Судебная практика ГК РФ

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, проанализировав условия договора, руководствуясь статьями 309, 310, 421, 424, 432, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из непредставления предпринимателем допустимых доказательств направления обществу актов приема-передачи и оказания ему каких-либо услуг, как и доказательств передачи последним заявок, являющихся в соответствии с условиями договора основанием для оказания услуг, а также согласования с ответчиком цены договора, суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу о недоказанности истцом обстоятельств, на которых основаны его требования, в связи с чем отказали в их удовлетворении.

Исследовав и оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, проанализировав условия договора, руководствуясь статьями 309, 329, 330, 421, 425, 431, 450, 453, 486, 506, 513, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив факт получения покупателем оборудования на спорную сумму, отсутствие возражений по поводу количества и качества принятого оборудования и доказательств оплаты полученного товара, суды пришли к выводу о правомерном начислении ответчику неустойки и, проверив расчет неустойки, приняв во внимание, что при заключении дополнительного соглашения от 17.04.2018 N 3 стороны изменили срок оплаты товара и волеизъявление покупателя и его согласие на такое изменение отсутствует, не усмотрев оснований для начисления неустойки в отношении поставок, совершенных ранее заключения дополнительного соглашения, частично удовлетворили иск.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 309, 310, 330, 606, 614, 622 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив факт пользования обществом спорными нежилыми помещениями в заявленный период и отсутствие доказательств внесения арендных платежей, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований (с учетом снижения размера неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации), с чем впоследствии согласился суд округа.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, в том числе переписку сторон, установив факт нарушения исполнителем сроков разработки документации, изготовления и поставки оборудования, руководствуясь статьями 329, 330, 433, 702, 703, 708 ГК РФ, суды пришли к выводу об обоснованности начисления ответчику неустойки (пени) на основании пункта 8.2 договора и, признав правильным расчет неустойки за минусом полученной истцом суммы по банковской гарантии, снизив ее размер на основании статьи 333 ГК РФ по заявлению ответчика, не усмотрев вины предприятия в просрочке исполнения обязательств по договору, частично удовлетворили иск.

Признавая требование Федеральной налоговой службы обоснованным, суд апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался статьями 10 и 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статьей 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из обстоятельств, установленных, в том числе, при проведении налоговой проверки в отношении должника, свидетельствующих о создании формального документооборота с контрагентами с целью получения необоснованной налоговой выгоды и вывода денежных средств. В связи с этим апелляционный суд признал доказанной причинно-следственную связь между действиями Агафонова В.Е. и возникновением убытков на стороне должника и его кредиторов.

Признавая жалобы общества и Кирющенко К.В. обоснованными в части, суд апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался статьями 20.3, 20.4 и 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из доказанности заявителями недобросовестности бездействия Боброва М.В., связанного со сдачей имущества в аренду и неосуществлением контроля за его использованием. В связи с этим суд отнес на Боброва М.В. убытки в размере арендных платежей, которые должник мог бы получить в случае надлежащего исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

части 3 статьи 24 Федерального закона от 8 июня 2020 года N 166-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в целях принятия неотложных мер, направленных на обеспечение устойчивого развития экономики и предотвращение последствий распространения новой коронавирусной инфекции", согласно которой особенности исполнения и расторжения договоров перевозки пассажиров, предусмотренные статьей 107.2 Воздушного кодекса Российской Федерации, пунктом 3 статьи 185 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации, пунктом 8 статьи 95 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации и частями шестнадцатой и семнадцатой статьи 82 Федерального закона от 10 января 2003 года N 18-ФЗ "Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации", применяются к договорам перевозки пассажиров, подлежащим исполнению с 1 февраля 2020 года;

При этом действующее законодательство, закрепляя жилищные гарантии для сотрудников, имеющих специальные звания и проходящих службу в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы, в виде предоставления жилого помещения специализированного жилищного фонда или денежной компенсации за наем (поднаем) жилого помещения (статья 8 Федерального закона от 30 декабря 2012 года N 283-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации"), тем самым возлагает на названную службу, ее органы и учреждения обязанность обеспечить реализацию этих гарантий, в том числе за счет высвобождающегося специализированного жилищного фонда. Однако это не исключает право указанных органов и учреждений - с учетом потребностей в обеспечении служебным жильем прежде всего своих сотрудников и заинтересованности в привлечении конкретных специалистов на работу на основании трудового договора - заключить договор найма служебного жилого помещения с такими специалистами на период их трудовых отношений.

