Судебная практика ГК РФ

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, установив, что арендатор документально не подтвердил факт соблюдения всех согласованных договором аренды условий для реализации права на досрочное одностороннее расторжение сделки, не представив надлежащих доказательств внесения арендной платы авансом до даты прекращения арендных правоотношений, реализации мер, направленных на согласование выезда из арендуемого помещения с арендодателем, обращение с заявкой в администрацию ТЦ "Восточный", суды, руководствуясь статьями 421, 431, 450, 450.1, 606, 655 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", не усмотрели оснований для удовлетворения иска.

Суды исследовали обстоятельства заключения договоров поручительства от 04.03.2019 и от 05.12.2019 и признали их создающими условия для недействительности сделок в силу статей 61.1, 61.2, 213.11, 213.25, 213.32, Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Общество обратилось в Верховный Суд Российской Федерации с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение в применении и толковании судами норм материального права, просило отменить постановления от 26.01.2021 и 20.05.2021, оставив решение от 03.11.2020 в силе. Заявитель не согласен с выводами судов апелляционной и кассационной инстанций относительно определения объема коммунальной услуги по водоотведению, оказанной в целях содержания общего имущества МКД в отсутствие общедомовых приборов учета (далее - ОДПУ) стоков на основании подпункта "в" пункта 21(1) Правил, обязательных при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом договоров с ресурсоснабжающими организациями, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 14.02.2012 N 124 (далее - Правила N 124), согласно которому расчет объема этой коммунальной услуги производится исходя из норматива потребления, ссылаясь на необходимость его определения на основании показаний ОДПУ водоснабжения (по сумме холодного и горячего водоснабжения), указывая на приоритет "приборного" порядка над "расчетным".

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 20.3, 60, 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", применительно к фактическим обстоятельствам дела, обусловленным фактом неисполнения Парамоновой О.Г. как контролирующим должника лицом своей обязанности по передаче конкурсному управляющему первичной документации, отсутствия поручений кредиторов на оспаривание обеспечительной сделки по передаче должником недвижимого имущества в залог банку, не установили недобросовестного поведения арбитражных управляющих, незаконности бездействия, нарушения прав и законных интересов должника, заявителя и иных кредиторов.

Оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса, руководствуясь статьями 15, 16, 1064, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, суды удовлетворили иск, установив, что именно в результате незаконных действий сотрудников подразделения УЭБ и ПК УМВД России по Тверской области у истца возникли убытки, в связи с уничтожением части конфискованного оборудования по протоколу осмотра при недоказанности законности таких действий; место хранения изъятого оборудования не изменялось и в межведомственный отдел изъятое оборудование не передавалось; незаконность действий УЭБ и ПК УМВД России по Тверской области состоит в необеспечении сохранности изъятого у общества оборудования, вследствие чего произошло его частичное уничтожение; по результатам служебной проверки должностные лица за невозврат собственнику имущества, изъятого в ходе досудебного производства и не признанного вещественным доказательством, привлечены к дисциплинарной ответственности, в отношении сотрудников подразделения возбуждено уголовное дело по части 3 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту пропажи имущества общества; размер причиненного обществу ущерба в названной сумме подтвержден; в результате необеспечения сохранности оборудования должностными лицами ответчика имущество истца частично утрачено, выбыло из его владения; законность такого владения в суде подтверждена.

При рассмотрении дела арбитражные суды руководствовались нормами статей 14, 23, 26 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", положениями Порядка определения стоимости чистых активов, утвержденного Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 28.08.2014 N 84н, Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.99 N 90/14, установили, что общество ненадлежащим образом исполнило свою обязанность по определению и выплате действительной стоимости принадлежавшей Николаеву Г.Г. доли в уставном капитале, возникшую в связи с выходом последнего из состава участников общества. Размер действительной стоимости доли определен на основании данных бухгалтерской отчетности общества на последнюю отчетную дату, предшествовавшую выходу Николаева Г.Г. из общества - 31.12.2018, исходя из стоимости чистых активов общества. Расчет процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму долга, судами проверен и признан верным.

В кассационной жалобе заявители просят о пересмотре судебных актов апелляционного и окружного судов, ссылаясь на игнорирование их доводов о необходимости применения статьи 61.7 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и готовности урегулирования спора внесудебным путем.

Исследовав и оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, руководствуясь статьями 410, 454, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив факт нарушения торговым домом срока оплаты товара, суды признали обоснованным начисление неустойки на основании пункта 10.1 договора и с учетом установленной суммы долга пришли к выводу о наличии оснований для взыскания неустойки за период с 10.06.2020 по 12.08.2020 и, снизив ее размер на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявлению ответчика, частично удовлетворили иск.

Руководствуясь статьей 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и установив, что на дату совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности (прекращение исполнения части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств), в результате совершения оспариваемой сделки произошло нарушение очередности удовлетворения требований кредиторов должника по обязательствам, возникшим до ее совершения, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания оспариваемого договора недействительным.

