Судебная практика ГК РФ

Разрешая спор по настоящему делу, суды руководствовались положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", исходили из того, что доказательства причинения обществу с ограниченной ответственностью "Сладсон" убытков вследствие принятия решений ее участником Герасимовой А.В. не представлены, отклонив довод истцов о преюдициальном значении обстоятельств, установленных при рассмотрении дела N А56-115004/2018, пришли к выводу об отсутствии оснований для применения к ответчику меры ответственности в виде взыскания убытков.

Признавая требование арбитражного управляющего обоснованным в части, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьей 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из доказанности Гуртовым Ю.А. оснований для установления процентов по вознаграждению за проведение процедуры банкротства в отношении должника в заявленном размере.

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования, апелляционный суд руководствовался положениями пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и, исходя из установленных фактических обстоятельств, пришел к выводу о правомерности требования в связи с подтвержденностью совокупности условий (совершение оспариваемых сделок в период подозрительности и в условиях неплатежеспособности должника, с целью причинения имущественного вреда правам кредиторов), необходимых для квалификации оспариваемых сделок в качестве подозрительных и признания их недействительными.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив отсутствие в границах испрашиваемого земельного участка объекта незавершенного строительства, доказательств освоения участка и начала строительства, суд, руководствуясь пунктом 1, подпунктом 10 пункта 2, пунктом 5 статьи 39.6, статьей 39.16, пунктом 5 статьи 39.17 Земельного кодекса Российской Федерации, пунктом 21 статьи 3 Федерального закона от 25.10.2001 N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации", пришел к выводу об отсутствии оснований для заключения с обществом договора аренды на новый срок и в удовлетворении требований отказал.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из буквального толкования положений условий договора, согласно которым обязанность арендатора по уплате арендной платы возникает с момента подписания акта приема-передачи, с даты подписания акта доступа арендатор обязан уплачивать только переменную часть арендной платы, поэтому передача объекта по акту доступа от 25.12.2018 на изменение обязательств сторон не влияет, и установив, что передача объекта в аренду по акту приема-передачи состоялась 22.04.2019, суд, руководствуясь статьей 422, пунктом 1 статьи 431, пунктом 1 статьи 606, пунктом 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями пункта 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания с ответчика арендной платы за период с 25.12.2018 по 21.04.2019.

Признавая требование конкурсного управляющего необоснованным, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьями 9 и 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)"), положениями главы III.2 этого Закона (в действующей редакции) и исходили из того, что заявитель не доказал наличие оснований для привлечения собственника имущества и бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности.

Принимая обжалуемые заявителем судебные акты, суды руководствовались положениями статей 113, 114, 115, 117, 123, пункта 1 части 1 статьи 150, статей 259, 265 АПК РФ, разъяснениями, изложенными в пунктах 12, 15, 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", пунктах 63, 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пунктах 32, 33 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 99 "О процессуальных сроках", и исходили из отсутствия правовых оснований для восстановления пропущенного процессуального срока подачи жалобы ввиду соблюдения судом первой инстанции предусмотренных законом сроков и порядка изготовления, направления и публикации в сети Интернет судебных актов, а также пропуском предпринимателем шестимесячного пресекательного срока на обращение с ходатайством о восстановлении пропущенного срока на обжалование решения от 11.02.2020.

При разрешении спора суды руководствовались статьями 61.1, 61.2 (пункт 1), 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 129, 135, 191 Трудового кодекса Российской Федерации и исходили из доказанности совокупности условий, необходимых для признания сделок недействительными на основании неравноценности встречного предоставления. Суды констатировали, что в настоящем случае выплата дополнительного вознаграждения в значительном размере за выполнение обычной трудовой функции в нарушение Положения об оплате труда работников банка и при наличии неустойчивого финансового положения банка не может рассматриваться в качестве равноценного встречного предоставления внесенному работником трудовому вкладу.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 60, 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и исходил из того, что спорное недвижимое имущество является предметом залога (ипотеки), обеспечивающим исполнение обязательств должника перед банком, в связи с чем факт наличия у должника единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения не является препятствием для обращения на него взыскания.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 309, 310, 450, 452, 619 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), статей 22, 46 Земельного кодекса, учитывая разъяснения, содержащиеся в пункте 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 N 11 "О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства", установив, что договор аренды заключен после введения в действие Земельного кодекса на срок более пяти лет, при этом договоры субаренды с третьими лицами заключены после уведомления арендодателя, пришел к выводу об отсутствии оснований для расторжения договора аренды.

