Судебная практика ГК РФ

Указанные документы в силу реального характера обязательства являются основаниями возникновения прав и обязанностей сторон, в том числе обязанности заказчика по оплате услуг (статьи 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации) независимо от юридической силы договора от 29.08.2017.

Действия судов, которые заявитель считает процессуальными нарушениями, таковыми не являются и не попадают под основания для кассационного пересмотра судебных актов.

В исследованных обстоятельствах образования задолженности суды установили действия должника, не допускающие в силу пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" освобождения от исполнения обязательств перед кредиторами.

Судами оценен довод должника об отсутствии сведений о начатом в отношении нее процессе и установлено надлежащее в силу статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации извещение посредством направления почтовой корреспонденции по адресу регистрации Шарифуллиной Г.Н.

Повторно разрешая спор, суды апелляционной инстанции и округа, руководствуясь статьями 20.3, 60, 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", установив, что заявитель располагал первичной документацией должника, а несвоевременная подача иска о взыскании дебиторской задолженности (в котором было отказано по мотиву пропуска исковой давности) произошла по его вине, пришли к выводу о несоответствии оспариваемого бездействия требованиям законодательства о банкротстве, повлекшем нарушение прав и законных интересов должника и его кредиторов.

Разрешая спор, суды, руководствуясь пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктами 5, 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из доказанности совокупности условий для признания недействительными сделками платежей заявителю пребывающим в состоянии имущественного кризиса должником по основанию причинения имущественного вреда кредиторам.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 10, 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 3, 33, 48, Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из того, после его возбуждения третьим лицом, использовавшим институт исполнения обязательства в соответствии с его назначением и без злоупотребления правом, частично погашена задолженность перед заявителем. Поскольку размер денежных обязательств для определения наличия признаков банкротства составил менее 300 000 рублей, а заявления о признании должника банкротом от иных лиц отсутствовали, суды отказали во введении процедуры наблюдения и прекратили производство по делу.

Признавая требование общества обоснованным, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьей 71 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и исходили из того, что это требование подтверждено вступившим в законную силу судебным актом (определением Арбитражного суда Калининградской области от 18.04.2020 по делу N А21-9370/2015), а также из недоказанности возражений банка о наличии оснований для понижения очередности удовлетворения требования общества.

Оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 4, 13, 14 Федерального закона от 19.05.1995 N 81-ФЗ "О государственных пособиях гражданам, имеющим детей", статей 7, 8 Федерального закона от 16.07.1999 N 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования", статьи 11.1 Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством", статьи 256 Трудового кодекса Российской Федерации, суды удовлетворили требования, признав, что применение в отношении застрахованного лица установленного режима сокращенного рабочего времени не может расцениваться как мера, необходимая для продолжения осуществления ухода за ребенком, повлекшая утрату заработка. Соответственно, выплаченное пособие приобретает характер дополнительного материального стимулирования работника, что свидетельствуют о злоупотреблении организацией правом в целях предоставления своим сотрудникам дополнительного материального обеспечения, возмещаемого за счет средств фонда.

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьями 65 и 71 АПК РФ, руководствуясь статьями 4, 130, 274, 277, 304, 421, 424 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 56, 60 Земельного кодекса Российской Федерации, статьями 20, 21.1 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 N 5485-1 "О государственной тайне", Указом Президента Российской Федерации от 06.03.1997 N 188 "Об утверждении Перечня сведений конфиденциального характера", распоряжением Правительства Российской Федерации от 10.10.2014 N 2020-р "О внесении изменений в распоряжение Правительства Российской Федерации от 20.08.2009 N 1226-р", отказав в удовлетворении ходатайства истца о назначении судебной экспертизы, пришли к выводу об отсутствии оснований для установления сервитута через земельный участок ответчика для круглосуточного прохода и проезда неограниченного круга лиц к зданию Общества, поскольку данный сервитут лишит возможности ответчика, который работает с документами, имеющими гриф секретности, использовать территорию этого участка, обеспечивая режим секретности.

Суд апелляционной инстанции, оценив представленные сторонами доказательств в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе условия контракта, переписку сторон, результаты проведенной повторной строительно-технической судебной экспертизы, руководствуясь положениями статей 720, 740, 746, 758, 763 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", установил наличие оснований для удовлетворения первоначального иска и отказал в удовлетворении встречного иска.

