Судебная практика ГК РФ

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 20.3, 20.4, 60, 138, 143 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из недоказанности фактов нарушения конкурсным управляющим норм законодательства о банкротстве, прав и законных интересов должника, заявителя и иных кредиторов (включая залогового кредитора), связи с чем, отказали в удовлетворении жалобы.

В соответствии со ст. 28 Федерального закона "Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации" от 10 января 2003 г. N 18-ФЗ (далее - УЖТ) и п. 1.8 приказа Министерства путей сообщения Российской Федерации от 12 апреля 1999 г. N 22Ц "Об утверждении Правил пломбирования вагонов и контейнеров" (далее - приказ МПС РФ N 22Ц) таможенный орган вправе осуществлять вскрытие порожних вагонов с целью осмотра на соответствие информации, указанной в таможенной декларации (ст. 372 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕЭС)). В случае выявления факта ввоза на территорию Российской Федерации незадекларированного товара таможенный орган вправе поместить такой товар под временное хранение на основании ст. 89 ТК ЕЭС, а в последующем осуществить его задержание (ст. 379 ТК ЕЭС).

Суть возражений заявителя сводилась к тому, что банк является залоговым кредитором, требования которого обеспечены залогом права аренды земельного участка, переданного фонду. Применение судами части 14 статьи 16 Федерального закона от 27.06.2019 N 151-ФЗ с обратной силой привело к нарушению прав банка как залогового кредитора, который фактически был лишен своего имущества без какой-либо компенсации.

Разрешая спор и удовлетворяя иск, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 309, 310, 702, 711, 720, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда" и исходили из доказанности факта выполнения обществом работ на заявленную сумму и наличия у управления обязанности по оплате их результата.

На основании абзаца первого пункта "б" части 1 постановления Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 N 428 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников", а также с учетом разъяснений, изложенных в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 2, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.04.2020, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что в отношении общества был введен мораторий, следствием которого стало приостановление начисления неустойки по имущественным взысканиям по требованиям, возникшим до введения моратория.

Разрешая спор, суды апелляционной инстанции и округа, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 59 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктами 1 и 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 N 91 "О порядке погашения расходов по делу о банкротстве", обоснованно отклонив доводы заявителя о несвоевременном обращении Жидко В.В. с заявлением о прекращении производства по настоящему делу, исходили из совершения банком недобросовестных действий, направленных на перевод обязанности по оплате вознаграждения арбитражного управляющего и иных расходов на лицо, заведомо не имеющее возможность погасить расходы по делу о банкротстве.

Из содержания судебных актов следует, что суды всесторонне исследовали доказательства по делу, установили необходимые для разрешения спора обстоятельства, дали надлежащую правовую оценку доводам сторон со ссылкой на положения норм действующего законодательства применительно к установленным фактическим обстоятельствам дела, и, руководствуясь статьями 309, 330, 450, 450.1, 453, 702, 708, 711, 717, 720, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, частично удовлетворили требования сторон.

Разрешая спор, суды, оценив представленные в дело доказательства в соответствии с правилами главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статьи 20.3, пунктом 2 статьи 134 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", правомерно исходили из нарушения конкурсным управляющим очередности удовлетворения текущих требований уполномоченного органа.

Разрешая спор, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства, руководствуясь статьями 15, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", исходил из наличия оснований для взыскания с заявителя убытков и отсутствия в материалах дела подтверждения возмещения данных имущественных потерь должника иным способом защиты гражданских прав.

Суть возражений заявителя сводилась к тому, что он является залоговым кредитором, требования которого обеспечены, в том числе залогом права аренды земельного участка, переданного фонду. Применение судами части 14 статьи 16 Федерального закона от 27.06.2019 N 151-ФЗ с обратной силой привело к нарушению прав банка как залогового кредитора, который фактически был лишен своего имущества без какой-либо компенсации.

Суд первой инстанции, руководствуясь пунктами 2, 5 статьи 180 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), пунктом 3.3 статьи 7.2, пунктом 2 статьи 33.2 Федерального закона от 07.05.1998 N 75-ФЗ "О негосударственных пенсионных фондах", исходил из особого предназначения негосударственных пенсионных фондов и пришел к выводу о том, что Агентство соответствует требованиям, предъявляемым к ликвидатору Фонда Законом о банкротстве.

Возвращая заявление, суды руководствовались положениями параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из отсутствия оснований для разрешения заявления Федорова А.А., которое, по сути, является не самостоятельным требованием, а возражением против заявления фонда, не рассмотренного арбитражным судом по существу.

Отменяя определение суда первой инстанции и признавая требование конкурсного управляющего обоснованным, Девятый арбитражный апелляционный суд, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статьями 15 и 53 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из доказанности заявителем наличия причинно-следственной связи между действиями Голенкина О.В. и возникновением убытков на стороне должника.

Удовлетворяя заявленные требования в части, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 15, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", приняли во внимание обстоятельства, установленные судами при рассмотрении в рамках дела о банкротстве завода вопроса о недействительности сделок по отчуждению транспортных средств завода в пользу аффилированного лица - общества "Формула Ойл", и пришли к выводу, что невозможность пополнения конкурсной массы на сумму 407 113 рублей 77 копеек вызвана недобросовестными действиями контролирующего завод и общество "Форма Ойл" лица.

Разрешая спор, суды, оценив представленные доказательства, руководствуясь статьями 15, 196, 199, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 20.3, 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из недоказанности совокупности условий, необходимых для привлечения конкурсного управляющего должником и бывшего руководителя Пантюшина В.В. к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, правомерно указав, что срок на обращение с настоящим требованием конкурсным управляющим пропущен.

В обоснование доводов жалобы заявитель, ссылаясь на положение статьи 213.30 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон N 127-ФЗ), указывает, что Толстов Р.М., признанным банкротом, а также являясь единственным участником Общества, не имел права на принятие решения о смене единоличного исполнительного органа хозяйствующего субъекта.