Судебная практика ГК РФ

Правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации подлежит применению судами при рассмотрении дел, производство по которым возбуждено и решения предшествующих судебных инстанций состоялись до вступления в силу Постановления N 31-П (пункт 3 части 3, часть 5 статьи 79 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации").

Отказывая в удовлетворении заявления, суды, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии предусмотренных пунктами 2 и 3 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", частью 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для исключения спорного автомобиля из конкурсной массы должника, учитывая отсутствие доказательств того, что наличие транспортного средства является необходимым условием трудоустройства супруга должника и доход супруга должника за счет этого имущества позволяет осуществлять наполнение конкурсной массы, иного имущества у должника не имеется.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались положениями статьи 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации статей 20.3, 20.4 Закона о банкротстве и исходили из отсутствия доказательств, позволяющих установить наличие необходимых условий для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков заявителю.

Правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации подлежит применению судами при рассмотрении дел, производство по которым возбуждено и решения предшествующих судебных инстанций состоялись до вступления в силу Постановления N 31-П (пункт 3 части 3, часть 5 статьи 79 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации").

Признавая обязательства супругов общими, суды руководствовались статьями 33, 34, 45 Семейного кодекса Российской Федерации, статьей 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", учли раздел имущества супругов и исходили из того, что имущество, на которое начислен налог, являлось совместно нажитым, в спорный период супруга должника обладала всеми правомочиями собственника объектов недвижимости, однако в соответствии с нормами налогового законодательства не являлась налогоплательщиком.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ и руководствуясь положениями абзаца второго пункта 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", с учетом разъяснений, изложенных в пункте 47 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", исходили из неисполнения бывшим руководителем должника Бокаевым П.М. обязанности по передаче конкурсному управляющему всей необходимой бухгалтерской и иной финансовой документации должника.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд апелляционной инстанции руководствовался пунктами 1 и 2 статьи 61.2, статьей 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходил из недоказанности заявителем наличия совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания оспариваемых договоров взаимосвязанными сделками, учитывая, что сделки совершены при наличии встречного предоставления, аффилированность сторон не установлена, обстоятельств, указывающих на выход оспариваемых сделок за пределы признаков подозрительной сделки, установленных статьей 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и оспаривание сделок по общим основаниям, не установлено.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей статьи 20.4 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 48 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона Российской Федерации "О несостоятельности (банкротстве)", пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", суды отказали в удовлетворении требований, признав необоснованными доводы заявителя жалобы о наличии у Предприятия и арбитражного управляющего Масловой Е.Б. заинтересованности при исполнении обязанностей. Суды установили, что все мероприятия в ходе конкурсного производства выполнены, требования кредиторов не погашались в связи с недостаточностью конкурсной массы. Действия арбитражного управляющего Масловой Е.Б. в период осуществления ею обязанностей конкурсного управляющего обществом "СтройАльянс" не оспаривались.

Правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации подлежит применению судами при рассмотрении дел, производство по которым возбуждено и решения предшествующих судебных инстанций состоялись до вступления в силу Постановления N 31-П (пункт 3 части 3, часть 5 статьи 79 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации").

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 20.3, 20.6, 213.9, 213.27 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, данными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве", и исходили из того, что исполнение плана реструктуризации долгов гражданина происходило без какого-либо активного участия финансового управляющего, погашение требований кредиторов было обусловлено исключительно действиями самого должника, нашедшего средства для их удовлетворения, доказательства внесения арбитражным управляющим со своей стороны существенного вклада в достижение целей реабилитационной процедуры банкротства, в результате которого финансовое положение должника в значительной мере улучшилось, отсутствуют.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился окружной суд, руководствовался положениями статей 16, 71, 100, 134, 138, 213.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 323, 334, 337, 352 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из совокупности установленных по спору обстоятельств и доказанности обоснованности требования банка к должнику, обеспеченного залогом.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 110, 111, 139 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 449 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из отсутствия оснований для признания недействительными оспариваемых торгов и заключенного по их результатам договора, учитывая отсутствие нарушений порядка и процедуры проведения торгов по реализации имущества должника, отказ залогового кредитора от оставления заложенного имущества за собой; победителем торгов признан участник, предоставивший максимальное предложение о цене имущества должника, требования залогового кредитора погашены в полном объеме.

Обжалуемые судебные акты не содержат выводов о том, расторгнут ли договор и если расторгнут, то на основании статьи 715 или 717 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Договор не содержит указания на стоимость работ, указанных в акте N 6.

Полагая, что указанная сделка является для Общества крупной и выходящей за пределы обычной хозяйственной деятельности, заключена с нарушением порядка одобрения соответствующей сделки, установленным Федеральным законом от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", повлекла причинение Обществу убытков на сумму 147 137 764 руб. и 26 184 6000 руб., возникшим в связи с начислением договорной неустойки и штрафных санкций, истцы обратились в арбитражный суд с соответствующими требованиями.

Разрешая спор в обжалуемой части, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признав документально подтвержденным простой автомобилей-бензовозов по вине ответчика, руководствуясь положениями статей 309, 310, 329, 330, 784, 785, 793 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу об обоснованности иска в части взыскания неустойки.

Определяя размер субсидиарной ответственности, суды руководствовались положениями статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а также разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", и исходили из недостаточности конкурсной массы для полного удовлетворения требований кредиторов. При этом оснований для уменьшения размера ответственности по заявленным Трошиным А.А. доводам судами не установлено.

Разрешая спор, суд округа руководствовался положениями статей 395 и 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в пункте 29.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Суды неправильно применили статьи 431, 779 Гражданского кодекса Российской Федерации Российской Федерации (далее - ГК РФ) и пришли к ошибочному выводу о том, что ответчик не исполнил принятые на себя обязательства по договору.

Выводы судов о том, что предусмотренное в пункте 6.3 договора право требовать от ответчика 50% от цены договора является непоименованным способом обеспечения обязательства, основаны на неправильном применении норм материального права (статья 329 ГК РФ).