Судебная практика ГК РФ

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, протолковав и проанализировав условия спорных договоров от 01.07.2019 N 29 и от 01.10.2019 N 30, руководствуясь статьями 10, 15, 393, 309, 310, 401, 421, 434.1, 450, 614, 622 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), разъяснениями, приведенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", приняв во внимание правовую позицию, изложенную в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, пришли к выводу об обоснованности иска предпринимателя (арендодателя) в части взыскания с Общества (арендатора) пеней по договору аренды N 29, размер которых по ходатайству ответчика подлежит снижению по правилам статьи 333 ГК РФ до 4410 руб. 54 коп., поскольку заявленная истцом сумма неустойки несоразмерна последствиям нарушения ответчиком обязательства по внесению арендной платы по договору N 29.

Отказывая в удовлетворении жалобы, суды руководствовались статьями 20.3, 20.4, 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из недоказанности факта не исполнения или ненадлежащего исполнения конкурсным управляющим своих обязанностей в процедуре банкротства должника (повлекшего нарушение прав законных интересов заявителя, должника и его кредиторов), а также факта причинения убытков должнику в результате бездействия конкурсного управляющего, в связи с чем отказали в удовлетворении заявленных требований.

Удовлетворяя иск, суды исследовали и оценили в совокупности и взаимной связи представленные в дело доказательства, учитывали выводы повторной судебной экспертизы, руководствовались пунктами 1, 3 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 1, 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, пунктом 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" и исходили из доказанности наличия правовых оснований для признания права собственности на спорный объект.

Разрешая настоящий спор, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, ссылаясь на статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 16, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из того, что требование компании подтверждено вступившим в законную силу судебным актом, на день рассмотрения обоснованности заявления долг не погашен, в связи с чем требование подлежит включению в третью очередь реестра.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 779, 781, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, Основами ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 N 1178, и, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, и пришли к выводу об отсутствии у истца (исполнитель) оснований для взыскания с ответчика (заказчик) платы за услуги по передаче электрической энергии с использованием дополнительных объектов электросетевого хозяйства, не учтенных в тарифном решении.

Конкурсный управляющий должником Дмитриев Н.Б. оспорил договор по основаниям статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), в качестве применения последствий просил вернуть в конкурсную массу перечисленные фирме 145 000 рублей.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 Кодекса, установив наличие у генподрядчика неисполненного обязательства по оплате результата работ, выполненных истцом с нарушением срока, наличие у субподрядчика встречного неисполненного обязательства по выплате неустойки за нарушение срока выполнения работ, принимая во внимание наличие обстоятельств для уменьшения размера ответственности истца, поскольку нарушение срока произошло по вине обеих сторон и снижения размера неустойки ввиду ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, руководствуясь статьями 309, 310, 329, 330, 401, 404, 405, 406, 702 - 729, 740 - 757 Гражданского кодекса Российской Федерации, признав заявленную к взысканию задолженность частично погашенной путем судебного зачета встречных требований, суды частично удовлетворили иск.

В соответствии со статьей 101 Федерального конституционного закона Российской Федерации от 21.07.1994 N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" суд при рассмотрении дела в любой инстанции, придя к выводу о несоответствии Конституции Российской Федерации закона, примененного или подлежащего применению в указанном деле, обращается в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности данного закона.

Рассматривая спор, суд первой инстанции, с выводами которого согласились суды апелляционной инстанции и округа, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статей 309, 310, 330, 720, 723, 748, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что поскольку подрядчик не доказал, что субподрядчик не отработал аванс в сумме 2 000 000 рублей, установив, что часть работ переда подрядчику и по ним к субподрядчику не было замечаний, оснований для взыскания неосновательного обогащения в указанной сумме, а также процентов за пользование чужими денежными средствами, не имеется. При этом суд признал обоснованными требования о взыскании неустойки за просрочку выполнения работ, начисленную до момента расторжения договора, а также договорного штрафа, установив, что договор был расторгнут по вине субподрядчика.

Рассматривая спор, суды, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статей 309, 330, 432, 711, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив, что истцом (подрядчик) не доказан факт согласования с ответчиком (заказчик) увеличения цены договоров и выполнения спорных дополнительных работ на сумму 1 028 422 рублей 39 копеек по договору от 19.08.2019 N 761-19 и в сумме 1 069 183 рублей 88 копеек по договору от 19.08.2019 N 760-19, работы представлены к приемки не в соответствии с условиями договоров, пришли к выводу о том, что у заказчика не возникла обязанность по их оплате. Вместе с тем, установив просрочку оплаты выполненных работ по договорам от 19.08.2019 N 761-19 и от 15.10.2018 N 1359-18, суды признали обоснованными требования о взыскании неустойки, произведен перерасчет неустойки по договору N 761-19.

По результатам изучения принятых по делу судебных актов и доводов, содержащихся в кассационной жалобе, установлено, что предусмотренные статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. Суды первой и кассационной инстанций руководствовались статьями 61.1, 64, 64.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 173.1, 181, 195, 196, 199, 200, 204, 307, 309, 310, 322, 391, 395, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и исходили из доказанности обязанности общества по уплате задолженности в заявленном размере и процентов, пропуска обществом срока исковой давности для предъявления встречного иска.

Как следует из судебных актов, основанием для обращения управления в суд с вышеназванным заявлением послужил установленный по итогам проведенного административного расследования факт несоблюдения арбитражным управляющим требований пунктов 6.1 и 6.5 статьи 28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", что выразилось в неисполнении арбитражным управляющим обязанностей по включению в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сообщений (отчетов) о ходе процедур банкротства. Кроме того, административный орган указал на неоднократное привлечение арбитражного управляющего к административной ответственности на основании части 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями Федерального закона от 24.07.2009 N 212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования", статей 78, 79 Налогового кодекса Российской Федерации, статей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды в удовлетворении требований отказали, признав, что предпринимателем пропущен как срок для обращения в фонд с заявлением о возврате сумм страховых взносов, так и срок исковой давности для обращения в суд с соответствующим заявлением.

Отказывая в иске, суды руководствовались статьями 15, 393, 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", и исходили из отсутствия совокупности всех необходимых условий для привлечения фирмы к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.