Судебная практика ГК РФ

Апелляционный суд, признавая требование заявителя подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, подлежащих удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, исходил из пропуска Пестеревым А.Р. установленного пунктом 1 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности" (банкротстве)" двухмесячного срока для обращения в суд с соответствующим заявлением, о пропуске которого было заявлено конкурсным управляющим.

Обращаясь в суд с настоящим иском, Рубцова К.С. указывала на то, что отчуждение долей в уставном капитале общества в пользу третьих лиц произведено с нарушением пункта 2 статьи 21 Федерального закона Российской Федерации от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью, Закон N 14-ФЗ) и в обход порядка, установленного Уставом общества "Полифарм", допускающего продажу долей только при условии получения согласия остальных участников общества.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 166, 168, 170, 421, 422, 431, 432, 449 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 16, 19, 29, 60.1 - 60.3, 60.7, 77 Лесного кодекса Российской Федерации, статьями 1, 6, 8, 33, 34, 64 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", пунктом 4 статьи 16 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции", учитывая разъяснения, изложенные в пунктах 74, 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункте 18 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, пришел к выводу о доказанности прокуратурой обстоятельств заключения муниципального контракта с нарушением законодательства о закупках в целях предоставления необоснованных преимуществ в осуществлении предпринимательской деятельности, ограничении на рынке соответствующих работ/услуг.

Согласно статье 64 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее также - Закон об исполнительном производстве) исполнительными действиями являются совершаемые судебным приставом-исполнителем в соответствии с настоящим Федеральным законом действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе.

Суд апелляционной инстанции (с которым согласился окружной суд), исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, проанализировав условия спорного договора лизинга, общие условия договора, которые являются неотъемлемой его частью, правильно применив нормы гражданского законодательства, положения Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)", разъяснения, приведенные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", правовую позицию, изложенную в Обзоре судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, проверив методики представленных сторонами расчетов сальдо встречных обязательств по договору лизинга, определяющего завершающую обязанность сторон в отношении друг друга после прекращения договора лизинга и возврата его предмета Обществу (лизингодателю), установил, что сальдо встречных обязательств составляет в пользу лизингополучателя 1 414 785 руб. 24 коп., поэтому с Общества подлежит взысканию данная сумма и проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные с учетом введенного государственными органами моратория.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для включения требования в реестр требований кредиторов должника, учитывая обстоятельства, установленные при рассмотрении спора о признании недействительными договоров купли-продажи транспортных средств и применении последствий недействительности сделок, и недоказанность наличия финансовой возможности предоставить должнику спорную сумму во исполнение обязательств по договорам купли-продажи.

Отменяя определение суда первой инстанции, апелляционный суд, руководствуясь статьями 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходил из недоказанности совокупности обстоятельств необходимых для включения в реестр требований кредиторов должника требований Акопова Б.Р. по заявленным основаниям.

определением Арбитражного суда Ростовской области от 19.07.2022, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2022 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 12.12.2022, завершена процедура реализации имущества Букреевой Г.В. с освобождением должника от исполнения требований кредиторов, за исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктом 5 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".