Судебная практика ГК РФ

Суд кассационной инстанции также указал, что оспариваемое постановление прав административного истца и ее несовершеннолетних детей не нарушает, поскольку не препятствует обратиться в уполномоченный орган за выдачей соответствующего разрешения в установленном законом порядке при наличии оснований, приведенных в части 1 статьи 20 Федерального закона от 24 апреля 2008 года N 48-ФЗ "Об опеке и попечительстве" (далее - Федеральный закон "Об опеке и попечительстве").

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и, применив к рассматриваемому требованию повышенный стандарт доказывания в условиях аффилированности сторон рассматриваемых заемных отношений, установили, что кредитором не представлено объективного и достаточного документального подтверждения заявленного требования. В частности, суды указали на недоказанность наличия у заявителя финансовой возможности предоставить заем должнику, отсутствие экономической целесообразности заключения спорной сделки, мнимость сделки.

Исследовав обстоятельства дела и оценив имеющиеся доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 1, 11, 12, 150, 152, 1062, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 2 Федерального закона от 27.07.2006 N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации", разъяснениями, изложенными в пункте 5, 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" и Обзоре практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016, отказывая в удовлетворении исковых требований, суды исходили из недоказанности факта распространения ответчиком не соответствующих действительности сведений, порочащих деловую репутацию истца и, как следствие, из отсутствия оснований для взыскания с ответчика упущенной выгоды и компенсации репутационного вреда.

Разрешая вопрос о размере требований, подлежащих включению в реестр, суды трех инстанций руководствовались положениями статей 4, 16, 71 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статей 361, 363, 367 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой позицией, изложенной в пункте 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, и исходили из того, что с учетом пропуска кредитором срока на предъявление требований к поручителю, обоснованными и подлежащими включению в реестр требований кредиторов признаются требования в размере 201 356 824,97 руб.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая вступивший в законную силу судебный акт по делу Майнского районного суда Ульяновской области по делу N 2-1-27/2019 (которым Сальникову С.Н. отказано в признании права собственности на 1/2 долю в праве собственности на здание склада, расположенного по адресу: Ульяновская область, Майнский район, с. Поповка, ул. Луговая, в 235 м на северо-запад от дома N 58), руководствуясь положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 15 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", признал не доказанной совокупность условий для признания права собственности на спорный объект недвижимости в силу приобретательной давности, в связи с чем отказал в удовлетворении встречного иска в части требования о признании права собственности на 1/2 доли в праве на здание склада с кадастровым номером 73:07:070803:799.

Принимая обжалуемые судебные акты, суды руководствовались статьями 309, 310, 606, 611, 614, 642, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из наличия на стороне предпринимателя неосновательного обогащения в виде переплаты по договорам аренды.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, установив факт аренды транспортных средств на основании договоров от 05.01.2017, от 07.12.2017, от 05.01.2018, признав договор от 05.01.2018 в части автомобиля ГАЗ-330273 ничтожной сделкой, проверив размер арендной платы по спорным сделкам и фактически произведенные обществом платежи, суды пришли к выводу об отсутствии у общества задолженности перед предпринимателем и наличии на стороне последнего неосновательного обогащения в виде переплаты в размере 7 297 000 руб., в связи с чем отказали в удовлетворении первоначального иска и удовлетворили встречный иск частично.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статей 10, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктом 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из наличия оснований для понижении очередности удовлетворения заявленного требования, учитывая, что требование кредитора основано на ничтожных в силу их притворности взаимосвязанных сделках должника, допущенных сторонами злоупотреблений правом и направленности на замену кредитного обязательства на заемное с изменением реестрового требования кредитора на текущее в деле о банкротстве должника, что установлено вступившим в законную силу судебным актом о признании сделок недействительными.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 19, 61.2, 61.6, 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), статей 167, 395 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из того, что оспариваемые сделки совершены в течение трех лет до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, при наличии у него признаков несостоятельности, в отношении заинтересованного лица и с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 11, 304, 305, 308.3, 309, 310, 539 Гражданского кодекса Российской Федерации, Жилищным кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 07.12.2011 N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и установив наличие у истца действующего договора на холодное водоснабжение с АО "Мосводоканал", пришли к выводу об отсутствии у ответчика, в управлении которого находится МКД, законных оснований для перекрытия запорной арматуры на внутридомовой инженерной системе водоснабжения этого дома, в результате которого было прекращено холодное водоснабжение здания истца.

