Судебная практика ГК РФ

Решением управления жалоба общества признана частично обоснованной, в действиях заказчика выявлено нарушение пункта 2 части 3 статьи 66, пункта 2 части 1 статьи 64 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о контрактной системе), в действиях аукционной комиссии уполномоченного органа (организатора торгов) выявлено нарушение пункта 2 части 6, части 5 статьи 67 Закона о контрактной системе.

Как следует из судебных актов, в ходе проведения закупки в форме электронного аукциона на выполнение работ по реконструкции автомобильной дороги село Каратабан - пос. Грознецкий, о котором 21.02.2017 было опубликовано извещение, комиссией заказчика допущено нарушение Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", которое выразилось в необоснованном отклонении вторых частей заявок ряда лиц, в связи с чем УФАС России по Челябинской области принято решение и выдано министерству и его аукционной комиссии предписание от 28.03.2017 N 120,121-ж/2017 не заключать контракт по итогам аукциона, в установленные сроки принять решение об отмене протокола подведения итогов электронного аукциона, рассмотреть вторые части заявок участников закупок, продолжить процедуру определения поставщика, направленную на заключение контракта в соответствии с требованиями действующего законодательства, и в срок до 20.04.2017 в адрес истца представить доказательства исполнения предписания. Имелись также и иные указания в названном предписании.

Отказывая во включении заявленного требования в реестр требований кредиторов должника, суды руководствовались положениями статей 807, 808, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 100, 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и исходили из отсутствия безусловных и достаточных доказательств наличия у кредитора финансовой возможности предоставить заем должнику, фактического наличия денежных средств в размере, позволяющем предоставить должнику заем, доказательств их хранения до момента передачи либо снятия с расчетного счета.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 20.3, 60, 143 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и не усмотрели оснований для признания оспариваемого бездействия конкурсного управляющего незаконным, поскольку оно не нарушило права кредитора.

В обоснование несогласия с выводами судов Адаменко Е.А. указывает, что суды апелляционной и кассационной инстанций ошибочно не применили к спорным правоотношениям положения пп. 3 ст. 1109 ГК РФ и не учли, что по делу не было установлено недобросовестности в его действиях, а также счетной ошибки при начислении ему спорной выплаты, входящей в состав денежного довольствия.

Удовлетворяя иск, суды руководствовались статьями 309, 310, 329, 330, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" и, исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в деле доказательства, пришли к выводу об отсутствии оснований освобождения ответчика (абонент) от обязанности по оплате поставленной истцом электрической энергии и ответственности за просрочку этой оплаты.

Оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса, руководствуясь статьями 845, 858 Гражданского кодекса Российской Федерации, нормами Закона N 115-ФЗ, суды установили, что банк действовал в рамках исполнения возложенных на него законом обязанностей; представленные клиентом документы не подтвердили экономический смысл операций, проводимых по расчетному счету, не устранили обоснованных сомнений банка в правомерности перечислений денежных средств; суды пришли к выводу о том, что действия клиента правомерно квалифицированы банком как подозрительные операции, не имеющие явного экономического смысла, предположительно направлены на легализацию доходов.

Оценив в соответствии с нормами главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимосвязи, в том числе судебные акты по делам N 2-2764/2011, N 11-601/2017 Курчатовского районного суда города Челябинска, N А76-24859/2010 Арбитражного суда Челябинской области, N 2-4315/2014 Советского районного суда города Челябинска, суды, руководствуясь статьями 15, 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (в редакции, действующей на момент регистрации перехода права собственности на спорную квартиру от Прутьян О.А. к Масленникову О.М.), Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", правовой позицией, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя", информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 N 145 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами", пришли к выводу о наличии установленной законом совокупности условий, являющейся основанием для взыскания убытков в заявленном размере.

