Судебная практика ГК РФ

Разрешая спор, суд округа, руководствуясь положениями статей 189.32, 189.85 и 189.96 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходил из заявления Хамматовой Р.Г. своих требований спустя значительное время не только после закрытия реестра, но и вступления в силу судебных актов суда общей юрисдикции от 01.08.2017 и от 15.08.2017, которые, по мнению заявителя, послужили основанием для предъявления спорных требований, а также признал отсутствие исключительного случая, когда лицо может претендовать на включение задолженности в реестр даже несмотря на то, что требование заявлено с опозданием.

Оценив условия договора подряда от 16.01.2020 N 3/20-Д и иные доказательства по делу в порядке статьи 71 Кодекса, руководствуясь положениями статей 702 - 729, 740 - 757, 1102 - 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о возникновении у подрядчика неосновательного обогащения в виде неосвоенного аванса на сумму 1 081 089 рублей. При этом суд счел доказанными утверждения генподрядчика о существенном нарушении подрядчиком условий договора, что явилось основанием для его расторжения. Надлежащих доказательств, свидетельствующих о выполнении подрядчиком до расторжения договора каких-либо работ с надлежащим качеством, не представлено. При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении требования о взыскании стоимости фактически выполненных работ, и об удовлетворении иска в части взыскания неосвоенного аванса.

Отменяя определение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении заявления, суд апелляционной инстанции повторно оценил представленные по делу доказательства и, руководствуясь положениями статей 9, 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходил из отсутствия оснований для удовлетворения заявления общества ввиду недоказанности совокупности обстоятельств для привлечения Чернецкого А.В. к субсидиарной ответственности. При этом суд указал, что должник не обладал признаком недостаточности имущества в заявляемый кредитором период; совершение ответчиком действий (бездействия), влекущих за собой привлечение его к ответственности по обязательствам должника, не установлено.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций оценили представленные по делу доказательства и, руководствуясь статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из недоказанности совокупности условий, необходимых для признания оспариваемых сделок недействительными как совершенных с целью причинения вреда кредиторам должника.

При рассмотрении настоящего обособленного спора суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 20.6, 59 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве", и исходили, в том числе, из отсутствия у должника какого-либо имущества, а также недоказанности незаконности действий управляющего при проведении процедур банкротства в отношении должника, в связи с чем констатировали правомерность и обоснованность требований Мажидханова М.М. к заявителю по делу о банкротстве, с чем впоследствии согласился суд округа.

Взаимные требования сторон основаны на договоре от 07.05.2018 N 3-ГП/2018 (в редакции дополнительных соглашений), в соответствии с обстоятельствами исполнения которого в результате исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив факт выполнения компанией работ на общую сумму 1 398 899 руб., наличия недостатков в выполненных работах, определив стоимость устранения недостатков, руководствуясь статьями 709, 720, 723, 743, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о частичном удовлетворении первоначального и встречного иска.

Изменяя судебные акты судов нижестоящих инстанций, суд округа руководствовался статьей 134 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей в спорный период) и, исходя из установленных по спору обстоятельств, указал, что спорные расходы (за оказание юридических услуг) не связаны с целями конкурсного производства, в связи с чем отнес требование общества к четвертой очереди текущих платежей.

Повторно разрешая спор, суды апелляционной инстанции и округа, руководствуясь статьями 15, 53.1, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 10, 60.10, 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из установленных фактических обстоятельств, связанных с формированием кредиторской задолженности перед банками, структуры ведения должником бизнеса и поведением не злоупотребившего правом единственного участника, пришли к выводам об отсутствии оснований для привлечения последнего к субсидиарной и гражданско-правовой ответственности, взыскания убытков.

Определением суда первой инстанции от 31.05.2021, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 22.07.2021 и округа от 12.10.2021, требования Евсеева А.В. в размере 206 683 руб. 50 коп. признаны подлежащими учету отдельно в реестре требований кредиторов должника и удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов в соответствии с пунктом 3 статьи 137 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)". В остальной части заявления отказано.

