Судебная практика ГК РФ

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Отказывая в удовлетворении иска, суды руководствовались статьями 309, 310, 539, 544, 779 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 07.12.2011 N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", Правилами организации коммерческого учета воды, сточных вод, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.09.2013 N 776, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии у ответчика обязанности по оплате водоснабжения и водоотведения объектов после передачи детского сада в муниципальную собственность и ввода в эксплуатацию многоквартирных домов.

пункта 4 части 1 статьи 46 "Возвращение исполнительного документа взыскателю после возбуждения исполнительного производства" Федерального закона от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве";

частей 1 и 4 статьи 1 "Право на компенсацию за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" Федерального закона от 30 апреля 2010 года N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" во взаимосвязи со статьями 151 "Компенсация морального вреда" и 1069 "Ответственность за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами" ГК Российской Федерации;

По результатам проверки поступившей из следственного отдела по Кировскому району г. Астрахани информации о наличии в действиях заказчика признаков нарушения требований Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о контрактной системе), антимонопольным органом вынесено оспариваемое решение, согласно которому заказчик признан нарушившим пункт 1 части 15 статьи 95 Закона о контрактной системе.

Отменяя решение и постановление округа в части урегулирования разногласий по пункту 1 приложения N 2 к договору и оставляя без изменения постановление суда апелляционной инстанции в указанной части, Судебная коллегия руководствовалась статьей 36 Жилищного кодекса Российской Федерации, Правилами содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 N 491, и исходила из отсутствия оснований для возложения на ответчика бремени содержания трубопровода, не являющегося общим имуществом собственников помещений многоквартирного дома.

Разрешая спор и отменяя определение суда первой инстанции в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности Самойлова М.П., суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд округа, повторно оценив представленные доказательства и руководствуясь положениями статей 9, 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) (в редакции, действовавшей в спорный период) с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53), исходил из наличия оснований для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам последнего ввиду неподачи заявления о банкротстве должника в период наличия обстоятельств, объективно указывающих на его неплатежеспособность. При этом устанавливая момент, с которым Закон о банкротстве связывает обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника, суд учел право вновь назначенного руководителя на ознакомление с хозяйственной деятельностью предприятия, получение необходимых сведений о финансовых результатах деятельности должника после сдачи отчетности по итогам года, в котором руководитель был назначен. Определяя размер субсидиарной ответственности Самойлова М.П., апелляционный суд исходил из размера обязательств предприятия, возникших в течение месяца после сдачи отчетности по итогам года, и до дня возбуждения дела о банкротстве должника.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", имущественные права и обязанности не входят в состав наследства, если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также если их переход в порядке наследования не допускается Гражданским кодексом Российской Федерации или другими федеральными законами (статья 418, часть вторая статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, проанализировав условия спорного договора аренды, руководствуясь статьями 329, 381.1, 606, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 01.04.2020 N 98-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций", Федеральным законом от 21.12.1994 N 68-ФЗ "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера", Указами Президента Российской Федерации от 25.03.2020 N 206, от 02.04.2020 N 239 "О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)", постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 N 434 "Об утверждении перечня отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции", постановлениями губернатора Новосибирской области от 27.03.2020 N 43 "О принятии дополнительных мер по защите населения и территории Новосибирской области от чрезвычайной ситуации", от 31.03.2020 N 48 "Об ограничении доступа людей и транспортных средств", от 27.04.2020 N 66 и от 28.05.2020 N 88 "О внесении изменений в постановление губернатора Новосибирской области от 27.03.2020 N 43", правовой позицией, приведенной в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 2, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.04.2020, пришли к выводам о наличии оснований для уменьшения размера постоянной арендной платы за пользование спорным нежилым помещением за период с 28.03.2020 по 14.07.2020 с 60 000 руб. до 10 000 руб. в месяц, истребования из незаконного владения Общества (арендодателя) принадлежащего предпринимателю (арендатору) имущества, взыскания с Общества в пользу предпринимателя 60 000 руб. обеспечительного взноса и об отсутствии оснований для удовлетворения встречного иска Общества.

