Судебная практика ГК РФ

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 19, 61.2, 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", установив факт заключения оспариваемой сделки, совершенной неплатежеспособным должником в пользу заинтересованного лица (супруги) с целью причинения вреда кредиторам путем перевода основной части активов (автомобиля, объектов недвижимости) во избежание обращения на них взыскания, удовлетворили заявление финансового управляющего.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь статьями 15, 53, 53.1 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", признали доказанной совокупность условий для привлечения заявителя к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, возникших в результате необоснованного (не связанного с хозяйственной деятельностью должника) перечисления себе денежных средств (за исключением заработной платы в размере 450 000 рублей за период июнь - август 2015 года), рассмотрев и мотивированно отклонив приводимые им доводы о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

В силу части 2 статьи 100 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" признание норм, положенных в основу правоприменительных решений, неконституционными влечет пересмотр этих решений, включая вступившие в законную силу судебные акты по делам заявителей, обратившихся в Конституционный Суд Российской Федерации.

Удовлетворяя иск, суды руководствовались статьями 539, 543, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 422, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика от обязанности по оплате безучетного потребления электроэнергии вследствие воздействия на работу прибора учета магнитом для его остановки.

Руководствуясь статьями 330, 539, 541, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 161 Жилищного кодекса Российской Федерации, Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354, Правилами, обязательными при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья, либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом договоров с ресурсоснабжающими организациями, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 14.02.2012 N 124, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, в том числе отчеты об отпуске и покупке электрической энергии, акты приема-передачи электрической энергии, счета-фактуры, суды установили наличие задолженности на стороне компании и удовлетворили заявленные обществом требования, за исключением требования о взыскании неустойки за период с 06.04.2020 по день фактической оплаты в связи с действием моратория в указанный период.

Удовлетворяя первоначальный иск и отказывая в удовлетворении встречных требований, судебные инстанции руководствовались статьями 12, 22, 304, 450, 452, 606, 611, 614, 615 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), статьями 3, 9, 71, 72, 74.1 88 Лесного кодекса Российской Федерации (далее - Лесной кодекс), статьей 62 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - Земельный кодекс), и исходили из того, что ответчики систематически нарушали условия договора аренды лесного участка; неправомерно произвели его застройку объектами капитального строительства; использовали лесной участок с нарушением его целевого назначения (осуществляли деятельность по добыче полезных ископаемых). Суды квалифицировали допущенные ответчиками нарушения обязательств по договору аренды лесного участка в качестве существенных, влекущих возникновение у арендодателя права на инициирование расторжения договора в судебном порядке; признали самовольными постройками расположенные на лесном участке объекты.

Разрешая спор, суды руководствовались пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктами 1, 8, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", абзацем третьим пункта 3.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.3014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", установили наличие оснований для признания недействительными пунктов 1.2, 4, 5 и 6 оспариваемого дополнительного соглашения, заключенного менее чем за год до возбуждения дела о банкротстве должника и направленного на расторжение ранее заключенного договора выкупного лизинга без соотнесения взаимных предоставлений сторон по договору, совершенных до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств).

После принятия решения о признании должника банкротом от 03.05.2017 в нарушение пункта 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" Перова Г.В. не передала конкурсному управляющему в трехдневный срок бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 113, 125, 129.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из наличия оснований для удовлетворения заявления учредителя, не отказавшегося от намерений погасить требование кредитора, что отвечало целям и задачам процедуры банкротства, не нарушило его прав и законных интересов.

Разрешая спор, суды, руководствуясь положениями статей 113, 125 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из конкретных фактических обстоятельств дела, пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления.

Выводы судов соответствуют нормам права, оснований для переоценки этих выводов не имеется. Существенных нарушений норм материального и процессуального права, которые бы повлияли на исход судебного разбирательства, по доводам кассационной жалобы не установлено.

Разрешая спор в обжалуемой части, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, ссылаясь на статью 15 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), исходил из того, что оспариваемое решение нарушает права и законные интересы конкурсного управляющего Тройникова С.А., поскольку не содержит данных о неправомерных действиях названного лица.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, с выводами которого согласились суды апелляционной инстанции и округа, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статей 15, 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", учитывая разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", исходил из недоказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями статей 421, 431, 432, 709, 763 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 29.12.2012 N 275-ФЗ "О государственном оборонном заказе", постановлениями Правительства Российской Федерации от 28.04.2015 N 407 "О порядке определения начальной (максимальной) цены государственного контракта, а также цены государственного контракта, заключаемого с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), при осуществлении закупок товаров, работ, услуг по государственному оборонному заказу", от 02.12.2017 N 1465 "О государственном регулировании цен на продукцию, поставляемую по государственному оборонному заказу, а также о внесении изменений и признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации", суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления в части признания незаконными действий министерства.

Повторно исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, в том числе заключение экспертизы, руководствуясь статьей 174 Гражданского кодекса, разъяснениями, изложенными в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд округа, отменил решение суда первой инстанции и удовлетворил требования, исходя из того, что отчужденные объекты недвижимого имущества были основным активом Общества, цена имущества была занижена почти на 12 000 000 рублей, другая сторона не могла не знать, что оспариваемая сделка является взаимоневыгодной.

Руководствуясь статьями 15, 393, 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 15 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, пунктом 30 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", проанализировав условия заключенного сторонами договора от 14.12.2015 N 32, исходя из обстоятельств, установленных решением Братского городского суда Иркутской области от 12.01.2017 по гражданскому делу N 2-1/2017, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Руководствуясь статьями 71, 100, 142, 201.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 807, 808, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и установив факт подписания договоров займа, являвшихся одновременно актами приема-передачи денежных средств, со стороны заемщика, а также финансовую возможность займодавца передать заемщику денежные средства в заявленной сумме, суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления Зуева О.А.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 309, 310, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 23.11.2009 N 261-ФЗ "Об энергоснабжении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что показания ОДПУ, установленных в ветхих и аварийных домах, могут быть использованы для определения объема потребленной электроэнергии на ОДН в части, не превышающей норматив потребления. Указанный вывод соответствует кассационной практике Верховного Суда Российской Федерации (обзор судебной практики N 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами по делам N А06-8683/2016, N А06-7831/2017, исходя из того, что общество до расторжения договора получило от компании право требования и впоследствии его продало, при этом не исполнило встречное предоставление в отношении первоначального кредитора и не оплатило ему уступленное право, стоимость которого составляет 2 304 000 руб., руководствуясь статьями 307, 308, 309, 310, 382, 384, 386, 388, 453, 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли о наличии оснований для удовлетворения иска в указанной сумме.

Оказывая в удовлетворении иска, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь статьями 1102, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходили из недоказанности неосновательного обогащения на стороне Предпринимателя, поскольку нотариально заверенные протоколы обеспечения доказательств, по которым нотариус произвел осмотр информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, не отвечают критериям относимости и допустимости.