Судебная практика ГК РФ

1. Гражданка Г., которой отказано в иске о признании незаконными действий по собиранию информации о ее частной жизни, возложении обязанности удалить информацию из экспертного заключения и о компенсации морального вреда, оспаривает конституционность статей 150 "Нематериальные блага", 151 "Компенсация морального вреда", пункта 1 статьи 152.2 "Охрана частной жизни гражданина" ГК Российской Федерации, статей 8 "Независимость судей", 33 "Передача дела, принятого судом к своему производству, в другой суд", 55 "Доказательства", 56 "Обязанность доказывания", 59 "Относимость доказательств", 67 "Оценка доказательств", 181 "Исследование письменных доказательств", 195 "Законность и обоснованность решения суда", 196 "Вопросы, разрешаемые при принятии решения суда", 198 "Содержание решения суда" ГПК Российской Федерации, статей 57 "Эксперт", 74 "Доказательства", 88 "Правила оценки доказательств", пункта 9 части первой статьи 204 "Заключение эксперта", статьи 285 "Оглашение протоколов следственных действий и иных документов" УПК Российской Федерации, статьи 16 "Обязанности эксперта" Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", части 8 статьи 9 "Ограничение доступа к информации" Федерального закона от 27 июля 2006 года N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и защите информации", статьи 13 "Соблюдение врачебной тайны", части 2 статьи 62 "Судебно-медицинская и судебно-психиатрическая экспертизы", статьи 73 "Обязанности медицинских работников и фармацевтических работников" Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

части 1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", согласно которой право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к данному Федеральному закону);

1. Граждане Г.Н. Николаенко и Н.А. Николаенко оспаривают конституционность пункта 1 статьи 200 "Начало течения срока исковой давности", статей 208 "Требования, на которые исковая давность не распространяется" и 304 "Защита прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения" ГК Российской Федерации, части 1 статьи 30 "Права и обязанности собственника жилого помещения" и части 1 статьи 60 "Договор социального найма жилого помещения" Жилищного кодекса Российской Федерации, а также статьи 13 Федерального закона от 29 декабря 2004 года N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" о запрете выселения определенной категории граждан из служебных жилых помещений и жилых помещений в общежитиях без предоставления других жилых помещений.

1. Гражданин Д.А. Макаров оспаривает конституционность пунктов 1, 2 и 11 статьи 61.11 "Субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Как следует из представленных материалов, в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью определением арбитражного суда, оставленным судами вышестоящих инстанций без изменения, Д.А. Макаров солидарно с иными лицами привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. При этом суды, установив, что Д.А. Макаров, формально не являясь участником должника, фактически действовал так, как если бы он являлся собственником данного предприятия, и его следует отнести к контролирующим должника лицам, исходили из доказанности наличия основания для его привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации заявителю отказано в передаче его кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам этого суда.

А ТАКЖЕ ПУНКТОМ 1 СТАТЬИ 1070 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,

части 15 статьи 14 "Подключение (технологическое присоединение) к системе теплоснабжения" Федерального закона от 27 июля 2010 года N 190-ФЗ "О теплоснабжении".

Из представленных материалов следует, что решением суда общей юрисдикции, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, заявителю отказано в удовлетворении требования о признании незаконным отказа органа местного самоуправления в согласовании переустройства жилого помещения - установки в принадлежащей Г.П. Чопозову квартире индивидуального источника тепловой энергии. При этом суды, в частности, исходили из того, что схемой теплоснабжения не предусмотрена возможность перехода отдельных жилых помещений в многоквартирном доме, в котором проживает заявитель, на индивидуальную систему отопления, а также из того, что на данное переустройство, предполагающее изменение общедомовой инженерной системы отопления многоквартирного дома, не получено согласие собственников помещений этого дома.

Что касается пункта 1 статьи 302 ГК Российской Федерации, то, как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 года N 6-П и других его решениях, закрепленное в данной статье правовое регулирование отвечает целям обеспечения стабильности гражданского оборота и направлено в целом на установление баланса прав и законных интересов всех его участников.