Удовлетворяя иск, суды первой и апелляционной инстанций исследовали и оценили по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствовались статьями 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, разъяснениями, приведенными в пунктах 22, 26, 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", и исходили из следующего: спорный объект возведен на публичном земельном участке, предоставленном Обществу в установленном порядке в аренду под цех деревянных изделий, для производства мягкой мебели сроком на 50 лет; согласно представленному Обществом в материалы дела техническому заключению здание соответствует требованиям градостроительных, строительных, противопожарных, санитарных норм и правил, не создает угрозу жизни и здоровью граждан; само по себе отсутствие в данном случае разрешительной документации не может служить основанием для отказа в иске о признании права собственности на самовольно возведенный объект; Общество предпринимало меры к легализации спорного строения; Администрация не воспользовалась своим правом заявить ходатайство о назначении судебной экспертизы.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, протолковав условия договора субаренды, установив, что ответчик (арендодатель) реализовал предоставленное ему договором право на односторонний отказ от договора и уведомил об этом истца в установленный договором срок, истец фактически согласился с данным уведомлением и фактом расторжения договора, следствием чего явилась последующая передача истцом (арендатором) ответчику (арендодателю) в порядке пункта 4.4.17 договора арендуемого помещения по акту приема-передачи от 11.09.2020; доказательств недобросовестного поведения общества "Фабрика-Прачечная N 55" не представлено, суд пришел к выводу, что спорный договор субаренды является расторгнутым с 11.09.2020 и, руководствуясь пунктом 2 статьи 434, статьей 450, пунктами 1, 2 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, частью 1, абзацем 2 части 4 статьи 19 Федерального закона от 01.04.2020 N 98-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций" (далее - Закон N 98-ФЗ), разъяснениями пунктов 10, 11, 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", не нашел оснований для удовлетворения иска о признании недействительным уведомления от 23.04.2020 и о внесении изменений в прекративший свое действие договор путем заключения дополнительных соглашений в удовлетворении требований отказал.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь статьями 10, 382, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", Обзором судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, установив, что займы реально выданы должнику в период стабильного финансового состояния и вне имущественного кризиса, а часть требований по возврату задолженности уступлены самому заявителю и легли в основу инициированного им возбуждения настоящего дела о банкротстве должника, удовлетворили заявление в той части требований, которая предъявлена в пределах срока исковой давности.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд апелляционной инстанции, позиция которого поддержана судом округа, исследовав и оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 307, 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 29.11.2010 N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации", Постановлением Правительства Республики Карелия от 28.02.2019 N 95-П "О Территориальной программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в Республики Карелия на 2019 год и на плановый период 2020 и 2021 годов", Порядком организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, утвержденного Приказом ФФОМС от 28.02.2019 N 36, установив, что при проведении медико-экономического контроля установлено нарушение обществом условий договора, а именно предъявление к оплате случаев оказания медицинской помощи сверх распределенного объема предоставления медицинской помощи и финансового обеспечения, установленных решением комиссии по разработке территориальной программы ОМС, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, проанализировав и протолковав условия договоров от 02.03.2017, от 06.02.2018, от 01.02.2019 и от 01.01.2020 субаренды нежилых помещений, руководствуясь статьями 381.1, 395, 421, 431, 618, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для взыскания с ответчика (арендатора) внесенного истцом (субарендатором) обеспечительного платежа, поскольку согласно пунктам 4.6 и 8.3 договоров субаренды арендатор вправе удержать сумму обеспечительного платежа в случае досрочного расторжения субарендатором договора в качестве штрафа.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 15, 309, 310, 431, 614, 616, 622 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из обоснованности и документальной подтвержденности заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу об их удовлетворении, с чем впоследствии согласился суд округа.

Конкурсный кредитор общества "Спец Строй" - общество с ограниченной ответственностью "МеталлургПроектМонтаж" в порядке пункта 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

Оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 15, 393, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 07.05.1998 N 75-ФЗ "О негосударственных пенсионных фондах", суды в удовлетворении требований отказали, установив, что переданная в доверительное управление сумма к моменту расторжения договора увеличена обществом и передана негосударственному фонду, факт причинения негосударственному фонду убытков в результате доверительного управления обществом пенсионными резервами не доказан.