Признавая жалобы завода обоснованными в обжалуемой Барило (Власовой) Е.В. части, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьями 20.3, 60 и 145 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и исходили из доказанности заявителем незаконности бездействия управляющего, выразившегося в неподаче заявления о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности, а также из наличия объективных сомнений в независимости конкурсного управляющего.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 539, 543 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 422, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика от обязанности по оплате безучетного потребления электроэнергии вследствие подключения дополнительного кабеля в границах балансовой принадлежности ответчика в обход прибора учета, что привело к искажению передаваемых данных об объеме потребления электроэнергии.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 15, 196, 199, 200, 309, 310, 421, 422, 539, 544, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 27.07.2010 N 190-ФЗ "О теплоснабжении", Правилами коммерческого учета тепловой энергии, теплоносителя, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 18.11.2013 N 1034, и, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу недоказанности возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения, условий для взыскания с ответчика убытков, признания его собственником общедомовых приборов учета тепловой энергии (теплосчетчиков электромагнитных) в МКД.

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и руководствуясь положениями статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из того, что сделка по продаже должником автомобиля совершена в трехлетний период подозрительности с заинтересованным лицом (супругой руководителя должника), при отсутствии встречного исполнения со стороны покупателя (ввиду недоказанности финансовой возможности осуществить оплату по договору) и при наличии у продавца (должника) признаков банкротства.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий имуществом должника сослался на специальные основания, предусмотренные статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), а также статьи 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При разрешении спора, исследовав представленные доказательства и оценив их в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций установили, что оспариваемый договор заключен в период подозрительности (в процедуре наблюдения), материалы дела не содержат доказательств осуществления Крутько А.С. трудовых функций, соразмерных установленному ему окладу. Также судами учтены обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением Шахтинского городского суда Ростовской области от 21.11.2019, свидетельствующие о том, что Крутько А.С. фактически не исполнял трудовые обязанности. При таких обстоятельствах суды пришли к единому выводу о доказанности конкурсным управляющим должником факта недобросовестного поведения сторон оспариваемой сделки, причинившего вред конкурсной массе, и удовлетворили заявление конкурсного управляющего должником.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции дополнительно указал об отсутствии оснований для применения положений п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С выводами нижестоящих судов согласился кассационный суд общей юрисдикции.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что определения судов апелляционной и кассационной инстанций приняты с нарушением норм действующего законодательства, и согласиться с ними нельзя по следующим основаниям.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные сторонами доказательства, руководствуясь требованиями статьи 158 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), суд первой инстанции установил, что за утверждение мирового соглашения проголосовало большинство кредиторов, в том числе и залоговый, должник на момент подписания мирового соглашения не имел задолженности перед кредиторами первой и второй очереди удовлетворения и бюджетом, в связи с чем, руководствуясь статьями 150 - 167 Закона о банкротстве, пришел к выводу о возможности заключения мирового соглашения.

27 июня 2018 г. деятельность Общества прекращена в связи с исключением из Единого государственного реестра юридических лиц на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (наличие признаков недействующего юридического лица).

По результатам изучения принятых по делу судебных актов и доводов, содержащихся в кассационной жалобе, установлено, что предусмотренные статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. Суды руководствовались статьями 20.3, 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из доказанности незаконности совершенных бывшим конкурсным управляющим Клочковым К.А. действий (бездействия).

В качестве правового обоснования своих требований истец сослался на подпункт "ж" пункта 1 статьи 14 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО).

Решением Приволжского районного суда г. Казани Республики Татарстан от 28 ноября 2019 г. исковые требования оставлены без удовлетворения.