Судебная практика ГК РФ

По мнению С.А. Пюро-Дятловской, оспариваемая норма противоречит Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьям 19, 45, 46, 55 (часть 3) и 57, поскольку в системной взаимосвязи с разъяснениями, содержащимися в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", - согласно которым, в частности, наследник является недостойным при условии, что обстоятельства, являющиеся основанием для отстранения от наследования, подтверждены приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу, - она ограничивает круг оснований для признания наследника недостойным только теми, которые подтверждены приговорами и решениями судов, исключая возможность установления соответствующих обстоятельств иными видами судебных актов.

1. Гражданка Г.В. Федотова, которой отказано в удовлетворении требований о взыскании, в частности, денежных средств, уплаченных по договорам оказания платных медицинских услуг, оспаривает конституционность пункта 21 статьи 2 "Основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе", статьи 4 "Основные принципы охраны здоровья" и части 1 статьи 20 "Информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство и на отказ от медицинского вмешательства" Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", а также статьи 10 "Информация о товарах (работах, услугах)" Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей".

Е.В. Зотова оспаривает конституционность пункта 1 статьи 213.24 "Решение арбитражного суда о признании гражданина банкротом" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

По мнению заявительницы, данное законоположение противоречит статьям 2, 15 (часть 1), 17 (часть 3), 39 (части 1 и 2) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой оно позволяет признать банкротом индивидуального предпринимателя, полностью восстановившего платежеспособность в процедуре реструктуризации долгов гражданина, а также не позволяет ему принять непосредственное личное участие в судебном заседании при рассмотрении заявления кредитора о признании его банкротом.

1. Гражданин П.Ф. Бирюков оспаривает конституционность части седьмой (в жалобе ошибочно поименована абзацем 13) статьи 19 Федерального закона от 19 мая 1995 года N 82-ФЗ "Об общественных объединениях", которая в оспариваемой заявителем редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 19 декабря 2022 года N 535-ФЗ, предусматривала, что условия и порядок приобретения, утраты членства, включая условия выбытия из членов общественных объединений по возрасту, определяются уставами соответствующих общественных объединений.

ПРАВ ПУНКТОМ 3 СТАТЬИ 623 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПУНКТОМ 2 ЧАСТИ 1 СТАТЬИ 28.3

ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О ТЕПЛОСНАБЖЕНИИ"

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,

В обоснование жалобы он указывает на неправильное толкование судами апелляционной и кассационной инстанций положений п. 5 ст. 2 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" (далее - Федеральный закон "О статусе военнослужащих"), что привело к ошибочному выводу о праве на внеочередное обеспечение жильем только тех военнослужащих, которые имеют трех несовершеннолетних детей.

По мнению Я.Б. Галицкой, статья 152 ГК Российской Федерации во взаимосвязи со статьей 150 названного Кодекса и с учетом пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" не соответствует статьям 21 (часть 1) и 23 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку она не позволяет обеспечить судебную защиту чести, достоинства и деловой репутации гражданина и взыскание компенсации морального вреда в случае, если сведения, по поводу которых возник спор, были сообщены в ходе рассмотрения другого дела участвовавшими в нем лицами, являлись доказательствами по этому делу и были оценены судом при вынесении решения. Кроме того, заявительница полагает, что статья 152 ГК Российской Федерации по смыслу, придаваемому ей пунктом 11 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, противоречит статье 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а также части второй статьи 61 ГПК Российской Федерации.

ООО "МФ "Консалтсервис" оспаривает конституционность пункта 6 статьи 20.3 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", согласно которому утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих.

По мнению заявителя, данное законоположение противоречит статьям 8 (часть 2), 18, 19 (части 1 и 2), 35 (части 1 - 3), 46 (часть 1) и 47 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку из-за неопределенности своего содержания допускает его неоднозначное толкование судами, что порождает разный подход в правоприменении и позволяет арбитражным управляющим в делах о банкротстве в схожих обстоятельствах реализовывать разный объем прав, чем ставит должников и их контрагентов в неравное положение, а также необоснованно лишает отдельных арбитражных управляющих возможности полноценно защищать законные права и интересы должника, его кредиторов, иных лиц, участвующих в деле о банкротстве.

