Судебная практика ГК РФ

Отказывая в удовлетворении требований, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статьи статей 2, 16, 19, 63, 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из того, что требование о выплате действительной стоимости доли вытекает из участия в уставном капитале должника, а потому не предоставляет права на включение в реестр в деле о банкротстве, с чем впоследствии согласился суд округа.

Разрешая спор и отменяя определение от 22.07.2021, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статей 15, 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из неразумности действий ответчика как бывшего руководителя должника по передаче третьим лицам имущества должника в аренду по заниженной стоимости. При таких условиях суд апелляционной инстанции взыскал с ответчика сумму причиненных убытков, с чем впоследствии согласился суд округа.

Установив, что должник совершил безвозмездное отчуждение денежных средств заинтересованному лицу в период наличия у должника задолженности перед иным кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов должника, а также установив недобросовестное поведение в действиях сторон, в результате чего причинен имущественный вред кредиторам, руководствуясь пунктом 2 статьи 61.2, статьей 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 10, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды первой и кассационной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления кредитора.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные по делу доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 19, 61.2, 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из заключения сделки в период подозрительности (после возбуждения дела о банкротстве) и отсутствия доказательств, свидетельствующих о встречном и сопоставимом с размером оклада по новой должности предоставлении со стороны Варшавского В.Е., ранее занимавшего должность директора должника и находящегося под домашним арестом с запретом на получение и отправку корреспонденции, использование средств связи.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, проанализировав условия спорного контракта, суды первой и апелляционной инстанций установили, что во исполнение обязательств по контракту общество (заказчик) перечислило компании (подрядчик) аванс в сумме 816 944 руб., компания в период действия контракта выполнила работы стоимостью 392 248 руб. 80 коп., доказательств предоставления встречного исполнения на оставшуюся сумму не представила, наличие совокупности условий, необходимых для привлечения общества к ответственности в виде взыскания убытков, не подтвердила. При таких обстоятельствах, руководствуясь статьями 15, 307, 393, 431, 702, 709, 711, 753, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения первоначального иска и обоснованности встречных требований, с чем впоследствии согласился суд округа.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) в редакции, действовавшей в спорный период, и исходили из доказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения Ваземиллера В.В. к субсидиарной ответственности на основании презумпций, содержащихся в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, с чем впоследствии согласился суд округа.

Как усматривается из судебных актов, по результатам рассмотрения вторых частей заявок участников электронного аукциона на поставку светового комплекса аукционной комиссией учреждения (заказчик) заявка общества признана несоответствующей требованиям, установленным документацией об аукционе, на основании части 6 статьи 69 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о контрактной системе), ввиду несоответствия информации, предоставленной участником закупки в порядке пункта 4 части 11 статьи 24.1 Закона о контрактной системе.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 20.3, 20.6, 20.7, 59, 67 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в пунктах 2 и 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве", и исходили из того, что арбитражный управляющий Колмогоров А.Н. вправе рассчитывать на получение вознаграждения временного управляющего и компенсацию расходов всего в сумме 182 822,81 руб.

Хараева Ульяна Галдановна, являющаяся конкурсным кредитором ответчика - ООО "Байкал-Транс", на основании пункта 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" обратилась в Третий арбитражный апелляционный суд с жалобой на решение суда первой инстанции, с ходатайством о восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

В обоснование требований Урсул В.В. указал, что 26 ноября 2019 г. обратился в УПФР в Красноармейском районе г. Волгограда с заявлением о досрочном назначении страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" в связи с занятостью на работах с вредными условиями труда.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, не выявив надлежащего документального подтверждения наличия между сторонами договорных отношений, признав недоказанным факт выполнения работ в пользу общества, квалифицировав перечисленный аванс в качестве неосновательного обогащения на стороне компании, проверив расчет процентов, суды, руководствуясь статьями 8, 432, 395, 702, 708, 711, 720, 740, 753, 754, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворили первоначальный иск частично, не усмотрев оснований для удовлетворения встречного иска.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 15, 393, 702, 711, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении первоначального иска и удовлетворения встречного иска, исходя из неподтвержденности факта выполнения обществом и передачи результата услуг компании в соответствии с условиями спорного договора, а также доказанности последней совокупности условий, необходимых для привлечения общества к ответственности в виде взыскания убытков.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции руководствовался статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходил из доказанности недобросовестного поведения сторон договора, являющихся заинтересованными лицами, совершения сделки со злоупотреблением правом, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. В частности, судом установлено, что оспариваемая сделка совершена при наличии у должника неисполненных денежных обязательств перед кредиторами, по заниженной цене, в результате заключения договора причинен вред правам и законным интересам кредиторов в виде уменьшения имущества должника.

Признавая жалобу на действия (бездействие) финансового управляющего необоснованной, суды апелляционной и кассационной инстанций руководствовались статьями 20.3, 20.4, 60, 145, 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из того, что действия (бездействие) финансового управляющего отвечают критериям добросовестности и разумности поведения и не повлекли нарушения прав и законных интересов залогового кредитора на получение информации о деятельности финансового управляющего, финансовом состоянии должника и его имуществе и отсутствуют основания для отстранения Соломатова А.В. от исполнения обязанностей финансового управляющего.

Утверждая план реструктуризации долгов, суды руководствовались статьями 213.14, 213.16, 213.17, 213.18, 213.19 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из того, что данный план является экономически обоснованным, его исполнение позволит кредиторам получить удовлетворение своих требований в большем размере, чем они могли бы получить в результате немедленной реализации имущества гражданина.

определением Арбитражного суда Пермского края от 25.06.2021 в удовлетворении ходатайства Серкова С.П. о продлении срока реализации имущества Ганеле Евгении Владимировны отказано, процедура реализации имущества должника завершена и должник освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных в процедуре реализации ее имущества, за исключением обязательств, предусмотренных пунктами 5, 6 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Разрешая разногласия, суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд округа, руководствовался положениями статей 60, 126, 138 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.12.2013 N 88 "О начислении и уплате процентов по требованиям кредиторов при банкротстве" и правовой позицией, указанной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 N 303-ЭС20-10154(2), и исходил из того, что мораторные проценты по требованию залогового кредитора подлежат удовлетворению после погашения требований всех кредиторов третьей очереди (включая незалоговых) преимущественно перед удовлетворением необеспеченных требований иных кредиторов по мораторным процентам.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь статьями 71, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктом 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2019 N 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации", исходили из пропуска комитетом установленного законом срока для предъявления своего требования.

Разрешая разногласия в рамках настоящего обособленного спора, касающиеся выплаты заработной платы, суды, руководствуясь положениями статей 134 и 236 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из необходимости защиты прав работника должника и отсутствия оснований для отказа в выплате заработной платы, указав на реальность трудовых отношений и наличие вступивших в силу судебных актов, подтверждающих требования Никулина К.Б., а также на то, что позиция о субординации неприменима к трудовым отношениям, платежи по которым являются текущими.