Отменяя определение суда первой инстанции в части, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался статьями 20.3 и 24.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и признал доказанным наличие оснований для удовлетворения жалобы в части признания незаконным бездействия Харитонова К.Н., выразившегося в незаключении дополнительного договора страхования ответственности.

Разрешая спор, суды руководствовались статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 61.1, 61.2, 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из доказанности совокупности условий для признания недействительной оспариваемой сделки, совершенной в период подозрительности с целью причинения вреда имущественным правам кредиторам в пользу заявителя, осведомленного о финансовом положении должника и безосновательно получившего от него соответствующие денежные средства, в отсутствие надлежащих доказательств использования полученных ответчиком денежных средств на нужды должника.

Отменяя судебные акты судов нижестоящих инстанций в части и удовлетворяя жалобу в данной части, суд округа руководствовался пунктом 4 статьи 20.3, пунктом 2 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и, исходя из установленных по спору обстоятельств, указал на то, что конкурсный управляющий должником действовал недобросовестно и допустил бездействие, противоречащее целям конкурсного производства и интересам должника и его кредиторов.

Удовлетворяя заявленные конкурсным управляющим требования, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в совместном постановлении пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", и исходили, в том числе, из установленных вступившим в законную силу судебным актом обстоятельств, свидетельствующих о том, что имущество выбыло из владения должника (залогодателя) и поступило во владение общества "Кровля и изоляция" (залогодержателя) на основании договора залога, при этом в обращении взыскания на это имущество отказано в связи с неисполнением залогодержателем своего основного обязательства по поставке товара, обязательство по оплате которого обеспечивалось залогом.

Удовлетворяя первоначальный иск в части и отказывая во встречном иске, суды первой и апелляционной инстанций исследовали и оценили по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствовались статьями 309, 310, 395, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из следующего: представленными Организацией (исполнителем) в материалы дела доказательствами подтверждается надлежащее оказание по договору от 20.12.2019 услуг по выполнению работ по проверке надлежащего содержания газоходов, систем вентиляции в многоквартирных домах, находящихся в управлении Общества; поскольку Общество не оплатило оказанные Организацией услуги, с него надлежит взыскать испрашиваемый долг и начисленные на сумму долга проценты за пользование чужими денежными средствами; ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих ненадлежащее исполнение Организацией обязательств по договору, отсутствуют основания для взыскания с исполнителя штрафа.

Признавая требование общества "Исток" необоснованным, суды руководствовались статьями 16 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и указали на отсутствие оснований для пересмотра вопроса об очередности удовлетворения требования акционерного общества "Райффайзенбанк" (включенного в реестр и признанного обеспеченным залогом имущества должника вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Волгоградской области от 29.12.2012) в предложенном заявителем порядке.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями статьи 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве", и исходили из того, что управляющий не доказал наличие причинно-следственной связи между его действиями и погашением требований кредиторов третьим лицом, в связи с чем пришли к выводу об отсутствии оснований для установления ему процентов по вознаграждению.

В этой связи, руководствуясь положениями статей 375, 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, а также Федеральным законом от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" (далее - Закон об оценочной деятельности), суды пришли к выводу о правомерном доначислении предприятию спорных сумм налога.

Понижая очередность удовлетворения требования общества, суды, руководствуясь статьями 71, 100, 142, 148 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", Обзором судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, исходили из того, что последнее основано на сделках, заключенных до возбуждения настоящего дела о банкротстве, но в период финансового кризиса должника, по выкупу аффилированным лицом у внешнего независимого кредитора требования к должнику, которое не было востребовано обществом в разумный срок (на протяжении двух с половиной лет), что свидетельствует о компенсационном финансировании должника и не может конкурировать с требованиями независимых кредиторов. Сам по себе тот факт, что аффилированное лицо, предоставившее компенсационное финансирование, в настоящее время находится в процедуре банкротства и утратило контроль над должником, не является основанием для отказа в субординации требования.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суды, руководствуясь положениями статей 375, 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, статей 24.18, 24.20 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации", пришли к выводу о законности оспоренного решения ввиду отсутствия у компании правовых оснований для самостоятельного уменьшения установленной кадастровой стоимости объектов недвижимого имущества на сумму исчисленного расчетным путем налога на добавленную стоимость.