочки исполнения ответчиком обязательств, правильность и обоснованность составленного ответчиком с учетом объема фактически исполненных обязательств контррасчета неустойки и ее последующую уплату, недоказанность вины ответчика вследствие указания в заключенном контракте утратившего силу ГОСТ 50574-2002 и последующего внесения в контракт изменений без продления срока его исполнения, суды обоснованно отказали в удовлетворении иска.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды руководствовались положениями статей 421, 422, 621 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 17.1 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции", разъяснениями, содержащимися в пунктах 4.2, 4.5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 N 73 "Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды", и исходили из того, что соответствие размера арендных платежей, определенного на момент первоначального заключения договора аренды и предложенного обществом при обращении с заявлением о продлении срока аренды, рыночным ставкам, действующим на момент истечения срока договора, не доказано.

Как установлено судами, платежи оспорены на основании статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) как сделки с предпочтением.

Разрешая обособленный спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, учли разъяснения, изложенные в пунктах 1 и 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из недоказанности конкурсным управляющим из того, что в период с 17.05.2018 по 12.10.2018 Коновалов А.С. знал либо должен был знать о неплатежеспособности должника или о недостаточности его имущества.

Удовлетворяя исковые требования, суд апелляционной инстанции, поддержанный судом округа, руководствовался статьями 130, 195, 200, 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 1, 51, 62 Градостроительного кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 17.11.1995 N 169-ФЗ "Об архитектурной деятельности в Российской Федерации", разъяснениями, данными в пунктах 22, 26, 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", учел правовые позиции, сформулированные в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017, а также выводы экспертных заключений, подготовленных по результатам судебных экспертиз, и исходил из наличия оснований для признания спорного объекта самовольной постройкой, отклонив заявление общества о пропуске срока исковой давности.

Как следует из судебных актов, управлением выявлено ненадлежащее исполнение Наймаером В.В. обязанностей арбитражного управляющего муниципального унитарного предприятия Черлакского района Омской области "Теплокоммунэнерго", установленных статьями 13, 16, 143 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктом 1 Общих правил ведения арбитражным управляющим реестра требований кредиторов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 09.07.2004 N 345, пунктом 1.5 Методических рекомендаций по заполнению типовой формы реестра требований кредиторов, утвержденных Приказом Минэкономразвития Российской Федерации от 01.09.2004 N 234, пунктами 4, 5, 11 Общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22.05.2003 N 299, требований по заполнению Типовых форм отчетов (заключений) арбитражного управляющего, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.08.2003 N 195, а именно: неисполнение обязанности по включению в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве информационного сообщения об организации и проведении 19.06.2020 очередного собрания кредиторов должника; неуказание фамилии, имени и отчества представителей кредиторов юридических лиц в реестрах требований кредиторов должника по состоянию на 25.11.2019 и 17.03.2020; указание неполной информации в отчете конкурсного управляющего о своей деятельности и о ходе проведения конкурсного производства по состоянию на 25.11.2019; указание неполной информации в отчете конкурсного управляющего о своей деятельности и о ходе проведения конкурсного производства по состоянию на 17.03.2020.

Руководствуясь статьями 330, 332, 539, 543, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442 (далее - Основные положения), Правилами технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденными приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 13.01.2003 N 6, суды оценили представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и пришли к выводу о доказанности факта безучетного потребления электрической энергии ответчиком в связи с несоблюдением установленных сроков извещения о неисправности измерительного комплекса, выразившегося в разрыве вторичных цепей напряжения фаз АВС.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 100, 142, 213.7, 213.9, 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из обоснованности требования ввиду доказанности наличия и размера задолженности, действительности залогового обеспечения, отсутствия оснований для снижения начисленной на сумму непогашенного долга неустойки, восстановив срок на подачу заявления ввиду уважительности причин его пропуска.

Отказывая в удовлетворении иска, суды руководствуясь положениями статей 307 - 309, 329, 381.1, 606, 611, 614, 617, 1062 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходили из того, что факт нахождения обеспечительного платежа у общества "Здоровье" не доказан, пунктом 5 соглашения от 11.11.2017 ответчик подтвердил непередачу ему обеспечительного платежа первоначальным арендодателем индивидуальным предпринимателем Дорофеевым Ю.Н., что также было установлено и в рамках дела N А65-42798/2017.

Изменяя судебные акты, суд округа руководствовался положениями Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, Правилами государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 N 1178, Методическими указаниями по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденными приказом Федеральной службы по тарифам от 06.08.2004 N 20-Э/2, и исходил из того, что при определении фактического объема оказанной компанией услуги, подлежащей оплате обществом, должен учитываться объем электроэнергии, переданной потребителям.

Суды установили, что в силу договора от 22.03.2017 N 140001/17/00001/6605001 застрахована ответственность подрядчика (третьего лица) перед истцом за ненадлежащее исполнение договора подряда (статья 932 Гражданского кодекса Российской Федерации) и такая ответственность наступила в связи выявленными недостатками монтажа системы водоснабжения.

Разрешая спор, суды, руководствуясь положениями статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления ввиду недоказанности наличия в действиях (бездействии) Губерского В.Н. вменяемых ему нарушений прав кредиторов должника и законодательства о несостоятельности.

Суды, руководствуясь статьями 15, 1064, 1069, 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 25.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, принимая во внимание позицию, изложенную в абзаце 4 пункта 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных нарушениях", пришли к выводу о доказанности предпринимателем совокупности условий для возложения на министерство ответственности в виде взыскания убытков, понесенных в связи с оплатой юридической помощи, оказанной в ходе производства по делам об административном правонарушении в суде общей юрисдикции, признав разумными расходы в меньшем размере.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 309, 310, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положении Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", суды удовлетворили заявленные требования в оспариваемой части, установив, что инвестор не приступил к исполнению обязанностей, предусмотренных дополнительным соглашением от 09.07.2010 N 17, в то время как истец исполнил свои обязательства по передаче земельного участка, предоставлению в пользование инфраструктуры и инженерно-коммуникационных сетей.