Судебная практика ГК РФ

Процедура банкротства застройщика в соответствии с нормами параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) призвана обеспечить соразмерное пропорциональное удовлетворение требований всех участников строительства (подпункт 2 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве), имеющих к должнику-застройщику как требования о передаче жилого помещения, так и денежные требования, квалифицируемые в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве. Удовлетворение требований участников строительства может быть произведено в том числе посредством передачи объекта незавершенного строительства или жилых помещений (статьи 201.10 и 201.11 Закона о банкротстве).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам главы 7 Кодекса, в том числе заключение судебной экспертизы, суд первой инстанции, поддержанный судами апелляционной и кассационной инстанций, установил факт некачественного выполнения работ ответчиком по муниципальному контракту от 11.11.2010 N 34/2010, наличие недостатков (дефектов) в работах, выполненных ответчиком при сооружении насосной станции водоснабжения, выявленных истцом после ввода ее в эксплуатацию в пределах гарантийного срока, и признал обоснованным заявленное требование предприятия в части взыскания с общества 10 479 689 рублей стоимости недостатков (дефектов), устраненных с привлечением сторонней организации (ООО НПП "Экофес"). При таких обстоятельствах, суд, руководствуясь статьями 15, 309, 310, 393, 721, 722, 723, 725 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями вышеуказанного контракта, обоснованно удовлетворил иск в указанной части.

Удовлетворяя требования в части и изменяя определение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции, повторно оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался положениями статей 15, 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, изложенных в пунктах 1, 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", и исходил из доказанности всей совокупности условий, необходимых для взыскания с Ларина С.А. убытков в размере 1 007 000 руб., с чем впоследствии согласился суд округа.

Отказывая в удовлетворении требований и отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции, повторно оценив представленные по делу доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался положениями статей 9, 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в редакции, действовавшей в спорный период, и исходил из отсутствия условий, необходимых для взыскания с ответчика в пользу заявителя денежных средств в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, с чем впоследствии согласился суд округа.

Как следует из судебных актов, основанием для привлечения к ответственности послужил установленный административным органом факт непредставления заявителем заверенных копий документов, запрошенных акционером общества Головченко Н.А. в соответствии с пунктом 1 статьи 91 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах".

В обоснование заявленных требований истец указал, что решением Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ Республики Бурятия от 28 декабря 2018 г., вступившим в законную силу 25 марта 2019 г., с МУП "Управление трамвая" в пользу Найданова С.А. на основании статьи 1088 Гражданского кодекса Российской Федерации взысканы денежные суммы в возмещение вреда в связи со смертью кормильца Найдановой Р.Г.: единовременно за период с 6 ноября 2015 г. по 6 ноября 2018 г. в размере 198 471,50 руб., а также ежемесячно в размере 8 476,20 руб. начиная с 6 ноября 2018 г. до достижения дочерью Найданова С.А. - Найдановой Е.С., ... года рождения, возраста 14 лет с последующей индексацией при повышении стоимости жизни с учетом уровня инфляции.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, в том числе условия договора аренды от 24.09.2012 N 650/3/2012 (далее - договор) и дополнительных соглашений к нему, установив, что арендатор выступил инициатором досрочного расторжения договора, в ходе переговоров стороны достигли соглашение об удержании суммы денежного обеспечения в качестве компенсации убытков арендодателя по досрочному расторжению договора, учитывая заключенное 22.07.2019 соглашение о расторжении договора, в котором ООО "Кораблик-Р" и ООО "Зебра" подтвердили, что обязательства исполнены надлежащим образом и в полном объеме, суды, руководствуясь статьями 309, 310, 421, 431, 453, 606, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии на стороне арендодателя неосновательного обогащения.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, установив, что между сторонами сложились отношения по поставке товара, при этом, заключая сделку, покупатель требований к качеству товара не предъявлял, конкретный производитель не определялся, невозможность использования поставленного товара по назначению документально не подтверждена, учитывая несоблюдение истцом условий проверки товара по качеству, пришли к выводу о недоказанности факта поставки ответчиком некачественного товара и, руководствуясь статьями 433, 438, 456, 469, 474, 475, 506, 513, 518, 520 Гражданского кодекса Российской Федерации, отказали в удовлетворении иска.

Оценив имеющиеся в деле доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьей 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 11, 72 Земельного кодекса Российской Федерации, статьями 8, 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, статьями 14, 16, 37 Федерального закона от 06.10.2003 N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", разъяснениями, изложенными в пунктах 22, 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", суд апелляционной инстанции, поддержанный судом округа, пришел к выводам об отсутствии у спорного объекта признаков самовольной постройки и, следовательно, оснований для удовлетворения исковых требований.

