Судебная практика ГК РФ

Отказывая в иске, суды руководствовались статьей 65 АПК РФ, статьями 290, 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 3 части 1 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации, подпунктом "д" пункта 2, пунктом 7 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 N 491, и исходили из того, что спорное домофонное оборудование является частью единых систем (автоматически запирающихся устройств дверей подъездов дома) и как оборудование, обслуживающее более одной квартиры, отвечает признакам общего имущества в многоквартирном доме, собственниками которого являются жильцы многоквартирного дома; факт незаконного завладения ответчиком спорным имуществом либо факт получения им этого имущества во временное владение и пользование не доказаны.

Признавая требование конкурсного управляющего необоснованным, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьей 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из недоказанности Иосипчуком В.А. оснований для увеличения размера его фиксированного вознаграждения.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проанализировав условия договора аренды земельного участка от 07.07.2011 N М-01-036072, суд установил, что общество в нарушение условий данного договора использовало земельный участок не по целевому назначению, указал на несоответствие фактического вида разрешенного использования земельного участка сведениям об основном виде разрешенного использования, содержащемся в государственном кадастре недвижимости, отсутствие доказательств внесения изменений в договор аренды земельного участка в части вида разрешенного использования участка, руководствуясь положениями статей 309, 395, 615 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 1, 7, 42, 65 Земельного кодекса Российской Федерации, удовлетворил иск, исчислив задолженность в размере разницы между арендной платой по виду разрешенного использования "для размещения производственных и административных зданий" и арендной платой, подлежащей уплате по фактически осуществляемому виду разрешенного использования.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, установив факт поставки предпринимателем и принятия главой хозяйства товара по договору в отсутствие доказательств его полной оплаты со стороны последнего, руководствуясь статьями 309, 310, 317.1, 329, 330, 454, 486, 506, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований.

Решением Арбитражного суда Московской области от 01.12.2020 общество признано банкротом, в отношении него открыта процедура конкурсного производства по правилам параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

В ходе конкурсного производства Детистов С.В. обратился в суд с заявлением о включении 3 217 500 рублей в реестр требований кредиторов общества. Требование Детистова С.В. к должнику (застройщику) основано на договоре участия в долевом строительстве от 25.08.2016 N С-14/НП/3, по условиям которого общество (застройщик) обязалось построить, ввести в эксплуатацию многоэтажный жилой дом и передать Детистову С.В. находящееся в этом доме нежилое помещение площадью 71,5 кв. метра. Цена договора - 3 217 500 рублей. Поскольку общество нежилое помещение Детистову С.В. не передало, он просил включить в реестр сумму, внесенную в счет оплаты по договору.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 303, 617, 1102, 1103, 1105, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об использовании ответчиком (арендатор) нежилого здания после обращения на него взыскания в пользу истца (залогодержатель).

Удовлетворяя требования Общества, суды первой и апелляционной инстанций исследовали и оценили по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствовались статьями 198, 200, 201 АПК РФ, статьями 5, 6, 65 Водного кодекса Российской Федерации, статьями 4, 24, 25, 27 Федерального закона от 24.07.2007 N 221-ФЗ "О государственном кадастре недвижимости" (в редакции, действовавшей в спорный период), статьями 14, 72 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", правовой позицией, приведенной в пункте 26 Обзора судебной практики по делам, связанным с оспариванием отказа в осуществлении кадастрового учета, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.11.2016, и исходили из следующего: Администрация не представила доказательств, подтверждающих необходимость аннулирования и исключения временных сведений о спорном земельном участке, на котором расположены принадлежащие Обществу на праве собственности объекты недвижимости, из государственного кадастра до установленного законом срока; действия Администрации, подавшей заявление о снятии спорного земельного участка с кадастрового учета до рассмотрения обращения Общества о предоставлении данного земельного участка в собственность, нарушают права Общества; в данном случае способом восстановления нарушенных прав и законных интересов Общества является обязание Администрации совершить необходимые действия в установленном действующим законодательством порядке по восстановлению в ГКН сведений о первоначальных координатах земельного участка с кадастровым номером 33:13:040101:590 и обязание регистрирующего органа восстановить в ГКН аннулированные сведения об указанном земельном участке.

При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 309, 327.1, 407, 410, 421, 422, 431, 451, 709, 711, 740, 746, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 13 и 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 N 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств", суды отказали в иске.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 65.2, 67 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая разъяснения, содержащиеся в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходили из того, что факты причинения действиями ответчика вреда обществу, в результате которых существенно затрудняется деятельность общества не доказаны, в связи с чем пришли к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 10 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", для исключения участника из общества.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 198, 200 АПК РФ, статьями 61, 65, 164, 389 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статьями 39.6, 39.16 Земельного кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 24.07.2002 N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения", разъяснениями, приведенными в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 N 73 "Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды", пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований Общества.

