Судебная практика ГК РФ

Исследовав и оценив в совокупности и взаимной связи представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, установив факты изъятия обществом песчано-гравийной смеси из русла реки в отсутствие разрешающих документов и причинения вреда водному объекту, суды, руководствуясь статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 1, 4, 77, 78 Федерального закона от 10.01.2002 N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды", пришли к выводу о наличии оснований для возмещения ответчиком ущерба, причиненного окружающей среде, определив его размер в соответствии с Методикой исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства, утвержденной приказом Минприроды России от 13.04.2009 N 87. Расчет вреда проверен судами и признан правильным.

При рассмотрении настоящего дела, изучив представленные сторонами доказательства, суды руководствовались положениями пункта 3 статьи 405, пункта 1 статьи 406 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" и, установив, что просрочка выполнения работ подрядчиком допущена по вине заказчика, суды апелляционной и кассационной инстанций пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований учреждения.

Суды, оценив представленные сторонами доказательства и результаты экспертизы, руководствуясь статьями, 702, 716, 721 - 723, 763 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что факт возникновения дефектов в пределах гарантийного срока эксплуатации объекта подтвержден материалами дела, доказательств устранения выявленных недостатков не представлено, следовательно, требования учреждения об обязании общества устранить выявленные дефекты являются обоснованными и соответствуют условиям заключенного контракта.

Пунктом 3 статьи 49 Федерального закона от 25.06.2002 N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" (далее - Закон об объектах культурного наследия) установлено, что объекты археологического наследия, а также все археологические предметы, залегающие на поверхности земли, в земле или под водой, находятся в государственной собственности.

При рассмотрении настоящего дела суды указали на то, что к существенным условиям договора страхования гражданской ответственности в соответствии со статьей 942 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) относятся: имущественные интересы, составляющие объект страхования (статья 4 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств"; далее - Закон об ОСАГО), страховой случай (статья 1 Закона об ОСАГО), размер страховой суммы (статья 7 Закона об ОСАГО), срок действия договора.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 60, 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и исходили из дат (периодов) поступления денежных средств на счет должника, соотношения их размера с размером прожиточного минимума для трудоспособного населения, действовавшим на территории проживания должника (Самарская область) в спорные периоды времени, даты наступления совершеннолетия проживающего с должником ребенка, обстоятельств (целей) расходования денежных средств финансовым управляющим в соответствующие периоды, приостановление распределения денежных средств в связи с нахождением разногласий по их распределению на рассмотрении суда, объема имеющихся у должника неисполненных обязательств, внесения финансовым управлявшим на счет должника денежных средств в размере 5 880 рублей 30 копеек по платежному поручению от 23.12.2020 N 001468.

Разрешая обособленный спор, суды, руководствуясь положениями статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и пункте 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", указали на отсутствие предусмотренных законом оснований для исключения требования банка из реестра. При этом судами установлено, что сведения о погашении части требования банка были внесены финансовым управляющим в реестр требований кредиторов должника.

При разрешении спора суды руководствовались положениями статей 10, 432, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 29.11.2010 N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 29.11.2010 N 326-ФЗ), Федерального закона от 21.11.2010 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", Правилами обязательного медицинского страхования, утвержденными приказом Министерства здравоохранения России от 28.02.2019 N 108н (далее - Правила обязательного медицинского страхования), Порядком организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, утвержденным приказом Федерального фонда обязательного медицинского страхования от 28.02.2019 N 36, при исследовании и оценке обстоятельств дела и представленных доказательств.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу о наличии на стороне ответчика неосновательно сбереженных денежных средств в виде перечисленного аванса.

Пунктом 4 Положения предусмотрено, что субсидии предоставляются следующим субъектам: индивидуальным предпринимателям и юридическим лицам, осуществляющим производство сельскохозяйственной продукции, ее первичную и последующую (промышленную) переработку (в том числе на арендованных основных средствах) в соответствии с перечнем, утверждаемым Правительством Российской Федерации, и реализацию этой продукции, при условии, что в доходе заявителя от реализации товаров (работ, услуг) доля дохода от реализации этой продукции составляет не менее 70 процентов за календарный год; крестьянским (фермерским) хозяйствам, осуществляющим производственную и иную хозяйственную деятельность (производство, переработку, хранение, транспортировку и реализацию сельскохозяйственной продукции) в соответствии с Федеральным законом от 11.06.2003 N 74-ФЗ "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", при условии, что в доходе заявителя от реализации товаров (работ, услуг) доля дохода от реализации этой продукции составляет не менее 70 процентов за календарный год.