Суды, руководствуясь нормами Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", принимая во внимание установленный вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.03.2019 по делу N А60-72186/2018 факт нарушения обществом обязательств по контракту от 24.10.2018 N Ф.2018.494255, наличие причинно-следственной связи между неисполнением ответчиком обязательств по первоначальному контракту и заключением истцом замещающего контракта, проверив расчет убытков и признав его правильным, пришли к выводу о правомерности заявленных исковых требований о взыскании убытков.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, установив факт исполнения торговым домом (поставщик) надлежащим образом обязательства по поставке товара в необходимом количестве, принятие обществом (покупатель) товара и отсутствие доказательств его оплаты в полном объеме, руководствуясь статьями 309, 330, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу о наличии у ответчика задолженности по оплате принятого товара и, признав обоснованным начисление неустойки на основании пункта 7.5 договора поставки от 28.06.2019 N 192121/Д и расчет неустойки верным, удовлетворили иск в заявленном размере.

Исследовав и оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суды установили, что после создания Федеральной службы войск национальной гвардии и преобразования войск министерства в войска национальной гвардии министерство продолжило предоставлять учреждению доступ к интегрированным каналам связи без заключения с ним контрактов и, руководствуясь статьями 1102, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации, Указом Президента Российской Федерации от 05.04.2016 N 157 "Вопросы Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации", учитывая, что учреждение не совершало действий, свидетельствующих об отказе от услуг, пришли к выводу о возникновении у ответчика обязанности по возмещению истцу неосновательного обогащения и, исключив из расчета часть объектов, частично удовлетворили иск.

Отменяя принятые по делу судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции, руководствуясь положениями статей 424, 431, 464, 486 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции", учитывая правовую позицию, сформулированную в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, исходил из того, что судами не был надлежащим образом исследован вопрос о размере окончательной цены поставленного товара, подлежащей определению после предоставления поставщиком определенного перечня документов; взыскана стоимость товара в размере, превышающем цену договора в отсутствие к тому оснований, ошибочно определен период начисления пени за просрочку оплаты задолженности, а именно неверно установлена начальная дата начисления неустойки.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, проанализировав условия договора от 20.03.2019 N 20/03/2019/ЮЖ, суд апелляционной инстанции установил факт выполнения обществом "Пожтелестрой" (подрядчик) работ в полном объеме, завершение выполнения работ 19.06.2019, принятие застройщиком (заказчик) работ, наличие потребительской ценности для заказчика результата выполненных работ, отсутствие доказательств их оплаты и, руководствуясь статьями 395, 702, 711, 721, 726, 746, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), учитывая недоказанность заказчиком того факта, что отсутствие исполнительной документации исключает возможность использования результата работ по назначению, пришел к выводам о наличии у застройщика задолженности по оплате выполненных подрядчиком работ, отсутствии оснований для взыскания с подрядчика неустойки за просрочку в завершении выполнения работ после 19.06.2019 и, снизив размер неустойки на основании статьи 333 ГК РФ по заявлению подрядчика, признав правильным расчет процентов за пользование чужими денежными средствами, с учетом произведенного авансирования, удовлетворил первоначальный иск частично и встречный иск в полном объеме.

По результатам изучения принятых по делу судебных актов и доводов, содержащихся в кассационной жалобе, установлено, что предусмотренные статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. Суды руководствовались статьями 61.11, 61.14, 61.19, 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из недоказанности совокупности условий, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 614, 624, 665, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 2, 28 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)", разъяснениями, изложенными в пунктах 3.1, 3.2 - 3.5, 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", установив, что договор лизинга расторгнут в связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем своих обязательств, определив сальдо встречных обязательств по договору лизинга, суды пришли к выводу о наличии на стороне лизингополучателя неосновательного обогащения.

Отказывая в иске, суды руководствовались статьями 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.04.2012 N 442, и, исследовав и оценив в представленные в материалы дела доказательства порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о доказанности материалами дела факта вмешательства в работу прибора учета истца, выразившегося в установке в приборе учета постороннего устройства, не предусмотренного заводом-изготовителем.