Как следует из судебных актов, установив, что Хилаловой А.О. (должником) в нарушение пункта 9 статьи 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" обязанность по предоставлению финансовому управляющему сведений об имущественном положении не исполнена, прокурор пришел к выводу о том, что должник незаконно препятствует деятельности финансового управляющего, в связи с чем обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении его к административной ответственности по части 7 статьи 14.13 КоАП РФ.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе заключение судебной экспертизы от 12.01.2021 N 7171/4-3-20, суд установил, что спорный объект, который числится на государственном кадастровом учете как гараж, в настоящее время не существует, а фактически вместо него создан новый объект - магазин розничной торговли, в связи с чем, руководствуясь положениями статей 12, 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 14 статьи 1, статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, пунктами 26, 28 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", принимая во внимание пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.2010 N 143 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам применения арбитражными судами статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации", установив также, что реконструкция спорного объекта осуществлялась в отсутствие необходимой разрешительной документации, то есть с нарушением градостроительных, строительных норм и правил, реконструированный объект потенциально создает угрозу жизни и здоровью неопределенного круга лиц, удовлетворил иск, признал спорный объект недвижимости самовольной постройкой и возложил на предпринимателя обязанность привести объект в первоначальное состояние, предшествующее реконструкции и отраженное в техническом паспорте.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 15, 393, 453 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из того, что документально подтвержденное требование, связанное с несвоевременным возвратом обществу по решению суда доли в праве собственности на объекты недвижимости и исключавшее возможность извлечения обществом прибыли от их использования, подлежит включению в реестр, верно определив его размер по результатам проведенной по делу судебной экспертизы.

Оценив в соответствии с требованиями главы 7 Кодекса представленные сторонами доказательства, в том числе условия контракта, приложения к нему, переписку, связанную с расторжением контракта, в их совокупности и взаимосвязи, исходя из фактических обстоятельств дела, суды руководствовались нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), положениями Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", правовыми позициями, изложенными в Обзоре судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017), постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.09.2008 N 5103/08 по делу N А21-4959/2004.

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, проанализировав условия спорного договора аренды, руководствуясь статьями 1, 10, 611, 612, 614, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, приведенными в пункте 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении", в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", приняв во внимание обстоятельства, установленные арбитражными судами при рассмотрении дел N А14-4877/2019, А14-14357/2019, А14-15846/2019, А14-12738/2019, А14-21860/2019, установив, что Общество (арендатор) по своей вине не могло использовать арендуемое у ответчика (арендодателя) здание, пришли к выводу об отсутствии на стороне арендодателя неосновательного обогащения за счет истца на сумму внесенной им арендной платы по договору аренды от 30.06.2015.

При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 183, 309, 329, 330, 702, 708, 711, 720, 740, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая факт принятия результата работ заказчиком по государственному контракту, во исполнение которого заключался договор субподряда, суды пришли к выводу о возникновении на стороне генподрядчика неисполненного обязательства по оплате выполненных работ, удовлетворив иск.

Суд первой инстанции, руководствуясь нормами Гражданского кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО), взыскал с САО "ВСК" в пользу предпринимателя: 95 300 рублей - страхового возмещения, 69 569 рублей - неустойки за нарушение сроков выплаты страхового возмещения за период с 18.12.2019 по 28.02.2020 с начислением в последующем суммы неустойки из расчета 1% за каждый день нарушения исполнения обязательства по выплате суммы страхового возмещения от суммы 95 300 рублей за период с 29.02.2019 по дату фактического исполнения в этой части решения суда, в размере, не превышающем 330 431 рублей, а также 7 000 рублей - стоимости услуг оценщика, 10 000 рублей - расходов на оплату услуг представителя, 252 рубля - почтовых расходов, 5 946 рублей - расходов по оплате государственной пошлины.

Как следует из обжалуемых судебных актов, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статей 15, 53, 53.1, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", суды пришли к выводу о недоказанности истцом причинения обществу убытков в результате недобросовестных и неразумных действий ответчика, осуществлявшего полномочия единоличного исполнительного органа общества.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями статей 309, 310, 329, 330, 333, 401, 404, 405, 406, 702 - 729, 740 - 757 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 34 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", суды пришли к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения иска управления. При этом суды исходили из следующих обстоятельств: материалами дела подтверждены факты нарушения предпринимателем обязательства по качеству результата работ, направления заказчиком в соответствии с условиями контрактов требования устранить обнаруженные в пределах гарантийного срока недостатки результата работ и отсутствия каких-либо возражения на это требование со стороны подрядчика, неисполнения подрядчиком своего гарантийного обязательства по безвозмездному устранению недостатков результата работ в установленный заказчиком срок, что повлекло начисление штрафа, предусмотренного условиями контрактов. Суды, проверив расчеты штрафных санкций и признав их правильными, в отсутствие обстоятельств освобождения ответчика от ответственности либо уменьшения ее размера, а также оснований для снижения размера неустойки ввиду отсутствия соответствующего заявления от предпринимателя о снижении размера санкций, посчитали правомерными исковые требования в заявленном управлением размере.