Разрешая спор, суды руководствовались статьей 19, пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из доказанности совокупности условий, необходимых для признания оспариваемых сделок недействительными как совершенных с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. В частности, суды установили, что спорные сделки совершены в пределах трехлетнего периода подозрительности, при наличии у должника признаков неплатежеспособности, в пользу аффилированного по отношению к должнику лица.

Отказывая в удовлетворении иска, суды руководствовались статьями 15, 16, 1064, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в Постановлении от 17.11.2015 N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства", приняли во внимание обстоятельства, установленные в рамках дел N А65-17691/2017, А65-31544/2019 и при этом исходили из того, что взысканные денежные средства с депозитного счета Вахитовского РОСП г. Казани были перечислены ООО "УК пгт. Актюбинский", возможность их взыскания с общества фондом не утрачена, факт причинения убытков не подтвержден.

Принимая обжалуемые заявителем судебные акты, суды руководствовались положениями статей 65, 71 АПК РФ, статей 309, 310, 314, 606, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, и исходили из доказанности предпринимателем факта возникновения на стороне ответчика задолженности в заявленном размере.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства, проанализировав условия заключенного договора долгосрочной аренды нежилого помещения, прекратившего свое действие 01.02.2020 по причине одностороннего отказа ответчика от его исполнения; признав расчет взыскиваемой задолженности соответствующим условиям договора и фактическим обстоятельствам; принимая во внимание пояснения общества "ТД "Бейкери", изложенные в отзыве на иск, согласно которым его задолженность по состоянию на 10.03.2020, без учета оплаченного обеспечительного платежа, составляет 1 858 447, 24 руб.; установив факт произведения истцом зачета обеспечительного платежа в счет обязательства ответчика, а также учитывая отсутствие доказательств оспаривания сделки по зачету в установленном порядке, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения иска.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признав правомерным односторонний отказ ответчика (заказчика) от исполнения договора, руководствуясь положениями статей 453, 782 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

При рассмотрении настоящего дела суды квалифицировали спорное соглашение о совместной деятельности от 23.03.2015 как договор простого товарищества (статья 1041 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, суды, руководствуясь положениями статей 1041 - 1054 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о правомерности требования истца, заявленного им в пределах срока исковой давности, в части взыскания в его пользу с ответчика 1 881 809 рублей 63 копеек, составляющих причитающуюся Шибанову Г.В. прибыль от ведения совместной деятельности товарищей. При этом суды определили размер подлежащей взысканию с ответчика прибыли на основании представленных сторонами доказательств и в пропорции, заранее установленной спорным соглашением о совместной деятельности от 23.03.2015. Доказательств того, что истец получил какую-либо прибыль от совместной деятельности товарищей, заявителем представлено не было. В остальной части требования истца отказано с учетом применения срока исковой давности.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из того, что заявление об исключении ранее включенного в реестр требования, по сути, направлено на оспаривание судебного акта, на основании которого требование конкурсного кредитора было включено в реестр требований кредиторов должника, что недопустимо.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 61.10, 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктами 3, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", не установили совокупности условий, необходимой для привлечения Дегтяренко А.В. к субсидиарной ответственности при недоказанности фактов совершения последним недобросовестных действий и (или) сделок, повлекших за собой банкротство должника.

Судебными инстанциями установлено, что в день (11.09.2020) и по адресу, указанным в публикации сведений о созыве собрания кредиторов (город Томск), отчет временного управляющего для ознакомления с ним кредиторами отсутствовал. Помимо этого, управляющим не были учтены голоса 323 кредиторов, направивших свои бюллетени по электронной почте в установленный в публикации срок. Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и руководствуясь положениями статей 12, 13, 14, 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", суды пришли к выводу, что названные действия управляющего привели к нарушению прав и законных интересов отдельных кредиторов должника, которые не смогли принять участие в собрании, в связи с чем удовлетворили жалобу кредиторов в соответствующей части и признали решения первого собрания кредиторов недействительными.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статей 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив отсутствие доказательств, подтверждающих нарушение ответчиком договорных обязательств, учитывая, что спорное имущество сохранялось ответчиком до тех пор, пока истец не изъявил желание снять его с хранения, факт хранения подтвержден вступившими в законную силу судебными актами по делам N А45-11232/2019, А45-10117/2019, А45-9770/2019, А45-5084/2019, А45-37855/2017, руководствуясь положениями статей 15, 393, 896, 901, 902 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.