Судебная практика ГК РФ

1. Гражданин О.А. Рожков оспаривает конституционность части 6 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", согласно которой периоды работы, предусмотренные пунктами 1 - 18 части 1 данной статьи, имевшие место после 1 января 2013 года, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии начисления и уплаты страхователем страховых взносов по соответствующим тарифам, установленным статьей 428 Налогового кодекса Российской Федерации; при этом условия назначения страховой пенсии по старости, установленные пунктами 1 - 18 части 1 данной статьи, применяются в том случае, если класс условий труда на рабочих местах по работам, указанным в пунктах 1 - 18 части 1 данной статьи, соответствовал вредному или опасному классу условий труда, установленному по результатам специальной оценки условий труда.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции, повторно оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался положениями статей 20.3, 20.7 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 18, 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 N 91 "О порядке погашения расходов по делу о банкротстве", и установил, что спорная сумма превышает лимиты на оплату услуг привлеченных специалистов; определение суда об увеличении лимитов и привлечении Королева А.Н. с оплатой его услуг за счет должника не выносилось; необходимость привлечения специалиста не доказана.

Разрешая вопрос и отменяя определение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался положениями статей 5, 60, 129, 130, 134 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из того, что привлечение конкурсным управляющим предпринимателя связано с исполнением возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, и в соответствии с положениями Закона о банкротстве такое привлечение являлось обязательным, в связи с чем удовлетворение таких требований осуществляется в составе первой очереди, с чем впоследствии согласился суд округа.

Суды, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, пришли к выводу об отсутствии совокупности оснований, установленных статьей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, приведенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", для признания за Фондом права собственности на спорные объект в силу приобретательной давности.

В рассматриваемом случае, суды, сославшись на положения статей 12, 15 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), не нашли достаточных оснований для удовлетворения заявленных требований.

Банк как мажоритарный кредитор, считающий план внешнего управления нереалистичным, не лишен возможности заявить требование о предоставлении на рассмотрение собрания кредиторов отчета внешнего управляющего (абзац четвертый пункта 1 статьи 117 Закона о банкротстве) и инициировать на таком собрании рассмотрение вопроса об обращении в суд первой инстанции с ходатайством о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства (абзац четвертый пункта 3 статьи 118 Закона о банкротстве).

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 173.1, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), статьей 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ), удовлетворил требования, отклонив довод ответчика о пропуске годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса), придя к выводу, что о спорных сделках истцу стало известно после назначения управляющим Обществом Махотина А.И., путем заключения договора управления от 29.01.2021.

Признавая жалобу кредитора необоснованной, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался положениями статьей 20.3, 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из установленного факта принятия достаточных мер по недопущению нарушения прав текущего кредитора Фазлеевой Э.М. и недоказанности ею обстоятельств ненадлежащего исполнения конкурсным управляющим должником возложенных на него обязанностей по погашению текущей задолженности.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, руководствовались статьей 213.8 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", учли разъяснения, содержащиеся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и исходили из отсутствия доказательств наличия у Ружниковой П.А. финансовой возможности для выдачи должнику денежных средств в заявленном размере и реальности заемных отношений.

1. Гражданин А.В. Свечников оспаривает конституционность части 4.5 статьи 12.1 (ошибочно названной в жалобе частью 4 статьи 12) Федерального закона от 25 декабря 2008 года N 273-ФЗ "О противодействии коррупции" и части 7.3 статьи 40 Федерального закона от 6 октября 2003 года N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", предусматривающих при выявлении в результате проверки фактов несоблюдения лицом, замещающим муниципальную должность, ограничений, запретов, неисполнения обязанностей, которые установлены антикоррупционным законодательством, право высшего должностного лица субъекта Российской Федерации (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) обращаться с заявлением о досрочном прекращении полномочий лица, замещающего муниципальную должность, или применении в отношении его иного дисциплинарного взыскания в орган местного самоуправления, уполномоченный принимать соответствующее решение, или в суд.

1. Гражданин Э.А. Гусейнов оспаривает в своих жалобах конституционность ряда положений Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5473-I "Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации", федеральных законов от 17 января 1992 года N 2202-I "О прокуратуре Российской Федерации", от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", от 2 мая 2006 года N 59-ФЗ "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации", от 30 апреля 2010 года N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" и от 28 декабря 2010 года N 403-ФЗ "О Следственном комитете Российской Федерации".

По мнению И.Н. Альхимовича, оспариваемые нормы противоречат статьям 17 (части 1 и 3), 18 и 55 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку позволяют взыскивать компенсацию морального вреда в размере, который не обеспечивает стимулирования субъектов права к осуществлению своей деятельности способами, минимизирующими причинение вреда, чем ограничивают реализацию конституционных гарантий, направленных на предотвращение нарушения прав граждан. Также заявитель просит внести изменения в статьи 1065, 1079 и 1101 ГК Российской Федерации в предлагаемой им редакции.

Л.И. Чобану оспаривает конституционность абзацев первого и второго пункта 11 статьи 61.11 "Субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

По мнению заявителя, данные законоположения противоречат статьям 15, 17 (часть 3), 18, 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 46 (часть 1), 49 (часть 1), 54 (часть 2), 55 (часть 3) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им в системе действующего правового регулирования сложившейся правоприменительной практикой, по общему правилу устанавливают размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, единственным основанием привлечения которого к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов является непредставление временному и (или) конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность но ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, равным совокупному размеру требований кредиторов, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника, без обязанности установления арбитражным судом причинной связи между допущенным контролирующим должника лицом нарушением (непредставление документов) и размером понесенных кредиторами должника в результате этого нарушения убытков и с возложением на контролирующее лицо бремени доказывания меньшего размера причиненных кредиторам в результате допущенного им нарушения убытков.

В соответствии со статьей 836 Гражданского кодекса Российской Федерации договор банковского вклада должен быть заключен в письменной форме.

Письменная форма договора банковского вклада считается соблюденной, если внесение вклада удостоверено сберегательной книжкой, сберегательным или депозитным сертификатом либо иным выданным банком вкладчику документом, отвечающим требованиям, предусмотренным для таких документов законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота (пункт 1).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Суды исследовали обстоятельства заключения договора и установили отсутствие умаления вследствие его заключения конкурсной массы должника и причинения вреда кредиторам, препятствующего признанию сделки недействительной сделки в силу статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суды исследовали обстоятельства перечисления денежных средств со счета должника и признали их не создающими условий для недействительности платежей как в силу статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", так и на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суды установили отсутствие у должника имущества и доходов, необходимых для удовлетворения требований кредиторов, недобросовестного поведения в процедурах банкротства и незаконных действий при возникновении обязательств, поэтому правомерно признали наличие условий для завершения процедур банкротства с применением правила пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции, с которым впоследствии согласился суд округа, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из недоказанности истцом совокупности условий, необходимых для взыскания с ответчика ущерба.