ПРАВ ПУНКТОМ 2 СТАТЬИ 1070 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, А ТАКЖЕ ЧАСТЬЮ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 3

И ПУНКТОМ 1 ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ 134 ГРАЖДАНСКОГО

ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

1. Гражданин А.А. Мазур оспаривает конституционность пункта 5 статьи 10 "Ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве" (в редакции Федерального закона от 28 июня 2013 года N 134-ФЗ), а также пунктов 5 и 6 статьи 61.14 "Право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Кроме того, при оценке деяний, совершенных в связи с оказанием или неоказанием медицинской помощи, также принимаются во внимание положения Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", согласно которым доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются в том числе применением порядков ее оказания и ее стандартов (пункт 4 статьи 10), учитываемых и при формировании критериев оценки (экспертизы) качества медицинской помощи, проводимой в целях выявления нарушений при ее оказании, включая оценку ее своевременности, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата (части 1 и 2 статьи 64) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 ноября 2019 года N 3243-О, от 26 октября 2021 года N 2146-О и от 25 июня 2024 года N 1476-О).

1. Гражданин Н.С. Колпаков оспаривает конституционность пункта 3 части 1 статьи 25 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", предусматривающего прекращение выплаты страховой пенсии в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 данного Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.

В Постановлении от 8 декабря 2017 года N 39-П Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что статья 15, пункт 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации и подпункт 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации в их нормативном единстве не противоречат Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования эти положения: предполагают возможность взыскания по искам прокуроров и налоговых органов о возмещении вреда, причиненного публично-правовым образованиям, денежных сумм в размере не поступивших в соответствующий бюджет от организации-налогоплательщика налоговых недоимок и пеней с физических лиц, которые были осуждены за совершение налоговых преступлений, вызвавших эти недоимки, или уголовное преследование которых в связи с совершением таких преступлений было прекращено по нереабилитирующим основаниям, при установлении всех элементов состава гражданского правонарушения, притом что сам факт вынесения обвинительного приговора не может расцениваться судом как безусловно подтверждающий их виновность в причинении имущественного вреда;

части 23 статьи 95 Федерального закона от 5 апреля 2013 года N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", закрепляющей, что при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения контракта другая сторона контракта вправе потребовать возмещения только фактически понесенного ущерба, непосредственно обусловленного обстоятельствами, являющимися основанием для принятия решения об одностороннем отказе от исполнения контракта;

О.В. Архипов оспаривает конституционность пункта 6 (фактически - лишь его абзаца первого) статьи 142 "Расчеты с кредиторами в ходе конкурсного производства" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

По мнению заявителя, данное законоположение противоречит статьям 2, 15, 17 (часть 1), 18, 19, 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2), 54 и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой оно по своему буквальному смыслу и по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, позволяет не исполнять вступившие в законную силу судебные акты.

1. Статья 12 Федерального закона от 26 января 1996 года N 15-ФЗ "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" в части первой устанавливает, что действие статей 1069 "Ответственность за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами" и 1070 "Ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда" ГК Российской Федерации распространяется также на случаи, когда причинение вреда потерпевшему имело место до 1 марта 1996 года, но не ранее 1 марта 1993 года, и причиненный вред остался невозмещенным.

1. Гражданка А.И. Федорова оспаривает конституционность пункта 1 статьи 10, статьи 429.4, пункта 1 статьи 782 ГК Российской Федерации, части первой статьи 56 ГПК Российской Федерации, а также статьи 32 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей".

Статьи 15 и 1064 ГК Российской Федерации, закрепляющие гарантии защиты и восстановления нарушенных прав потерпевших путем полного возмещения причиненного им вреда, служат цели реализации закрепленного в Конституции Российской Федерации принципа охраны права частной собственности законом (статья 35, часть 1) и действуют с учетом разъяснения, согласно которому, если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то, за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Оценив представленные в материалы дела доказательства с соблюдением статьи 71 АПК РФ, руководствуясь статьями 539, 544, 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Жилищного кодекса Российской Федерации, Правил, обязательных при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом договоров с ресурсоснабжающими организациями, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 14.02.2012 N 124, Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354, суды пришли к выводу о недоказанности наличия неосновательного обогащения на стороне ответчика (управляющей организации).

1. Гражданин В.В. Герасименко оспаривает конституционность пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 8 августа 2001 года N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", в соответствии с которым государственная регистрация, по общему правилу, осуществляется в срок не более чем пять рабочих дней со дня представления документов в регистрирующий орган, а также пунктов 2 и 3 статьи 149 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", определяющих срок и последствия направления арбитражным судом определения о завершении конкурсного производства в регистрирующий орган.