Судебная практика ГК РФ

Оценив доказательства по делу по правилам главы 7 Кодекса, в том числе заключение дополнительной судебной экспертизы, суды установили объем и стоимость фактически выполненных ответчиком работ, принятых истцом, и, руководствуясь статьями 309, 310, 702 - 729, 740 - 757, 1102 - 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что излишне уплаченная истцом (заказчик) сумма за работы составляет 272 620 рублей 52 копейки и подлежит взысканию с ответчика (подрядчик) в пользу заказчика в качестве неосновательного обогащения.

Руководствуясь статьями 8, 209, 210, 886, 889, 896, 899 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая предоставленные обществом в гарантийных письмах гарантии по оплате, в том числе затрат, связанных с хранением ремонтопригодных (неремонтопригодных) узлов, деталей и колесных пар, суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд округа, пришел к выводу о наличии между сторонами правоотношений по хранению узлов, деталей и колесных пар, удовлетворив иск.

По результатам изучения принятых по делу судебных актов и доводов, содержащихся в кассационных жалобах, установлено, что предусмотренные статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для передачи жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. Суд округа руководствовался статьями 61.3, 61.9, 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 181, 199, 339, 342.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", Федеральным законом от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" и исходил из того, что срок исковой давности по требованию об оспаривании залога пропущен, право требования к должнику подтверждено, сроки обращения с требованием соблюдены. Суды нижестоящих инстанций допустили неправильное применение норм права.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 46, 47, 101, 101.2 Налогового кодекса Российской Федерации, пунктом 11 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, установив, что задолженность по обязательным платежам подтверждена документально и должником не погашена, а возможность принудительного взыскания данных обязательных платежей не утрачена, признали требования уполномоченного органа обоснованными и подлежащими включению в реестр.

Исследовав и оценив в совокупности и взаимной связи представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, проанализировав условия заключенного между сторонами договора и придя к выводу, что иных способов передачи и согласования макета книги, кроме как подписание уполномоченными представителями сторон соответствующего акта, ни договором, ни фактически сложившимся порядком взаимоотношений сторон не предусмотрено, установив, что обязательства по договору ответчиком в полном объеме не выполнены и оригинал-макет книги истцу не представлен, принимая во внимание отсутствие у ответчика денежных средств для издания книги, несмотря на их перечисление заказчиком, а также факт издания книги в ином издательстве, суды, руководствуясь статьями 182, 309, 310, 395, 702, 708, 715 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворили иск.

Повторно разрешая спор в обжалуемой части, суды апелляционной инстанции и округа, руководствуясь статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 61.2, 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктами 9, 16 - 20 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из доказанности совокупности условий для признания недействительными части сделок в отношении пяти транспортных средств как совершенных с неравноценным встречным исполнением для неплатежеспособного должника, при этом правомерно применив последствия их недействительности.

Определением суда от 29.12.2020 требования общества признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались статьями 10, 168, 169, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из того, что заявитель не доказал наличие оснований для признания спорных перечислений недействительными по заявленным основаниям.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 209, 452, 607, 614, 619 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 9 статьи 22 Земельного кодекса Российской Федерации, статьями 130 - 132 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", установив обстоятельства нарушения должником оплаты арендных платежей, соблюдения не злоупотребившим своим правом арендодателем претензионного порядка, наличия у последнего возможности досрочно расторгнуть договор аренды применительно к сложившейся ситуации и согласованным сторонами условиям сделки, обоснованно удовлетворили заявление.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд, руководствуясь статьями 166 - 168, 181, 199, 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 6, 8, 11, 24 - 27 Водного кодекса Российской Федерации, статьями 27, 102 Земельного кодекса Российской Федерации, пунктом 8 статьи 28 Федерального закона от 21.12.2001 N 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества", разъяснениями пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 N 15 "О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе", требования в части признания отсутствующим зарегистрированного в ЕГРН права собственности общества на земельные участки удовлетворил.

Отменяя определение суда апелляционной инстанции, суд округа, руководствуясь разъяснениями, изложенными в абзаце четвертом пункта 30 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 60 "О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 N 296-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)", в пункте 30 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", исходил из того, что оно принято с нарушением норм процессуального права, в связи с чем направил вопрос о принятии поданной им апелляционный жалобы в апелляционный суд.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь положениями статей 10 и 189.23 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в соответствующих редакциях), признав наличие совокупности условий, необходимых для привлечения Глоцера Ю.А. и Мафцира Е.С. к субсидиарной ответственности, пришли к выводу об обоснованности заявления в данной части, указав на конкретные недобросовестные действия (бездействие) указанных лиц совместно с другими ответчиками, приведших к банкротству должника.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 166, 382, 384, 449 Гражданского кодекса Российской Федерации, частью 18 статьи 155, частью 16 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации, абзаца второго пункта 4 статьи 110 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из того, что законодателем установлен запрет на уступку права требования по возврату просроченной задолженности по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги за исключением отдельной, установленной законом категории лиц, критериям принадлежности к которым организация победитель торгов и компания участник не соответствовали, в связи с чем признали действия организатора торгов по определению победителя незаконными, а заключенный с ним договор - недействительным (ничтожным).

Правовые выводы арбитражных судов об отсутствии оснований для исключения ответчика из хозяйственного общества, обладающего с истцом равным количеством долей, основаны на конкретных обстоятельствах дела, соответствуют пункту 1 статьи 67 Гражданского кодекса Российской Федерации, статье 10 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", разъяснениям, изложенным в постановлениях Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", правовым позициям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2014), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.12.2014, Обзоре судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019. При этом данные выводы арбитражных судов доводами кассационной жалобы не опровергнуты.

Руководствуясь положениями Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, суд округа отменил решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции, признал постановление о привлечении к административной ответственности законным, исходя из вмененного обществу правонарушение, выразившегося в нарушении установленного порядка подключения к электрическим сетям, а именно в нарушении сроков направления заявителю проекта договора об осуществлении технологического присоединения.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 12, 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что действия собственника здания (общества "Голд-Маркет"), направленные на ликвидацию объекта, привели к его обесточиванию. Отказывая в удовлетворении требований к обслуживающей организации (общество "Коммунальные системы"), суды пришли к выводу об отсутствии надлежащих доказательств, подтверждающих незаконность действий ответчика, поскольку он не является законным владельцем здания и объектов сетевого хозяйства.

Принимая обжалуемые заявителем судебные акты, суды руководствовались нормами главы 7 АПК РФ, положениями статей 12, 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой позицией, изложенной в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", и исходили из доказанности истцом факта возникновения у него права собственности на спорное имущество.