Судебная практика ГК РФ

Казаков А.В. полагал, что ввиду его незаконного уголовного преследования он на основании статей 151, 1070, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда в размере 25 000 000 руб., поскольку в период расследования уголовного дела, осуществляемого больше девяти лет, были нарушены его личные неимущественные права (достоинство личности, честь и доброе имя, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию), он был лишен возможности выехать за пределы г. Соликамска, в том числе с целью проведения отдыха с семьей, что причиняло нравственные страдания не только ему, но и членам его семьи. Казаков А.В. также обращал внимание на то, что он испытывал постоянный стресс, связанный с заведомо несправедливым обвинением в совершении преступления, которого не совершал, по причине уголовного преследования он был уволен со службы в уголовно-исполнительной системе по отрицательным мотивам, что не позволило ему получить звание "Ветеран труда", очередные специальные звания, единовременную социальную выплату для приобретения или строительства жилого помещения, а также в дальнейшем трудоустроиться, прокурором не была исполнена установленная законом обязанность принести официальные извинения от имени государства.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 123.21, 123.22, 123.23, 210, 296, 309, 310, 399, 539 - 548 Гражданского кодекса Российской Федерации, Жилищным кодексом Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации, Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2011 г. N 354, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения первого ответчика от оплаты тепловой энергии, поставленной в незаселенную служебную квартиру.

Оценив представленные в материалы обособленного спора доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, руководствуясь положениями Налогового кодекса Российской Федерации, статей 71, 100 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", суды пришли к выводу, что заявленные требования подлежат включению в реестр, поскольку подтверждены надлежащими доказательствами, а срок для предъявления требований в ходе конкурсного производства не пропущен.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции, с которым согласился суд кассационной инстанции, руководствовался статьями 8, 310, 329, 330, 331, 425, 435, 438, 443, 434.1, 445, 446, 452, 1005, 1006 Гражданского кодекса Российской Федерации и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что расчет агентом вознаграждения в размере 25 процентов от ориентировочной стоимости потребленного за срок действия договора ресурса, произведенный на основании пункта протокола разногласий, не соответствует договору, уменьшив размер долга с учетом стоимости аналогичных услуг, предусмотренных агентскими договорами, заключенными сторонами.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что статья 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит основополагающие правила государственной регистрации прав на имущество, подлежащие применению независимо от того, что является объектом регистрации (права на недвижимое имущество, доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью и др.). Данная норма распространяется на регистрацию в различных реестрах: Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, Едином государственном реестре юридических лиц и т.д.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции, с которым согласился суд округа, руководствовался статьями 539 - 548, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 7 декабря 2011 г. N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", Правилами холодного водоснабжения и водоотведения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29 июля 2013 г. N 644, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о невозможности отделения стоков от объекта абонента в МКД от стоков, поступающих от жилого фонда.

При рассмотрении настоящего спора суды руководствовались статьями 125, 210, 539, 542, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 153, 154, 155, 157, 157.2 Жилищного кодекса Российской Федерации, Правилами, обязательными при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом договоров ресурсоснабжающими организациями, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 14 февраля 2012 г. N 124, Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2011 г. N 354, разъяснениями, изложенными в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 5 мая 1997 г. N 14 "Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров", информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 февраля 1998 г. N 30 "Обзор практики разрешения споров, связанных с договором энергоснабжения", Обзоре судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28 июня 2017 г.

1. Общество с ограниченной ответственностью "Устой-М" оспаривает конституционность следующих положений Федерального закона от 10 января 2002 года N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды":

пункта 1 статьи 77, согласно которому юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством;

Общество оспаривает также конституционность положений статьи 77 Федерального закона от 10 января 2002 года N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды", в силу которых:

юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством (пункт 1);

Установив, что должник признан виновным в хищении денежных средств в особо крупном размере заемщиком путем предоставления банку заведомо ложных сведений (часть 4 статьи 159.1 Уголовного кодекса Российской Федерации), совокупность установленных обстоятельств свидетельствует о недобросовестности действий должника в ущерб кредитору, наличие правопреемства ООО "Альтернатива" в материальном и процессуальном правоотношении подтверждено, суды пришли к выводу, что в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" имеются основания не освобождать должника от обязательств перед обществом.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что статья 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит основополагающие правила государственной регистрации прав на имущество, подлежащие применению независимо от того, что является объектом регистрации (права на недвижимое имущество, доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью и др.). Данная норма распространяется на регистрацию в различных реестрах: Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, Едином государственном реестре юридических лиц и т.д.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями статей Гражданского кодекса Российской Федерации, Воздушного кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 5 апреля 2013 г. N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", принимая во внимание постановления Правительства Российской Федерации от 30 июля 1999 г. N 862 "Об использовании государственной и экспериментальной авиации в коммерческих целях", от 28 ноября 2009 г. N 973 "Об Общероссийской общественно-государственной организации "Добровольное общество содействия армии, авиации и флоту России", Порядок организации и выполнения авиационных работ по охране лесов от пожаров, утвержденный приказом Министерства транспорта Российской Федерации от 15 ноября 2016 г. N 597, Федеральные авиационные правила "Подготовка и выполнение полетов в гражданской авиации Российской Федерации", утвержденные приказом Министерства транспорта Российской Федерации от 31 июля 2009 г. N 128, суды пришли к выводу о наличии оснований для признания проведенных торгов и заключенного по их результатам контракта недействительными.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что статья 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит основополагающие правила государственной регистрации прав на имущество, подлежащие применению независимо от того, что является объектом регистрации (права на недвижимое имущество, доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью и др.). Данная норма распространяется на регистрацию в различных реестрах: Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, Едином государственном реестре юридических лиц и т.д.