М.Б. Ашихмин оспаривает конституционность пункта 6 статьи 11 "Решение о государственной регистрации" и подпункта "б" пункта 5 статьи 21.1 "Исключение юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа" Федерального закона от 8 августа 2001 года N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей". По мнению заявителя, оспариваемые нормы противоречат статьям 8 (часть 2) и 35 (части 1 и 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они препятствуют реализации права распоряжения собственностью и допускают возможность лишения имущества, находящегося в частной собственности, в административном порядке в отсутствие соответствующего решения суда.

пункта 3 статьи 20 "Арбитражные управляющие", абзаца шестого пункта 2 статьи 20.2 "Требования к арбитражному управляющему в целях утверждения его в деле о банкротстве", пунктов 1 и 9 статьи 24.1 "Договор обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего" и пункта 3 статьи 25.1 "Компенсационный фонд саморегулируемой организации арбитражных управляющих" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)";

1. Гражданин В.П. Гудков оспаривает конституционность пункта 3.1.1 статьи 20.6 "Вознаграждение арбитражного управляющего в деле о банкротстве" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Как следует из представленных материалов, вступившим в законную силу определением арбитражного суда, принятым в ходе рассмотрения дела о банкротстве хозяйственного общества - застройщика, В.П. Гудков (учредитель и директор должника) привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с нарушением предусмотренных Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" обязанностей по подаче заявления должника о признании его банкротом в арбитражный суд и по передаче конкурсному управляющему документации должника, материальных и иных ценностей, а также в связи с совершением сделок, повлекших причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов должника, включая участников долевого строительства; в части определения размера субсидиарной ответственности производство по обособленному спору приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. Впоследствии производство по этому обособленному спору в обозначенной части прекращено в связи с прекращением производства по делу о банкротстве по причине погашения третьим лицом всех требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

1. Гражданин Е.И. Серов оспаривает конституционность абзаца третьего пункта 4 статьи 26 "Регулирование доступа к электрическим сетям и услугам по передаче электрической энергии" Федерального закона от 26 марта 2003 года N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", а также абзацев первого и второго пункта 6 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг (утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 года N 861, далее - Правила).

1. Гражданка О.В. Самарцева (индивидуальный предприниматель) оспаривает конституционность статей 142 и 143 ГК Российской Федерации, статьи 1 Федерального закона от 11 марта 1997 года N 48-ФЗ "О переводном и простом векселе", статей 11 - 16 и 77 Положения о переводном и простом векселе (утверждено Постановлением Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров СССР от 7 августа 1937 года N 2 104/1341), а также статей 18, 71, 110, 112, 153 и 179 АПК Российской Федерации.

Решение суда в части гражданского иска соответствует требованиям ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, оснований для снижения сумм, взысканных с осужденного, не имеется.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции были проверены законность, обоснованность и справедливость приговора, соблюдена процедура рассмотрения дела, в полном объеме рассмотрены доводы апелляционной жалобы осужденного и дополнения к ней, внесены необходимые изменения в приговор, улучшающие положение осужденного, смягчено назначенное ему наказание, вынесенное апелляционное определение соответствует требованиям ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ.

А.В. Третьяков оспаривает конституционность части 4 статьи 4 Федерального закона от 29 июля 2017 года N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях", согласно которой положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции Федерального закона от 29 июля 2017 года N 266-ФЗ) применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 1 сентября 2017 года.