Исследовав и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, разрешая спор, суд апелляционной инстанции руководствовался статьями 393, 702, 721, 722, 724 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениями, изложенными в пунктах 1, 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств".

Разрешая настоящий спор, суды, руководствуясь положениями статей 450, 452, 453, 702, 706, 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 29.12.2012 N 275-ФЗ "О государственном оборонном заказе", принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 N 35 "О последствиях расторжения договора", правовую позицию, содержащуюся в пункте 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении", установив отсутствие доказательств, подтверждающих выполнение подрядчиком работ по договору и достижение результата работ, имеющих потребительскую ценность, приостановления работ в пределах срока по договору в соответствии с требованиями законодательства, пришли к выводу, что общество "ЛЗГТ" правомерно воспользовалась правом на расторжение договора и на предъявление требования о возврате неотработанного аванса в качестве неосновательного обогащения, в связи с чем удовлетворили требования.

Удовлетворяя частично требования истца, суд первой инстанции, с выводами которого согласились суды апелляционной инстанции и округа, руководствуясь положениями Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах), исходил из того, что у общество нарушило право участника на получение информации об обществе, в связи с чем суд обязал общество предоставить истцу документы согласно представленному истцом перечню, кроме документов, поименованных в пункте 10.4 уточненного искового заявления, поскольку в указанной части документы не конкретизированы, что влечет неисполнимость судебного акта. Размер судебной неустойки определен с учетом принципов, закрепленных в статье 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Разрешая спор, суды, руководствуясь положениями статей 67.2, 307.1, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 8, 9 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", учитывая условия корпоративного договора, истолковав его содержание, пришли к выводу что в договоре отсутствует обязанность ответчика принимать участие в общих собраниях участников и голосовать определенным образом по вопросу о досрочном прекращении полномочий генерального директора общества, если на этом настаивают другие участники, в связи с чем отказали в удовлетворении требования о применении к нему меры ответственности в виде взыскания неустойки. Также суды указали, что о проведении собрания 21.11.2019 ответчик не был своевременно извещен, а при рассмотрении дел N А40-241064/2018, N А40-253484/18-58-2202, N А40-70033/19-58-584 истец придерживался противоположной, чем по настоящему делу позиции.

Оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса, руководствуясь условиями заключенного между сторонами государственного контракта от 21.05.2019, статьями 328, 333, 404 - 406 Гражданского кодекса Российской Федерации, постановлением Правительства Российской Федерации от 04.07.2018 N 783 (ред. от 26.04.2020) "Об осуществлении заказчиком списания сумм неустоек (штрафов, пеней), начисленных поставщику (подрядчику, исполнителю), но не списанных заказчиком в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением в 2015, 2016 и 2020 годах обязательств, предусмотренных контрактом" (вместе с "Правилами осуществления заказчиком списания сумм неустоек (штрафов, пеней), начисленных поставщику (подрядчику, исполнителю), но не списанных заказчиком в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением в 2015, 2016 и 2020 годах обязательств, предусмотренных контрактом"), суды удовлетворили иск исходя из следующего: факт выполнения поставщиком обязательств по контракту с нарушением установленного контрактом срока документально подтвержден; оснований для снижения неустойки не установлено; доказательств того, что несвоевременное исполнение обязательств вызвано распространением новой коронавирусной инфекции, ответчиком не представлено; ограничительные меры, которые могли бы повлиять на срок исполнения обязательств, были введены фактически после завершения ответчиком исполнения обязательств с нарушением срока.

Отказывая в удовлетворении требований Общества, суды первой и апелляционной инстанций исследовали и оценили по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствовались статьями 198, 200 АПК РФ, действовавшими до 01.03.2015 статьями 30, 31, статьями 39.3, 39.16, 39.20 ЗК РФ, статьей 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, разъяснениями, приведенными в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", и исходили из следующего: на спорном публичном земельном участке, не предоставленном уполномоченным органом в установленном порядке для строительства объекта недвижимости, расположены подъездные пути, представляющие собой асфальтобетонное покрытие; указанные подъездные пути являются замощением земельного участка, не имеют самостоятельного функционального назначения, созданы исключительно в целях улучшения качества земельного участка для организации проезда к соседнему участку и не могут быть признаны самостоятельным объектом недвижимости; при таком положении у Администрации не имелось предусмотренных статьей 39.20 ЗК РФ оснований для предоставления Обществу в собственность без торгов испрашиваемого земельного участка.