Судебная практика ГК РФ

Отказывая в иске, суд апелляционной инстанции, выводы которого поддержал суд округа, руководствовался статьями 309, 310, 544, 548 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 23.11.2009 N 261-ФЗ "Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", Федеральным законом от 07.12.2011 N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", Правилами организации коммерческого учета воды, сточных вод, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.09.2013 N 776, и, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходил из доказанности ответчиками (абонент) технической исправности и коммерческой пригодности прибора учета.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 307, 309, 310, 329, 330, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика (потребитель) от обязанности по оплате поставленной истцом электрической энергии.

Разрешая спор, суды, руководствуясь положениями статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из недоказанности наличия причин для удовлетворения требований конкурсного управляющего должником по заявленным основаниям.

Согласно пункту 2 статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы, потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору.

Суды проверили заявленную сумму на соответствие критериям, предъявляемым статьями 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" для включения требований в реестр, и признали ее необоснованной, установив чрезмерное завышение суммы, нарушающее права кредиторов.

Оставляя иск без удовлетворения, суды руководствовались статьями 307, 406, 422, 431, 506, 516, 862, 867, 869 Гражданского кодекса Российской Федерации и, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, исходили из отсутствия оснований для удовлетворения иска и доказанности исполнения хозяйством (покупатель) обязанности по оплате товара в согласованный в договоре срок.

В силу пункта 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Рассматривая спор, суды, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статей 309, 395, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив, что договор, в рамках которого ответчик обязался выполнить работы, расторгнут, предусмотренные договором работы в полном объеме не выполнены, ответчиком допущены нарушения, за которые договором предусмотрено начисление штрафных санкций, пришли к выводу о том, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 7 847 749 рублей 91 копейка неосновательного обогащения в виде неотработанного аванса; 132 832 рублей 81 копейки процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму неосновательного обогащения; 826 000 рублей пени за нарушение срока окончания работ (пункт 11.4 договора); 676 989 рублей 60 копеек неустойки за нарушение сроков начала и/или окончания работ (пункт 11.5.6 договора); 200 000 рублей штрафа за непредставление исполнительной документации (пункт 11.4 договора).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, проанализировав условия договора, руководствуясь статьями 309, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, приняв во внимание Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 2, утвержденный 30.04.2020 Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, установив факт оказания истцом в спорный период услуг ответчику, обязанность ответчика по оплате оказанных услуг, признав неправомерным начисление истцом спорной неустойки, поскольку в отношении ответчика действовал мораторий, включающий запрет на начисление неустойки в спорный период, учитывая отказ истца от иска в части взыскания основного долга в связи с полной оплатой ответчиком стоимости оказанных услуг за спорный период, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Руководствуясь положениями статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а также разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" суды пришли к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых для привлечения Пыркина Р.Ю. к субсидиарной ответственности.

Руководствуясь статьями 1229, 1242, 1244, 1252, 1259, 1270, 1301, 1329 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статьями 2, 31 Закона Российской Федерации от 27.12.1991 N 2124-1 "О средствах массовой информации", разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска, взыскав с ответчика компенсацию для последующей выплаты в пользу конкретных правообладателей, размер которой рассчитан истцом в пределах, установленных статьей 1301 ГК РФ, по количеству произведений, исходя из того, что ответчиком осуществлено бездоговорное публичное использование 18-ти музыкальных произведений.

Отказывая в удовлетворении иска, суды руководствовались статьями 702, 711, 740, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", разъяснениями, изложенными в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда", приняли во внимание обстоятельства, установленные по делу N А01-23/2020, и исходили из того, что у администрации не возникло обязательства по оплате спорных работ, которые были выполнены с существенным нарушением условий муниципального контракта и обязательных требований, являются некачественными и не могут быть использованы в целях, для которых они предназначались.

Приведенные положения действуют во взаимосвязи с иными нормами указанного Кодекса, в том числе предусмотренными пунктом 5 части 1 статьи 3.5, буквально позволяющего исчислять административный штраф кратно не только цене контракта, заключенного с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), но и начальной (максимальной) цене гражданско-правового договора, предметом которого является поставка товара, выполнение работы или оказание услуги (в том числе приобретение недвижимого имущества или аренда имущества) и который заключен от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования, а также бюджетным учреждением или иным юридическим лицом в соответствии с частями 1, 4 - 6 статьи 15 Федерального закона от 5 апреля 2013 года N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд".

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды руководствовались статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 76 Налогового кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 02,10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", Федерального закона от 26.10,2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, данными в постановлениях Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 N 36 "О некоторых вопросах, связанных с ведением кредитными организациями банковских счетов лиц, находящихся в процедурах банкротства", Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", и исходили из отсутствия совокупности обстоятельств, необходимых для взыскания с ответчика убытков, поскольку банком не допущено нарушений порядка очередности удовлетворения требований кредиторов с учетом того, что требования банка отнесены к текущим платежам пятой очереди, а также приостановлением операций по счету должника на основании постановлений налоговых органов.

Д.Г. Гайдельшинова оспаривает конституционность пункта 10 статьи 110 "Продажа предприятия должника" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

По мнению заявительницы, данное положение, применяемое и к реализации имущества гражданина с учетом пункта 1 статьи 213.26 того же Федерального закона, противоречит статьям 35 (части 1 - 3) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой оно в системе действующего правового регулирования по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, предоставляет финансовому управляющему неограниченное право вносить некорректные и неполные сведения о предмете торгов на страницы официального сайта Единого федерального реестра сведений о банкротстве, через которые выстроен последующий алгоритм поиска информации о квартирах, выставленных на торги по фильтрам поиска квартир, а также предоставляет финансовому управляющему право ограничить доступ к торгам широкому кругу лиц, в том числе потенциальным покупателям.

Разрешая спор, суды руководствовались статьей 15, пунктом 1 статьи 845, пунктом 1 статьи 858 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве.

Оснований не согласиться с выводами судов не имеется.

Доводов, подтверждающих существенные нарушения норм материального и процессуального права, которые могли повлиять на исход дела и являются достаточным основанием для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке, заявителем не представлено.