Судебная практика ГК РФ

Удовлетворяя иск в части истребования имущества из незаконного владения компании в собственность Приморского края, суды при новом рассмотрении дела руководствовались положениями статей 10, 167, 209, 301, 302, 449 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приняли во внимание разъяснения, содержащиеся в пунктах 32, 35, 37, 38, 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Постановлении от 21.04.2003 N 6-П и исходили из обоснованности требования, поскольку выбытие спорных объектов недвижимого имущества из собственности Приморского края произошло помимо воли собственника, что подтверждается вступившим в законную силу 28.12.2017 приговора судебной коллегии Приморского краевого суда от 05.12.2016, которым установлен факт незаконного закрепления имущества на праве хозяйственного ведения за краевым государственным унитарным предприятием "Госнедвижимость" и выбытие имущества из владения собственника - Приморского края в результате преступных действий участников преступного сообщества (мошенничества).

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, руководствовались статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве", и не усмотрели оснований для отнесения Чернова А.В., имеющего договорные (агентское соглашение) отношения с должником, к числу контролировавшего должника лица. При этом судами не установлено фактов выбытия товарно-материальных ценностей должника вследствие неправомерных действий ответчика, равно как и извлечение им выгоды их незаконных действий иного контролирующего должника лица.

Удовлетворяя иск, суды руководствовались статьями 309, 310, 469, 475, 476, 506 Гражданского кодекса Российской Федерации и с учетом экспертных заключений исходили из установленных обстоятельств поставки обществом "Профи ИН" товара (парусины), не соответствующего по качеству условиям договоров и требованиям, предъявляемым к товарам такого рода.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями статьи 99 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о контрактной системе), суды пришли к выводу о законности оспариваемого ненормативного правового акта управления, а также об отсутствии нарушения прав и законных интересов заявителя.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации", учитывая условия страхового полиса и Правила страхования в соответствующей редакции, пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований истца, с чем согласился суд округа.

При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 1, 309, 310, 330, 424, 431, 432, 702, 709, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, признав разницу между установленной по договору стоимостью работ и перечисленной заказчиком суммой денежных средств неосновательным обогащением генподрядчика, применив к компании предусмотренную пунктом 11.2 договора меру ответственности за нарушение сроков выполнения работ, суды, отклонив первоначальный иск, частично удовлетворили встречный иск.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций оценили представленные по делу доказательства и, руководствуясь статьей 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", указали на отсутствие доказательств, свидетельствующих о надлежащем исполнении упомянутым лицом обязанности по передаче управляющему должником всех истребуемых документов, сочтя необходимым применить в отношении него стимулирующей меры воздействия в виде судебной неустойки.

Заявитель является арендатором земельного участка по договору аренды от 20.02.2009 N М-01-514279 для целей проектирования, реконструкции и строительства многофункционального комплекса с подземной автостоянкой. Договор был заключен на срок до 01.04.2009. По истечении срока действия договора аренды земельный участок находился в пользовании заявителя, поэтому в силу статьи 621 Гражданского кодекса Российской Федерации договор аренды является заключенным на неопределенный срок.

Судебная коллегия Приморского краевого суда с такими выводами суда первой инстанции согласилась, отметив, что доводы апелляционной жалобы АО "АВТОВАЗ" о том, что неустойка в шестимесячный период, исчисляемый с 6 апреля 2020 г., не подлежала взысканию ввиду введения в отношении акционерного общества как организации, включенной в перечень системообразующих организаций российской экономики, в указанный период моратория, основаны на неверном толковании норм права. Суд апелляционной инстанции посчитал, что положения постановления Правительства Российской Федерации от 3 апреля 2020 г. N 428 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников" (действовавшего до 7 октября 2020 г.), статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), а также разъяснения, данные в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 2, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 апреля 2020 г., в данном случае не подлежат применению, поскольку вопрос о банкротстве ответчика в рамках настоящего дела не рассматривался.

Признавая требование общества "НАТС" подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, суды руководствовались статьей 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", правовой позицией, закрепленной в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020), и исходили из доказанности возражений ФНС России о наличии оснований для понижения очередности удовлетворения требования заявителя в связи с компенсационным характером финансирования, предоставленного должнику.

Оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, учитывая установленные при рассмотрении дела N А40-116919/2020 обстоятельства недоказанности выполнения подрядчиком работ и сдачи их заказчику, факт подписания описей о получении актов и справок со стороны заказчика неустановленным лицом, руководствуясь статьями 309, 450, 715, 753, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды, признав правомерным односторонний отказ заказчика от исполнения договора, пришли к выводу о возникновении на стороне подрядчика неосновательного обогащения и удовлетворили иск.

Признавая жалобу общества "Галс-Инжиниринг" обоснованной в части, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьями 20.3 и 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из того, что заявитель доказал нарушение Семиным Г.Ю. сроков проведения первого собрания кредиторов должника, предоставления в суд протокола указанного собрания и отчета о деятельности временного управляющего, повлекшее затягивание процедуры наблюдения. В связи с этим суды признали возможным снизить размер фиксированного вознаграждения управляющего.

Земельный участок, на котором расположен многоквартирный дом, сформирован до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации и в силу положений статьи 16 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" находится в общей собственности всех собственников помещений в данном многоквартирном доме.

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену) (п. 1 ст. 494 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 493 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (ст. 428), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека, электронного или иного документа, подтверждающего оплату товара. Отсутствие у покупателя указанных документов не лишает его возможности ссылаться на свидетельские показания в подтверждение заключения договора и его условий.

Руководствуясь ст. 8.1, 420, 422, 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 15 и 19 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в п. 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска, указав, что гидроцикл, по поводу права собственности на который возник спор, зарегистрирован в реестре маломерных судов за Фремке Д.В., и истцом не представлены доказательства заключения с третьим лицом договора купли-продажи этого маломерного судна, а также обращения в соответствующие органы с заявлением об изменении регистрационных данных в отношении собственника гидроцикла.