1. Решением арбитражного суда удовлетворено заявление гражданина В.В. Бендина - участника и кредитора признанного банкротом общества с ограниченной ответственностью - о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам принятого без его участия судебного акта, на котором было основано заявленное в деле о банкротстве требование иного кредитора. Отменяя данное решение, суд апелляционной инстанции исходил из того, что судебный акт, заявленный к пересмотру, выводов о правах и (или) обязанностях В.В. Бендина не содержит; основания для его пересмотра в порядке, установленном главой 37 АПК Российской Федерации, отсутствуют; для защиты интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, применительно к указанному случаю предусмотрен иной процессуальный порядок, разъяснения относительно которого даны в пункте 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве". С указанными выводами согласился арбитражный суд кассационной инстанции. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации заявителю отказано в передаче его кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам этого суда.

ООО "Инвестфинансгрупп" оспаривает конституционность частей 3 и 3.1 статьи 70 "Освобождение от доказывания обстоятельств, признанных сторонами", части 1 статьи 161 "Заявление о фальсификации доказательства" АПК Российской Федерации, пунктов 6 и 10 статьи 16 "Реестр требований кредиторов", пункта 1 статьи 19 "Заинтересованные лица", пунктов 1 - 3, абзаца первого пункта 4, пункта 5 статьи 71 "Установление размера требований кредиторов", пунктов 1 - 3, абзаца первого пункта 4, пункта 5 статьи 100 "Установление размера требований кредиторов" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а также положения части первой статьи 4 Закона РСФСР от 22 марта 1991 года N 948-I "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках", определяющего понятие аффилированных лиц.

1. Гражданин Г.С. Назаров оспаривает конституционность части 2 статьи 9 "Расторжение договора" Федерального закона от 30 декабря 2004 года N 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации", а также следующих норм Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)": пункта 1 статьи 60 "Рассмотрение разногласий, заявлений, ходатайств и жалоб в деле о банкротстве", пункта 3 статьи 137 "Требования кредиторов третьей очереди", подпункта 1 пункта 1 и пункта 2 статьи 201.14 "Погашение требований граждан - участников строительства по денежным обязательствам и особенности расчетов с кредиторами в случае реализации предмета залога в деле о банкротстве застройщика".

абзаца девятого (в жалобе назван абзацем седьмым) пункта 2 статьи 21 "Полномочия Правительства Российской Федерации, федеральных органов исполнительной власти и органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования и контроля в электроэнергетике" и пункта 1 статьи 40 "Ценообразование на розничных рынках" Федерального закона от 26 марта 2003 года N 35 "Об электроэнергетике" во взаимосвязи с пунктом 4 Перечня категорий потребителей, которые приравнены к населению и которым электрическая энергия (мощность) поставляется по регулируемым ценам (тарифам) (в отношении объемов потребления электрической энергии, используемых на коммунально-бытовые нужды и не используемых для осуществления коммерческой (профессиональной) деятельности) (приложение N 1 к Основам ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2011 года N 1178; далее также - Перечень);

статьи 79 "Юридическая сила решения" Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 года N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации", а фактически ее части пятой, согласно которой с момента вступления в силу постановления Конституционного Суда Российской Федерации, которым нормативный акт или отдельные его положения признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, либо постановления Конституционного Суда Российской Федерации о признании нормативного акта либо отдельных его положений соответствующими Конституции Российской Федерации в данном Конституционным Судом Российской Федерации истолковании не допускается применение либо реализация каким-либо иным способом нормативного акта или отдельных его положений, признанных таким постановлением Конституционного Суда Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации, равно как и применение либо реализация каким-либо иным способом нормативного акта или отдельных его положений в истолковании, расходящемся с данным Конституционным Судом Российской Федерации в этом постановлении истолкованием; суды общей юрисдикции, арбитражные суды при рассмотрении дел после вступления в силу постановления Конституционного Суда Российской Федерации (включая дела, производство по которым возбуждено и решения предшествующих судебных инстанций состоялись до вступления в силу этого постановления Конституционного Суда Российской Федерации) не вправе руководствоваться нормативным актом или отдельными его положениями, признанными этим постановлением Конституционного Суда Российской Федерации не соответствующими Конституции Российской Федерации, либо применять нормативный акт или отдельные его положения в истолковании, расходящемся с данным Конституционным Судом Российской Федерации в этом постановлении истолкованием;