Пунктом 8 Требований к организации движения по автомобильным дорогам тяжеловесного и (или) крупногабаритного транспортного средства, утвержденных приказом Минтранса России от 12.01.2018 N 10, установлено, что на тяжеловесном и (или) крупногабаритном транспортном средстве должны быть установлены опознавательные знаки: "автопоезд", "крупногабаритный груз", "длинномерное транспортное средство", "ограничение скорости" согласно приложению N 3 к данным Требованиям (в зависимости от габаритов перевозимого груза).

Оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, разрешая спор, суды руководствовались статьями 1, 327.1, 431, 486, 506, 516, 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.1998 N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами", Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств".

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что судами при вынесении обжалуемых актов нарушены положения статей 15, 393, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), а также выражает несогласие с выводами об истечении срока исковой давности по заявленным требованиям.

Повторно исследовав и оценив представленные документы в их совокупности, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статей 16, 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 10 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований и их включении в третью очередь реестра требований кредиторов. При этом апелляционный суд исходил из реституционной природы заявленных требований и указал, что отказ во включении их в реестр повлечет переложение ответственности за совершение сделок на независимых кредиторов общества "Росалко", в рамках дела о банкротстве которого сделки с должником признаны недействительными.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении требований, суд апелляционной инстанции, установив, что общество не приступило к исполнению контракта в срок, установленный пунктом 6.3 Технического задания к контракту, чем нарушило установленный контрактом график оказания услуг, в ходе оказания услуг стало очевидно, что они не будут оказаны надлежащим образом в установленный контрактом срок, руководствуясь положениями статей 309, 310, 450, 450.1, 715, 779, 781, 782, 783 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", признал, что учреждение законно и обоснованно воспользовалось своим правом на односторонний отказ от исполнения договора.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего должником, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 10, 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а также разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", и при определении размера ответственности Грачева В.А. исходили из документально подтвержденных и оставшихся непогашенными требований кредиторов должника, указав, что именно неисполнение Грачевым В.А. обязанностей по передаче документации привело к невозможности формирования конкурсной массы. Исходя из конкретных обстоятельств спора, суды пришли к выводу об отсутствии в рассматриваемом случае оснований для уменьшения размера ответственности и применения положений абзаца третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, с чем впоследствии согласился арбитражный суд округа.

Окружной суд, не принимая судебного акта по существу спора, отменил судебные акты судов первой и апелляционной инстанций и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав суду на необходимость установить все обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в определении от 19.05.2020 N 310-ЭС19-26908, согласно которой отсутствие предусмотренного пунктом 2 статьи 655 Гражданского кодекса Российской Федерации акта возврата арендуемого имущества не означает, что арендатор не может другими доказательствами подтверждать фактическое освобождение арендуемого помещения по истечении срока действия договора аренды.

Согласно пункту 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" (в редакции от 06 февраля 2007 г.), учитывая, что в соответствии с пунктом 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должно осуществляться по их обоюдному согласию, в случае когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость.

статьи 1 Федерального закона от 30 декабря 2015 года N 422-ФЗ "Об особенностях погашения и внесудебном урегулировании задолженности заемщиков, проживающих на территории Республики Крым или на территории города федерального значения Севастополя, и внесении изменений в Федеральный закон "О защите интересов физических лиц, имеющих вклады в банках и обособленных структурных подразделениях банков, зарегистрированных и (или) действующих на территории Республики Крым и на территории города федерального значения Севастополя", а по существу - положений этой статьи, определяющих сферу применения данного Федерального закона, в том числе ее части 1 о том, что задолженность физических лиц, в том числе осуществлявших предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, имеющих место жительства на территории Республики Крым или Севастополя, по кредитным договорам, заключенным с банками, действовавшими на территории Республики Крым и (или) Севастополя, в отношении которых Национальным банком Украины было принято решение о прекращении их деятельности (закрытии их обособленных подразделений) на территории Республики Крым и (или) Севастополя, погашается в установленном федеральными законами порядке с учетом особенностей, закрепленных данным Федеральным законом;

При этом суд указал, что спорные правоотношения вытекают из договора КАСКО, то есть из договора страхования ответственности, а следовательно, в соответствии с пунктом 2 статьи 966 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям Бондарева О.С. составляет три года.