Судебная практика ГК РФ

При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 309, 310, 469, 475, 486, 513, 516, 518 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 35, 36, 39, 45, 74 Конвенции Организации Объединенных Наций о договорах международной купли-продажи товаров (Вена, 1980), применяемой в соответствии с пунктом 9.2 контракта, суд апелляционной инстанции, поддержанный судом округа, пришел к выводу о наличии совокупности условий для возложения на продавца обязанности по возмещению убытков покупателя, частично удовлетворив иск.

Принимая обжалуемые заявителем судебные акты, суды руководствовались положениями статей 65, 71 АПК РФ, статей 166, 168, 174, 179, 181, 615, 652 Гражданского кодекса Российской Федерации, и исходили из недоказанности истцом правовых оснований для признания оспариваемого соглашения недействительным (ничтожным), а также пропуска им срока исковой давности по заявленному требованию.

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, проанализировав условия спорного договора, руководствуясь статьями 319.1, 606, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), разъяснениями, приведенными в пункте 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", приняв во внимание обстоятельства, установленные арбитражным судом при рассмотрении дел N А45-456/2019 и А07-3397/2019, установив ненадлежащее исполнение Обществом (арендатором) обязательства по оплате пользования арендованным имуществом, пришли к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца (арендодателя) испрашиваемого долга, размер которого определен с учетом правомерно произведенного истцом зачета поступивших от ответчика платежей на основании статьи 319.1 ГК РФ.

Руководствуясь статьями 20.3, 20.4, 60, 61.2, 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления кредитора.

Принимая обжалуемые заявителем судебные акты, суды руководствовались положениями статей 65, 71 АПК РФ, статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 115 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации и исходили из отсутствия правовых оснований для удовлетворения иска ввиду непредставления истцом доказательства снятия ареста уполномоченным органом, а также отсутствия в арбитражном процессуальном законодательстве нормы, позволяющей в порядке искового производства освобождать имущество от ареста, наложенного в рамках уголовного дела.

При этом документацией установлено, что сведения о наличии опыта участников подтверждаются копиями государственных контрактов (с актами выполненных работ), заключенных в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о контрактной системе), опубликованных на официальном сайте www.zakupki.gov.ru и содержащих сведения об объеме выполненных работ.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 20.3, 60, 126, 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснения, изложенного в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве", и не усмотрели оснований для признания оспариваемых действий конкурсного управляющего незаконными, с чем впоследствии согласился суд округа.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 16, 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статей 16, 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из того, что требование кредитора подтверждено вступившим в законную силу решением арбитражного суда и не удовлетворено должником.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 61.11, 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и исходили из того, что Аипов И.А. не исполнил обязанность по передаче конкурсному управляющему бухгалтерских и иных документов должника; данные обстоятельства не позволили конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу должника; доказательств, опровергающих презумпцию наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и бездействием ответчика, последним не представлено.

При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 702, 720, 721, 723, 753, 758, 760, 761, 762 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводам о не наступлении у заказчика обязательства по оплате работ и наличии совокупности условий для взыскания с объединения убытков, отклонив первоначальный иск и удовлетворив встречный иск.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из наличия исключений для освобождения должника от обязательств перед кредиторами, предусмотренных абзацем четвертым пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)". В частности, судами установлено недобросовестное поведение должника, выразившееся в предоставлении, при получении кредита, недостоверных сведений о персональном доходе и доходе семьи и принятии на себя заведомо неисполнимых кредитных обязательств; кроме того, должник в процедуре банкротства уклонилась от раскрытия сведений о расходовании заемных денежных средств, а также от предоставления информации о принадлежности жилого помещения, в котором проживает.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве".

При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 309, 310, 395, 432, 438, 455, 506, 702 Гражданского кодекса Российской Федерации, признав договоры заключенными, суды пришли к выводам о доказанности наличия у общества неисполненного обязательства по оплате товара и работ, полного освоения предпринимателем перечисленных денежных средств и, начислив проценты за просрочку оплаты, частично удовлетворили первоначальный иск и отклонили встречный иск.

Разрешая спор, суды руководствовались пунктом 4 статьи 10, статьей 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", и исходили из фактических обстоятельств спора, свидетельствующих о том, что причины банкротства должника связаны с внешними, а не внутренними факторами, поскольку в данном случае именно недобросовестные действия контрагентов должника по непогашению дебиторской задолженности, а также экономический кризис в сфере строительства привели к невозможности должника погасить требования кредиторов.

При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 307, 309, 456, 469, 506, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации, признав представленное в дело заключение эксперта ненадлежащим доказательством, суды пришли к выводам о наличии на стороне покупателя неисполненного денежного обязательства, об отсутствии правовых оснований для уменьшения покупной стоимости поставленной продукции и, применив к покупателю предусмотренную пунктом 5.3 договора меру ответственности за нарушение сроков оплаты товара, удовлетворили первоначальный иск и отклонили встречные требования.

Руководствуясь статьей 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", повторно оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и установив, что сделка повлекла за собой предпочтительное удовлетворение требований ответчика перед другими кредиторами третьей очереди, а также нарушение очередности удовлетворения требований кредиторов (кредитор 2 очереди - ФНС России), суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего в части.

При разрешении спора, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 10, 361, 363, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", приняли во внимание, в том числе, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2021 по делу N А56-108582/2019, и исходили из того, что поручительство должника обеспечивало исполнение корпоративных заемных сделок, какая-либо выгода от которых для должника как члена группы компаний отсутствовала, в связи с чем признали вытекающее из таких сделок акцессорное обязательство также имеющим корпоративный характер, а требование общества "Гелион" - не подлежащим включению в реестр.

Отказывая в удовлетворении заявления о взыскании фиксированного вознаграждения и отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанции в этой части, суд округа руководствовался положениями статей 20.2, 20.3, 20.6, 20.7, 59, 65 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, изложенных в пункте 56 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и исходил из установленного факта исполнения Русляковым М.М. обязанностей временного управляющего должником в условиях заинтересованности по отношению к одному из кредиторов и должнику, что исключает возможность получения вознаграждения за счет должника.