Судебная практика ГК РФ

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 20.3, 20.4, 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из недоказанности совокупности условий, необходимых для взыскания с конкурсного управляющего заявленных убытков, с чем впоследствии согласился суд округа.

Отказывая в удовлетворении первоначального иска, суды, руководствуясь положениями статей 753, 781, 783 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходили из отсутствия оснований для взыскания штрафных санкций.

Частично удовлетворяя встречный иск, суды согласились с доводами общества о допущенной учреждением просрочке исполнения обязательств по оплате оказанных услуг.

С письмом от 11.03.2020 N 14 учреждение получило электронную версию проектно-сметной документации и акт от 29.11.2019 N 8 на сумму 679 647 руб. 50 коп.

Считая, что общество выполнило работы с существенными техническими несоответствиями и недочетами, неоднократно указанные замечания не устранило, учреждение приняло решение от 25.03.2020 N 06/249 (повторно - от 06.05.2020 N 06/359) об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Признавая заявление общества необоснованным и прекращая производство по делу, суды руководствовались статьями 213.3, 213.5, 213.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из отсутствия судебного акта, подтверждающего требования общества, отсутствия факта признания должником долга перед заявителем, а также отсутствия реституционного требования по сделке, заключенной между заявителем и должником, признанной судом недействительной.

Признавая требование управляющего обоснованным, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьями 20.3 и 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из правильности произведенного заявителем расчета процентов по вознаграждению, а также из недоказанности возражений банка о ненадлежащем исполнении Зайцевым Д.Е. обязанностей конкурсного управляющего.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 334, 334.1, 335, 337, 348 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 16, 71, 100, 138, 213.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя", исходили из наличия у кредитора прав залога в соответствии с записью в ЕГРН, представления доказательств наличия предмета залога в натуре и признали за обществом статус залогового кредитора, отклонив доводы должника о прекращении производства по заявлению кредитора в связи с ранее рассмотренным тождественным заявлением, указав, что определение об отказе в признании статуса залогового кредитора принято по иному основанию.

Разрешая вопрос, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьей 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в пункте в пунктах 22, 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", и исходили из того, что презумпция наличия у бывшего руководителя истребуемой документации должника не опровергнута, с чем впоследствии согласился суд округа.

При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 309, 702, 708, 720, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая, что договор является действующим, суд апелляционной инстанции, с которым согласился суд округа, пришел к выводам о доказанности полного освоения подрядчиком перечисленных денежных средств и наличии у заказчика неисполненного обязательства по оплате работ, удовлетворив первоначальный иск и отказав в удовлетворении встречного иска.

Суды, руководствуясь статьями 309, 310, 330, 702 - 729, 740 - 757 Гражданского кодекса Российской Федерации, признали требования подрядчика обоснованными и взыскали суммы задолженности и неустойки с заказчика. Удовлетворяя первоначальное требование и отказывая в удовлетворении встречного иска, суды сочли подтвержденным материалами дела факт выполнения и сдачи качественных работ заказчику по договору подряда. Также суды учитывали частичную оплату заказчиком выполненных подрядчиком работ и причины образования дефектов на спортплощадке, возникших вследствие выполненных ранее заказчиком подготовительных работ на объекте, которые не могли быть обнаружены подрядчиком до начала выполнения им работ по нанесения акрилового покрытия на спортплощадку, в связи с чем у последнего образовалась задолженность перед подрядчиком в спорной сумме.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 100, 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и, установив, что стороны обеспечительных сделок являются аффилированными лицами, поручительства фактически оформлены в условиях внешних признаков банкротства должника, пришли к выводу о мнимом характере сделок, совершенных со злоупотреблением правом.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 539, 540, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Жилищным кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 27.07.2010 N 190-ФЗ "О теплоснабжении", Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354, Правилами, обязательными при заключении договоров снабжения коммунальными ресурсами для целей оказания коммунальных услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 14.02.2012 N 124, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика от оплаты тепловой энергии и теплоносителя на нужды отопления и горячего водоснабжения, поставленного истцом в многоквартирные дома, находящиеся в управлении ответчика.

Принимая обжалуемое решение, суд, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, в том числе договор присоединения от 25.12.2018, счет и спецификацию от 24.04.2019 N ЭП38676, письмо от 15.05.2019, установив, что в соответствии с условиями договора риск случайной гибели или случайного повреждения предварительно оплаченного товара перешел к истцу с момента передачи перевозчику, выбор которого был осуществлен именно истцом, руководствуясь статьями 224, 309, 310, 454, 458, 459 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска.

Оценив доказательства по делу и отказывая в удовлетворении иска, суды руководствовались статьями 301, 308, 313, 403, 622, 706, 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из недоказанности нарушения прав арендодателя непосредственно учреждением, указав на то, что учреждение не является стороной договора аренды, доказательства обращения арендодателя к арендатору с требованиями, связанными с удержанием арендованного имущества, отсутствуют.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции, с которым согласился суд кассационной инстанции, руководствовался статьями 133.1, 450, 452, 453 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 07.12.2011 N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", Правилами осуществления контроля состава и свойств сточных вод, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 21.06.2013 N 525, Правилами холодного водоснабжения и водоотведения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.07.2013 N 644, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о недоказанности истцом (организация ВКХ) оснований начисления ответчику (абонент) платы за негативное воздействие на работу централизованной системы водоотведения по результатам анализа отобранных проб сточных вод в связи с отбором проб из канализационного колодца, не являющегося контрольным.

Исследовав обстоятельства спора и оценив по правилам главы 7 Кодекса представленные в материалы дела доказательства, учитывая обстоятельства, установленный в рамках дела N А76-16015/2018, руководствуясь положениями статей 15, 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности истцом совокупности условий, необходимых для взыскания с ответчика, как генерального директора, убытков в пользу общества. Суд указал на то, что, платежи в пользу указанных истцом организаций были произведены без встречного предоставления с их стороны; о том, что организации не осуществляли реальную предпринимательскую деятельность, генеральный директор общества не мог не знать; ответчик действовал неразумно и недобросовестно, не в интересах возглавляемого им юридического лица. Заявления ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, необходимости прекращения производства по делу, а также необоснованности ходатайства истца об уточнении исковых требований, были предметом подробного изучения суда, признанными необоснованными.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, с выводами которого согласились суды апелляционной инстанции и округа, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статей 166, 168, 393, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", исходил из отсутствия оснований для признания недействительной оспариваемой истцом части договора; условие об ограничении ответственности в виде косвенных убытков или упущенной выгоды не является нарушением прав контрагента.

По договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей (пункт 1 статьи 807 ГК РФ в редакции, действовавшей на момент заключения договора).