Судебная практика ГК РФ

Суды, руководствуясь положениями статей 15, 393, 1064, 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 161, 162 Жилищного кодекса Российской Федерации, статьи 14 Федерального закона от 06.10.2003 N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" и установив, что в дело не представлены доказательства, подтверждающие наличие причинной связи между неисполнением или ненадлежащим исполнением ответчиками обязательств по обороту ТКО, приведших к образованию несанкционированной свалки, и названными убытками истца, а также права собственности ответчиков либо владельцев помещений спорных МКД на данный земельный участок, на котором образовалась несанкционированная свалка, пришли к выводу о необоснованности заявленного требования, в связи с чем отказали в иске.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь статьями 10, 365 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 19, 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", Обзором судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020, исходили из доказанности аффилированности общества и должника, входивших в одну группу компаний, свободного перемещения денежных средств внутри названной группы лиц и оплаты задолженности перед банком за счет корпоративного источника финансирования, квалифицировав подобные действия как злоупотребление правом.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались положениями статей 110, 138, 213.25, 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 329, 334, 353, 432, 449 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из отсутствия оснований для признания недействительными оспариваемых торгов и заключенного по их результатам договора купли-продажи, учитывая, что предметом залога по кредитному договору являлась спорная квартира в целом, а не доля должника в праве собственности на объект; требования банка признаны обеспеченными залогом имущества должника; определение долей супруги должника и детей в праве собственности произведено после заключения кредитного договора и не повлекло трансформации залога имущества в залог долей в праве общей долевой собственности; покупатель уведомлен о наличии судебного акта о выделении долей в спорном имуществе.

Разрешая спор, суд округа руководствовался статьями 539, 544, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, Жилищным кодексом Российской Федерации и, с учетом установленных судами нижестоящих инстанций обстоятельств дела, указал на то взыскание неосновательного обогащения в соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации должно быть обусловлено отсутствием у ответчика основанного на законе или договоре права приобретения (сбережения) чужого имущества.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что права и обязанности из договора перед истцом возникают непосредственно у ООО "Алтесс Групп", признав доказанным факт допущенного ответчиком сверхнормативного простоя вагонов, руководствуясь положениями статей 309, 310, 330, 421, 431, 779, 990, 1005, 1011 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу об обоснованности иска, не усмотрев оснований для уменьшения размера подлежащего взысканию штрафа по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Повторно разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявления, суды апелляционной инстанции и округа, руководствуясь статьями 15, 53, 53.1, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", исходили из недоказанности вины бывшего руководителя должника в причинении убытков, возникших в результате привлечения должника к административной ответственности за нарушение правил благоустройства территории и непосредственно не связанных с исполнением ответчиком своих обязанностей, причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и заявленной суммой убытков.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции, выводы которого поддержал суд округа, руководствовался статьями 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Жилищным кодексом Российской Федерации, Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354, Правилами, обязательными при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом договоров с ресурсоснабжающими организациями, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 14.02.2012 N 124, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об обоснованности расчета ответчика.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 123.22, 210, 296, 298, 309, 310, 330, 332, 333, 399, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения первого ответчика (потребитель) от оплаты поставленной истцом (продавец) электроэнергии и ответственности за нарушение сроков исполнения им денежного обязательства.

Разрешая спор, суды, руководствуясь положениями статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из недоказанности совокупности условий, необходимых для признания недействительной оспариваемой сделки по основанию предпочтительного удовлетворения перед другими кредиторами требований общества, не осведомленного о наличии у должника на момент совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что права и обязанности из договора перед истцом возникают непосредственно у ООО "Алтесс Групп", признав доказанным факт допущенного ответчиком сверхнормативного простоя вагонов, руководствуясь положениями статей 309, 310, 330, 421, 431, 779, 990, 1005, 1011 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу об обоснованности иска, не усмотрев оснований для уменьшения размера подлежащего взысканию штрафа по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 2, 19, пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из доказанности наличия оснований для признания недействительными оспариваемых платежей, совершенных неплатежеспособным должником в пользу заинтересованного лица при отсутствии с его стороны встречного исполнения и повлекших за собой причинение вреда имущественным правам конкурсных кредиторов.

Отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, суд округа руководствовался положениями статей 61.10, 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" и исходил из того, что судами установлены не все имеющее существенное значение для правильного разрешения спора обстоятельства, а также не дана правовая оценена всем представленным в материалы дела доказательствам в подтверждение доводов конкурсного кредитора о реализации контролирующими лицами модели организации производственной деятельности предприятия путем смещения рисковой части. При таких условиях для исправления допущенных нарушений суд округа направил обособленный спор на новое рассмотрение.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 8, 209, 309, 310, 329 - 331, 539 - 548 Гражданского кодекса Российской Федерации, Жилищным кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 27.07.2010 N 190-ФЗ "О теплоснабжении", Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика, являющегося собственником нежилого помещения в многоквартирном доме, от оплаты поставленной истцом тепловой энергии, и определив период начисления пеней с учетом действия моратория на начисление финансовых санкций.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд округа, руководствовался положениями статей 309, 310, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Федеральным законом от 23.11.2009 N 261-ФЗ "Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что разница между объемом электроэнергии, определенной по показаниям ОДПУ, установленных в ветхих и аварийных домах, и объемом электроэнергии, рассчитанным исходя из норматива ее потребления, является потерями во внутридомовых сетях, а не в сетях сетевой организации.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 310, 453, 539, 546 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходили из того, что энергоснабжение потребителя в силу его особого статуса не может быть полностью прекращено вследствие одностороннего отказа гарантирующего поставщика от контракта.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 48, 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 190, 349, 352, 382, 384, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установили объем прав, перешедших к ООО "ПланСто" по договору цессии, и пришли к выводу об отсутствии оснований для обращения взыскания на имущество в силу признанного в рамках другого дела отсутствующим обременения в виде ипотеки (залога).

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции, повторно оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался положениями статей 5, 20.3, 20.4, 60, 134 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статей 15, 623 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из того, что управляющий допустил погашение в режиме текущих платежей требования, относящегося к реестровым; в результате нарушения очередности погашения требований кредиторов обществу причинены убытки в размере 1 277 387 руб.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 319, 321 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктами 4 - 6 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, содержащимися в пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", правовой позицией, изложенной в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, и исходили из наличия оснований для выдачи исполнительного листа на сумму непогашенного требования, поскольку по завершении процедур банкротства должник не освобожден от исполнения обязательств перед кредиторами, восстановив срок на предъявление исполнительного листа к исполнению, учитывая в т.ч. подачу заявления в пределах срока.

Разрешая обособленный спор, суды руководствовались статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 61.1, пунктом 2 статьи 61.2, пунктом 1 статьи 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходили из того, что цепочка сделок по дарению жилого помещения совершена в преддверии банкротства должника с целью прикрытия вывода ликвидного актива должника в пользу аффилированного лица и создания видимости добросовестного приобретения его последним, на момент заключения спорного брачного договора должник был привлечен к субсидиарной ответственности, имел неисполненные обязательства.