Принимая обжалуемые заявителем судебные акты, суды, руководствуясь положениями статей 65, 71 АПК РФ, статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 15, 19 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", принимая во внимание фактические обстоятельства, установленные судами общей юрисдикции по делам N 2-3166/2015, 2-1268/2017 и арбитражным судом по делу N А46-31135/2012, а также учитывая поведение администрации сельского поселения, которая в течение длительного периода времени (с 1999 года) не проявляла интереса к спорному помещению, включенному в реестр бесхозяйного муниципального имущества только в 2019 году, исходили из доказанности истцом наличия совокупности условий, являющейся основанием для признания права собственности на спорное имущество в силу приобретательной давности.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались положениями статей 90, 96, 97 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 39 Семейного кодекса Российской Федерации, статьей 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 55 "О применении арбитражными судами обеспечительных мер", и исходили из того, что принятые обеспечительные меры связаны с предметом обособленного спора, обеспечивают интересы кредиторов, заинтересованных в реальности исполнения судебного акта, который будет принят по результатам рассмотрения этого обособленного спора, с учетом того, что в настоящее время в производстве суда находятся обособленные споры, направленные на определение перечня имущества и имущественных прав, которые подлежат включению в конкурсную массу, а также порядка реализации такого имущества.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями статей 15, 393, 1064, 1068, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска.

Суд исходил из ненадлежащего исполнения предприятием обязательств по агентскому договору (наличие в предоставленных ответчиком выписках из ведомости кассовой продажи билетов ошибок, которые допущены при их заполнении билетными кассирами), что привело к возникновению у общества убытков в заявленном размере.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, протолковав условия заключенных сторонами спора договоров безвозмездного пользования, в том числе пунктов 2.4.2, 2.4.6, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 395, 689, 695 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу, что на управление как ссудополучателя возлагается обязанность несения всех расходов, связанных с содержанием нежилых помещений, полученных в безвозмездное пользование, в том числе расходов по содержанию и ремонту общего имущества многоквартирного жилого дома, поэтому иск комитета удовлетворил.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд установил, что спорный тепловой пункт находится в подвальном помещении многоквартирного дома и обслуживает помещения, принадлежащие более чем двум собственникам многоквартирного дома, и, признав, что этот тепловой пункт входит в состав общего имущества дома, руководствуясь пунктом 1 статьи 290 Гражданского кодекса Российской Федерации, частью 1 статьи 36, статьей 39, пунктом 2.3 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации, пунктами 8, 10 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 N 491, пришел к выводу о наличии оснований для возложения на общество, являющееся управляющей организацией многоквартирного дома, обязанности по надлежащему содержанию теплового пункта, обслуживающего помещения истцов, в связи с чем удовлетворил иск.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание вступившее в законную силу решение Центрального районного суда г. Сочи от 16.10.2019 по делу N 2-4359/2019, которым признано, что спорные помещения имеют самостоятельное назначение, не являются техническими и не относятся к общему имуществу собственником жилых помещений, установив, что данные помещения являются муниципальной собственностью с 1992 года, суд, руководствуясь статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, частью 1 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 290 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 2 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 N 491, разъяснениями пунктов 32, 36 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", пришел к выводу об отсутствии у собственников помещений в многоквартирном доме права передачи их в аренду обществу по соглашению от 01.05.2015, в связи с чем требования администрации удовлетворил.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе заключение судебной автотехнической экспертизы от 08.11.2019, суд, руководствуясь положениями статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", пункта 12 постановления Пленума Верховный Суд Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пунктами 3.1, 10.1 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 N 1090, в отсутствие доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков и возникшими у истца убытками (ущербом), отказал в иске.

Суд первой инстанции, с которым согласились суды апелляционной инстанции и округа, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статьей 198 - 201 того же Кодекса, статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон о госрегистрации), пришел к выводу о том, что не имеется совокупности условий, необходимых для признания недействительным обжалуемого заявителя решения регистрирующего (налогового) органа.

Удовлетворяя иск, суды руководствовались статьями 195, 196, 199, 200, 329, 330, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Федеральным законом от 26.06.2008 N 102-ФЗ "Об обеспечении единства измерений", Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, Правилами технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденными приказом Минэнерго Российской Федерации от 13.01.2003 N 6, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика (потребитель) от обязанности по оплате поставленной истцом (гарантирующий поставщик) электроэнергии, объем которой определен расчетным способом.