При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 309, 330, 431, 450, 452, 453, 716, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая утрату головным исполнителем экономического интереса к недоработанному результату работ, исключение затрат исполнителя по 3 этапу ввиду уклонения от участия в испытаниях, отсутствие доказательств приостановления выполнения работ по 4 этапу, суды пришли к выводу о наличии оснований для расторжения договора и об отсутствии у исполнителя оснований для удержания денежных средств, возникновении на его стороне неосновательного обогащения и, применив к нему предусмотренную пунктом 8.2 договора меру ответственности в виде неустойки за просрочку исполнения обязательств, удовлетворили частично первоначальный иск, отказав в удовлетворении встречного иска.

При рассмотрении указанного дела суды исходили из отсутствия у комитета оснований для взыскания всей суммы банковской гарантии, поскольку в соответствии с подпунктом "а" пункта 3 постановления Правительства Российской Федерации от 14.03.2016 N 190 "О случаях и порядке предоставления заказчиком в 2016 году отсрочки уплаты неустоек (штрафов, пеней) и (или) осуществления списания начисленных сумм неустоек (штрафов, пеней)", списание начисленных сумм неустоек (штрафов, пеней) осуществляются заказчиком, если общая сумма неуплаченных неустоек (штрафов, пеней) не превышает 5 процентов цены контракта; если сумма неустойки превышает 5 процентов от цены контракта, но составляет не более 20 процентов от цены контракта, в связи с чем взыскали неосновательное обогащение, образовавшееся на стороне ответчика в сумме 609 466 руб.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что излишек массы груза превышает значение допустимой погрешности расхождения массы груза, определенной грузоотправителем и перевозчиком, соответствие весов установленным метрологическим требованиям и пригодности к применению в сфере государственного регулирования обеспечения единства измерений, признав доказанным факт превышения фактической массы груза над грузоподъемностью вагона, руководствуясь положениями статей 784, 785, 793 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 23, 26, 27, 41, 98, 102, 119 Федерального закона от 10.01.2003 N 18-ФЗ "Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации", рекомендациями МИ 3115-2008 "Масса грузов, перевозимых железнодорожным транспортом. Измерения и учет массы груза при взаиморасчетах между грузоотправителем и грузополучателем", утвержденными федеральным государственным унитарным предприятием "ВНИИМС" Ростехрегулирования 20.05.2008, суды пришли к выводу о наличии оснований для применения к ответчику меры ответственности в виде штрафа в пятикратном размере провозной платы, применив положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Принимая обжалуемые заявителем судебные акты, суды руководствовались положениями статей 65, 69, 71 АПК РФ, статьи 1102, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации, и исходили из недоказанности истцом факта возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения в заявленном размере.

Повторно исследовав и оценив представленные в дело доказательства, принимая во внимание обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами по делам N А64-2249/2012, А64-3328/2014 и А40-38628/2015, учитывая заявленные по настоящему делу и делу N А64-3328/2014 требования, которые обоснованы принадлежностью ООО "Голиковский щебень" имущества (щебня), находящегося на территории объекта "Карьер", а также выводы судов по делу N А64-3328/2014 о несостоятельности требований истца на спорный щебень, придя к выводу, что иск в рамках настоящего дела фактически направлен на преодоление вступивших в законную силу судебных актов по делу N А64-3328/2014, суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении иска ООО "Голиковский щебень".

Суд округа, проверив правильность применения норм материального и процессуального права, соответствие выводов об их применении установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, руководствуясь статьями 303, 309, 310, 1102 Гражданского кодекса, Федерального закона от 13.03.2006 N 38-ФЗ "О рекламе", отменил решение суда первой инстанции, постановление суда апелляционной инстанции и направил дело на новое рассмотрение, констатировав, что содержащиеся в обжалуемых актах выводы сделаны без установления и соответствующей правовой оценки обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного рассмотрения спора.