Судебная практика ГК РФ

В связи с возникновением оснований для объявления всей задолженности по кредитному договору срочной к платежу в соответствии со статьей 813, части 2 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) истец, ссылаясь на пункт 8.2 кредитного договора, объявил всю сумму задолженности по кредитному договору срочной к платежу, о чем направил соответствующее уведомление от 16.09.2019 N 21076//Х000.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, в том числе заключение эксперта, руководствуясь статьями 10, 15, пунктом 2 статьи 174, статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 6 статьи 45, пунктом 4 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", разъяснениями, изложенными в пунктах 1, 2, 4, 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью", в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", суды удовлетворили заявленные требований, придя к выводу, что заключением спорного дополнительного соглашения, являвшегося сделкой с заинтересованностью, обществу "Любимый город" причинен ущерб; указанная сделка совершена по заведомо заниженной цене, в отсутствие доказательств оплаты арендной платы, приняв во внимание рыночные ставки арендной платы, а также размер арендной платы, который общество "Любимый город" получало от иных арендаторов в рассматриваемый период. Доказательств экономической целесообразности заключения дополнительного соглашения с установлением цены ниже рыночной и той, которая указана в договоре аренды, не представлено.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили, в частности, из того, что требование обращено против ненадлежащего ответчика, поскольку спорный платеж фактически был совершен не в пользу банка.

Руководствуясь статьями 61.3, 134 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и установив, что оспариваемые сделки являются взаимосвязанными, объединенными единой экономической целью, на дату их совершения у должника имелись обязательства перед кредиторами первой и второй очередности удовлетворения, в то время как в результате совершения сделки погашена задолженность кредитора третьей очереди, суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем первым п. 21 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, а в случае, предусмотренном п. 15.3 данной статьи, 30 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или после осмотра и (или) независимой технической экспертизы поврежденного транспортного средства выдать потерпевшему направление на ремонт транспортного средства с указанием станции технического обслуживания, на которой будет отремонтировано его транспортное средство и которой страховщик оплатит восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства, и срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховом возмещении.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25), притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок, что не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

Исследовав и оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суды руководствовались статьями 702, 709, 743, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации и, удовлетворяя иск, исходили из доказанности выполнения истцом (подрядчик) по поручению ответчика (генподрядчик) предъявленных к оплате дополнительных работ, принятых им в составе обусловленного договором результата работ и имеющих потребительскую ценность.

Поскольку АО "ГСК "Югория" возместило страховой компании потерпевшей выплаченное страховое возмещение, оно полагало, что имеет право регрессного требования к Распутиной Л.А. на основании подпункта "е" пункта 1 статьи 14 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО).

Исследовав и оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суды руководствовались статьями 309, 314, 329, 330, 450, 453, 702, 708, 711, 720, 753, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации и, удовлетворяя иск, исходили из отсутствия доказательств полноценного встречного предоставления предпринимателем (подрядчик) на сумму перечисленного истцом (заказчик) аванса и наличия оснований для применения к предпринимателю меры ответственности в виде неустойки за нарушение срока выполнения работ, размер которой соответствует условиям договора и последствиям нарушения им обязательств.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 15, 611, 612, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации и, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика, осуществившего действия по прекращению водоснабжения истца, от возмещения последнему понесенных вследствие указанных действий убытков в виде возврата арендной платы, на которую рассчитывал истец, сдавая в субаренду недвижимое имущество.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции, выводы которого поддержал суд округа, руководствовался статьями 309, 310, 421, 426, 431, 539, 541, 544, 548, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходил из отсутствия оснований для освобождения ответчика (заказчик) от оплаты оказанных истцом (исполнитель) услуг по передаче электроэнергии.

Кроме того, ссылаясь при определении размера страхового возмещения на положения Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ, суд апелляционной инстанции исходил из размера ущерба, определенного заключением повторной судебной экспертизы, как это следует из апелляционного определения, по правилам Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт, утвержденной положением Банка России от 19 сентября 2014 г. N 432-П, и с учетом износа автомобиля потерпевшего.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 20.6, 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктом 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве" и пришли к выводу об установлении процентов по вознаграждению финансовым управляющим от суммы реализованного имущества, с учетом заключенного между арбитражными управляющими соглашения.

Признавая требование конкурсного управляющего обоснованным, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 61.2, 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, учли разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из совершения платежных операций и сделок по зачету в преддверии банкротства должника, их направленности на причинение вреда имущественным интересам его кредиторов, констатировав неравноценность платежей исходя из неликвидности уступленных должнику требований.

Освобождая должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 45, 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из отсутствия обстоятельств, свидетельствующих о противоправности действий должника, направленных на умышленное причинение ущерба кредиторам, уклонение от исполнения своих обязательств, сокрытие своего имущества и доходов, воспрепятствование деятельности финансового управляющего, недобросовестном поведении и признаках преднамеренного или фиктивного банкротства.

Суд первой инстанции, истолковав условия договора уступки и сославшись на статьи 10, 168, 382, 423, 432, 572, 575 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), сделал вывод о том, что уступаемое право не перешло к цессионарию, и отказал в удовлетворении иска.