Принимая обжалуемые заявителем судебные акты, суды руководствовались положениями статей 65, 71 АПК РФ, статьи 29 Федерального закона от 21.12.2001 N 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества", статьи 11.1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, и исходили из отсутствия правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку преимущественное право на выкуп спорных помещений, расположенных в здании, являющемся объектом культурного наследия, у нотариуса отсутствует, а подача заявления о приобретении для осуществления профессиональных обязанностей находящихся в федеральной собственности объектов недвижимости площадью 2 842,8 кв. м, не отвечающих целям и задачам нотариальной деятельности, свидетельствует о злоупотреблении истцом своим правом.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 8, 11, 12, 308.3, 990, 994, 996, 999, 1000 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив, что действий, направленных на получение нереализованного товара, истцом не предпринято, отсутствуют доказательства, свидетельствующие о невозможности исполнения ответчиком обязательства по передаче товара в натуре, а также отсутствуют доказательства утраты, порчи, недостачи товара полностью или в части, суды пришли к выводу об избрании истцом ненадлежащего способа защиты нарушенного права.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 166, 168, 170, пунктом 2 статьи 181, статьей 608 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), статьей 46 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", разъяснениями, изложенными, изложенными в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 N 73 "Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды", в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность", суды отказали в удовлетворении требований, не установив оснований для признания сделки ничтожной ввиду мнимого характера.

Разрешая вопрос о размере субсидиарной ответственности, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 9 и 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 2 практики применения положений законодательства о банкротстве Судебной коллегии по экономическим спорам Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, и исходили из того, что размер требований кредиторов, возникших после 05.07.2014, равен 53 727,63 руб.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 198, 200, 201 АПК РФ, статьей 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 10 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации, статьями 39.3, 39.20 Земельного кодекса Российской Федерации, статьей 2 Федерального закона от 30.12.2009 N 384-ФЗ "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений", разъяснениями, приведенными в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", правовой позицией, приведенной в пункте 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований Общества.

Разрешая спор, суды руководствовались статьей 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 35, 39, 45, 46 Семейного кодекса Российской Федерации, учли фактические обстоятельства, установленные судом общей юрисдикции при отказе в удовлетворении иска о взыскании денежных средств по договорам займа с Бересневой О.Б., и исходили из того, что заемные обязательства Береснева А.В. являются его личными, поскольку возникли после заключения брачного договора с супругой, о чем Богомолову А.П. было известно, при отсутствии согласия Бересневой О.Б. на получение заемных денежных средств, а также при недоказанности их использования на нужды семьи.

Понятие "торговый объект" приведено в статье 2 Федерального закона от 28 декабря 2009 г. N 381-ФЗ "Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации" и пункте 14 Национального стандарта Российской Федерации ГОСТ Р 51303-2013 "Торговля. Термины и определения", утвержденного приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 28 августа 2013 г. N 582-ст.

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 198, 200, 201 АПК РФ, статьями 125, 209, 214 Гражданского кодекса Российской Федерации, частью 11 статьи 154 Федерального закона от 22.08.2004 N 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", Федеральным законом от 08.12.2011 N 423-ФЗ "О порядке безвозмездной передачи военного недвижимого имущества в собственность субъектов Российской Федерации, муниципальную собственность и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования Администрации.

Принимая обжалуемые судебные акты, суды, руководствуясь положениями статей 214, 222 ГК РФ, статей 2, 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, статей 17, 18, 19 Земельного кодекса Российской Федерации, статьи 3.1 Федерального закона от 25.10.2001 N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации", разъяснениями изложенными в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", принимая во внимание правовые позиции, сформулированные в пункте 9 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения арбитражными судами статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, утвержденного Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.2010 N 143, постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 11066/09, от 19.07.2011 N 2178/11, исходили из отсутствия правовых оснований для удовлетворения иска ввиду недоказанности обществом оснований для признания права собственности на спорные объекты в порядке статьи 222 ГК РФ.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая обстоятельства вступившего в законную силу судебного акта по делу N А60-7322/2019, суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 39.6 Земельного кодекса Российской Федерации, статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, постановлением Правительства Российской Федерации от 03.12.2014 N 1300 "Об утверждении перечня видов объектов, размещение которых может осуществляться на землях или земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, без предоставления земельных участков и установления сервитутов", пришел к выводу, что требование о демонтаже трубопроводов, основанное исключительно на факте нахождения спорных трубопроводов на земельном участке и в подвальном помещении многоквартирного дома, в отсутствие установленных фактов их самовольного размещения и использования ответчиком, а также создания препятствий нормальному осуществлению права собственности истца, необоснованно, в связи с чем отменил решение суда первой инстанции и отказал в удовлетворении иска.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должником, в частности, сослался на статью 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", учли разъяснения, содержащиеся в постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из того, что действия сторон по погашению задолженности Топчиева Р.А. путем передачи нежилых помещений в собственность банку не позволили должнику получить соразмерное исполнение по кредитному договору, поведение Топчиева Р.А. и банка не отвечало признакам добросовестности и привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов.