Судебная практика ГК РФ

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и усматривается из материалов дела, единственным кредитором, предъявившим требование к Дьяконову М.Ю. в рамках дела о его банкротстве, является Костромское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации (далее - фонд). Требование фонда в сумме 4 248 332 рублей 40 копеек признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предусмотренной пунктом 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", Обзором судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, исходили из того, что требование общества подтверждено документально и понижению в очередности удовлетворения не подлежит, в связи с чем включили его в третью очередь реестра.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", Обзором судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, исходили из того, что требование общества подтверждено документально и понижению в очередности удовлетворения не подлежит, в связи с чем включили его в третью очередь реестра.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 19, 61.2, 61.6, 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из того, что оспариваемые платежи совершены в пределах периода подозрительности в отношении заинтересованного лица и при фактическом отсутствии встречного предоставления, действия сторон сделки были направлены на причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из отсутствия оснований для отказа в применении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств, в связи с чем освободили Конкина Н.Е. от дальнейшего исполнения требований кредиторов, с чем впоследствии согласился суд округа.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 10, 61.11, 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в применимой редакции и исходили из недоказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности на основании абзаца 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), с чем впоследствии согласился суд округа.

При рассмотрении спора суды руководствовались статьями 309, 310, 539, 544, 548 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Жилищного кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 27.07.2010 N 190-ФЗ "О теплоснабжении", Федерального закона от 23.11.2009 N 261-ФЗ "Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", Правил заключения договоров снабжения коммунальными ресурсами, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 14.02.2012 N 124, Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354, оценили представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и пришли к выводу о недоказанности наличия на стороне компании долга с учетом снижения платы за предоставление коммунальной услуги ненадлежащего качества.

Отказывая в удовлетворении иска в части, суды, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статей 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 309, 310, 785, 792, 793 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 33, 97 Федерального закона от 10.01.2003 N 18-ФЗ "Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации", Правилами исчисления сроков доставки грузов, порожних грузовых вагонов железнодорожным транспортом, утвержденными приказом Минтранса России от 07.08.2015 N 245, установив, что две спорные железнодорожные накладные содержат отметку об увеличении сроков доставки грузов по соглашению сторон, пришли к выводу об отсутствии вины ответчика в нарушении срока доставки груза по данным накладным.

Частично удовлетворяя требования, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 15, 53, 53.1, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 25 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях", разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" и исходили из наличия необходимой совокупности условий для взыскания убытков ввиду неразумного поведения руководителя Предприятия при исполнении своих обязанностей.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Апшеронского РОСП от 25 декабря 2018 г. указанное исполнительное производство окончено на основании п. 4 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными.

Данный участок имеет вид разрешенного использования "эксплуатация здания под магазин", относится к земельным участкам, государственная собственность на которые не разграничена, правом на распоряжение данным участком обладает город Москва на основании пункта 2 статьи 3.3 Федерального закона от 25.10.2001 N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации".

Разрешая спор, суды апелляционной и кассационной инстанций руководствовались пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из доказанности наличия совокупности условий, необходимой для признания оспариваемой сделки недействительной, установив, что сделка совершена в период неплатежеспособности должника, безвозмездно, в отношении заинтересованного лица, в целях вывода ликвидного имущества, в отсутствие какого-либо встречного предоставления, в результате чего уменьшился размер имущества должника, причинен вред имущественным правам кредиторов.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", установили завершение всех мероприятий в процедуре реализации имущества гражданина и исходили из отсутствия обстоятельств, препятствующих применению в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, не усмотрев в действиях должника недобросовестного поведения, умышленного уклонения от исполнения обязательств перед кредитором, не установив признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 110, 111, 139 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из того, что предложенное положение не противоречит требованиям законодательства о банкротстве, в связи с чем утвердили его в редакции, предложенной конкурсным кредитором, за исключением ряда пунктов. Устанавливая начальную цену продажи имущества в размере 100 000 000 руб., суды, помимо прочего, исходили из того, что ее размер определен собранием кредиторов должника.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8).