Судебная практика ГК РФ

Исследовав, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, приняв во внимание заключение, составленное по результатам проведенной судебной экспертизы, а также обстоятельства, установленные в рамках дела N А56-2331/2017 и уголовного дела N 594516, руководствуясь статьями 10, 15, 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", суды удовлетворили заявленные требования, придя к выводу о наличии совокупности условий для взыскания убытков, поскольку заведомо зная как единственное контролирующее Фирму лицо о занижении стоимости активов организации и заключая с Богатыревым И.Г. договор, исходя из искаженных сведений о рыночной стоимости его доли, Богатиков А.А. извлек соответствующую выгоду, получив доход, который не получил бы при обычных условиях гражданского оборота, в том числе в отсутствие налогового правонарушения, причинив тем самым вред Богатыреву И.Г. в размере разницы между реальной рыночной стоимостью его доли и определенной сторонами в договоре.

Разрешая спор, суды руководствовались пунктом 4 статьи 15, пунктом 1 статьи 201.14 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из недоказанности нарушения оспариваемым решением комитета кредиторов прав и законных интересов заявителей.

Оснований не согласиться с выводами судебных инстанций не имеется.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив факт выполнения ответчиком (подрядчик) работ на сумму перечисленных истцом (заказчик) денежных средств, руководствуясь статьями 309, 310, 450.1, 702, 753, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу об отсутствии на стороне ответчика неосновательного обогащения и отказали в удовлетворении иска.

Исследовав, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, приняв во внимание обстоятельства, установленные при рассмотрении дела N А60-63163/2020, руководствуясь статьями 15, 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", суды удовлетворили требования, придя к выводу о наличии необходимой совокупности условий для взыскания убытков в виде разницы между планируемыми и фактическими затратами по водоотведению с привлечением сторонней организации для вывоза жидких бытовых отходов; именно бездействие Предприятия по не подключению объекта Общества к центральной системе водоотведения привело к потреблению услуг по вывозу жидких бытовых отходов в целях эксплуатации здания.

Исследовав, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, приняв во внимание обстоятельства, установленные по делу N А42-10553/2017 и по гражданскому делу N 2-164/2021, руководствуясь статьями 170, 1102, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 21 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", суды удовлетворили первоначальное исковое заявление, придя к выводу о том, что 39 551 563 рубля 36 копеек, полученные Копосовым С.М. в качестве оплаты по прикрываемому договору купли-продажи доли от Савостьянова О.И., являются неосновательным обогащением ответчика, принимая во внимание, что последний получил 159 551 563 рубля 36 копеек от Лунцевича А.В. и Кончаковой Н.В. за имущественное право на долю в уставном капитале Общества.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что ответчик правомерно отказался от приемки транспортного средства в связи с его несоответствием требованиям, указанным в спецификации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии у истца оснований для начисления ответчику штрафа и, руководствуясь статьями 309, 310, 421, 422, 454, 478, 484, 486 Гражданского кодекса Российской Федерации, отказал в удовлетворении иска.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь положениями статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из недоказанности наличия у Яковенко А.В. статуса контролирующего должника лица и, как следствие, отсутствия причин для удовлетворения требований в данной части по заявленным основаниям.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 19 и 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", установив совершение оспариваемых платежей в отсутствие надлежащих доказательств наличия встречного исполнения, пришли к выводу о частичной обоснованности заявления, указав на следствие платежей - причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, правомерно применив последствия недействительности сделки.

При разрешении спора, суд первой инстанции, ссылаясь на статьи 1110, 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснения, содержащиеся в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пришел к выводу, что в связи со смертью Коломникова А.Ю. (17.05.2020) и отсутствием у него наследников производство по заявлению подлежит прекращению применительно к пункту 6 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При разрешении спора, суд первой инстанции, ссылаясь на статьи 1110, 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснения, содержащиеся в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пришел к выводу о том, что в связи со смертью Коломникова А.Ю. (17.05.2020) и отсутствием у него наследников производство по заявлению подлежит прекращению применительно к пункту 6 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции, сославшись на статьи 48, 321 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), статьи 382, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), статью 21 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - Закон об исполнительном производстве), отказал в удовлетворении заявления.

Признавая операции недействительными, суд первой инстанции сослался на пункт 2 статьи 61.3, статью 189.40 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и исходил из того, что они совершены менее чем за месяц до дня назначения временной администрации по управлению банком, повлекли оказание обществу предпочтения по отношению к иным клиентам банкам, чью требования остались непогашенными и включены в реестр требований кредиторов. Суд отклонил возражения общества относительно того, что его операции не вышли за пределы обычной хозяйственной деятельности, поскольку сумма расчетных операций совершенных в течение одного операционного дня превысила 1-процентное пороговое значение, установленное пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве.

Признавая операции недействительными, суд первой инстанции сослался на пункт 2 статьи 61.3, статью 189.40 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и исходил из того, что они совершены менее чем за месяц до дня назначения временной администрации по управлению банком, повлекли оказание обществу предпочтения по отношению к иным клиентам банкам, чью требования остались непогашенными и включены в реестр требований кредиторов. Суд отклонил возражения общества относительно того, что его операции не вышли за пределы обычной хозяйственной деятельности, поскольку сумма расчетных операций совершенных в течение одного операционного дня превысила 1-процентное пороговое значение, установленное пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве.

Установленные в рассмотренном в рамках дела о банкротстве споре действия должника суды признали попадающими под критерии, не допускающие в силу пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" освобождения от исполнения обязательств.

Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации

Удовлетворяя заявленные требования, суды руководствовались статьями 384, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктами 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктом 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходили из того, что договор уступки прав требований является притворной сделкой, направленной на прикрытие сделки по переводу обязанности по оплате вознаграждения арбитражного управляющего на должника, как на лицо, заведомо не имеющее возможность погасить расходы по делу о банкротстве.

Выражая несогласие с судебными актами, министерство указало на неправильное применение судами пункта 6 приложения N 3 к постановлению Правительства Российской Федерации от 29.12.2018 N 1730 "Об утверждении особенностей возмещения вреда, причиненного лесам и находящимся в них природным объектам вследствие нарушения лесного законодательства" (далее - Постановление N 1730).

Разрешая обособленный спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь статьями 335, 363, 365, 367, 824 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", Обзором судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор судебной практики от 29.01.2020), исходили из того, что кредиторы представили доказательства реальности правоотношений и наличия перед ними задолженности в заявленном размере, в связи с чем не установили оснований для отказа во включении спорных требований в реестр или понижения их в очередности удовлетворения.

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2022, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 20.12.2022, определение суда первой инстанции изменено. Требования общества "Жасмин" в размере 573 800 284 руб. 61 коп. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований, установленных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), но приоритетно по отношениям к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).