Судебная практика ГК РФ

Письмом от 17.05.2022 N 2499 ответчик отказал истцу в заключении договора страхования ответственности арбитражного управляющего со ссылкой на его необязательность для страховой компании, указав, что обязанность заключить договор страхования ответственности законом вменена арбитражному управляющему как субъекту профессиональной деятельности, но не страховщику. В ответ на претензию страховая компания указала, что исходя из статьи 927 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования ответственности арбитражных управляющих не является публичным и заключается между сторонами в случае достигнутого соглашения по всем существенным условиям договора.

17.01.2012 сведения о земельном участке с кадастровым номером 77:07:0007004:1000, являющемся предметом спорного договора аренды были исключены из государственного кадастра недвижимости в соответствии с частью 4 статьи 24 Федерального закона от 24.07.2007 N 221-ФЗ "О государственном кадастре недвижимости" (в редакции, действующей в спорный период), земельный участок снят с кадастрового учета и прекратил свое существование, на кадастровый учет 18.07.2013 поставлен земельный участок с кадастровым номером 77:07:0007004:3129, сформированный в тех же границах и той же площади.

Разрешая спор, суды, руководствуясь положениями статьи 19, пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", установив совершение оспариваемой сделки аффилированными лицами с противоправной целью в пределах периода подозрительности, при наличии признаков несостоятельности должника и в отсутствие встречного исполнения, пришли к выводу об обоснованности заявления о признании сделки недействительной.

Разрешая спор, суды, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 61.1, 61.2, 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 12 и 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 года N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из отсутствия совокупности обстоятельств, необходимой для признания спорных сделок недействительными на основании статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, учитывая, что оспариваемые перечисления денежных средств направлены на прекращение реально существующего обязательства перед банком, исполнение Десятковой В.И. как поручителем своего обязательства перед кредитором не влечет негативных имущественных последствий для должника и не приводит к преимущественному удовлетворению требований кредитора, спорные сделки не являются сделками должника и совершены за счет заемных денежных средств, спорные платежи относятся к обычной практике погашения кредита и совершены до принятия судом к производству заявления о признании должника банкротом.

абзацев первого и второго пункта 8 статьи 213.9 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", согласно которым финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества;

абзаца первого пункта 2 статьи 213.24 того же Федерального закона, предусматривающего, что в случае принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом арбитражный суд принимает решение о введении реализации имущества гражданина; реализация имущества гражданина вводится на срок не более чем шесть месяцев; указанный срок может продлеваться арбитражным судом в отношении соответственно гражданина, не являющегося индивидуальным предпринимателем, индивидуального предпринимателя по ходатайству лиц, участвующих в деле о банкротстве.

При этом суд указал, что отсутствие факта физической гибели автомобиля и его использование по назначению правового значения не имеют, поскольку, по смыслу подпункта "а" пункта 18 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО), в данном случае значимой является именно юридическая гибель транспортного средства.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца стоимости восстановительного ремонта в размере, определенном в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Банка России от 19 сентября 2014 г. N 432-П (далее - Единая методика), без учета износа. Указав на то, что разница между страховым возмещением, рассчитанным с учетом износа деталей, и страховым возмещением, рассчитанным без учета износа деталей, в размере 8 963 руб. является убытками, суд пришел к выводу о том, что оснований для начисления неустойки и штрафа на указанную сумму в соответствии с положениями Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО) не имеется.

В силу части 3 статьи 35 Федерального закона от 17 января 1992 г. N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации" прокурор в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с заявлением или вступить в дело в любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства.

Признавая обоснованными требования акционера общества Новицкого А.Ю. о признании недействительным решения повторного годового общего собрания акционеров общества, состоявшегося в форме заочного голосования, суд первой инстанции, с выводами которого согласились суды апелляционной инстанции и округа, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 28, 39, 42, 48, 49, 663 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - Закон об акционерных обществах), исходил из того, что указанное решение повторного годового общего собрания акционером общества является недействительным в силу ничтожности, поскольку при проведении собрания и при принятии решений отсутствовал кворум. Суд отметил, что ранее путем принятия Положения об общем собрании акционеров общества, утвержденного протоколом от 11.12.2014 N 2, акционеры общества приняли решение об увеличении голосов, необходимых для проведения общего собрания акционеров, проводимого в форме заочного голосования, что не противоречит положениям статей 49 и 52 Закона об акционерных обществах. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано ввиду необоснованности.

Разрешая спор и отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, суд округа руководствовался положениями статей 60, 110, 111, 138, 139 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и указал на то, что не получили оценки доводы, согласно которым установленная стоимость спорного имущества, оказавшаяся значительно ниже его кадастровой и балансовой стоимости, а также залоговой цены, принята судами без выяснения указанных обстоятельств и обоснования причин столь существенной разницы. При таких условиях для исправления допущенных нарушений суд округа направил спор на новое рассмотрение.

При этом суд отметил, что на момент обращения истца с заявлением о пересмотре судебного акта по новым обстоятельствам действовала редакция Федерального конституционного закона от 21.07.1994 N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации", устанавливавшая возможность пересмотра решений судов, основанных на актах или их отдельных положениях, признанных постановлением Конституционного Суда Российской Федерации неконституционными либо примененных в истолковании, расходящемся с данным Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении истолкованием, для иных лиц, помимо заявителя или лица, в интересах которого подана жалоба, если в этом постановлении прямо указано на такой пересмотр в отношении иных лиц.

Полагая, что не имелось оснований для принятия заявления охранного предприятия к производству, публичное акционерное общество "Сбербанк России" (далее - Сбербанк) и фабрика подали апелляционные жалобы на определение суда первой инстанции. Жалобы мотивированы тем, что пятнадцатидневный срок, установленный пунктом 2.1 статьи 7 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закона о банкротстве), на момент обращения охранного предприятия в суд не истек.

В определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2016 N 49-КГ15-21 и от 01.03.2016 N 5-КГ15-198, Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2021 N 305-ЭС21-6304 со ссылкой на положения главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и Федерального закона от 31.05.2002 N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" (далее - Закон N 63-ФЗ) сформулирована правовая позиция о том, что при возникновении спора, связанного с исполнением договора на оказание юридических услуг, в том числе об объеме выполненных услуг, их оплате, взыскании каких-либо сумм, предусмотренных договором, надлежащими сторонами спора будут доверитель и адвокат, а не коллегия адвокатов. Таким образом, то обстоятельство, что в соглашении N 1Г указана Коллегия адвокатов города Москвы "Ирина Грудинская и партнеры" не влияет на права и обязанности сторон соглашения, которыми являются адвоката Батяева К.В. и компания.

Конкурсный управляющий, сославшись на то, что банк пропустил 10-дневный срок, отведенный пунктом 2 статьи 61.17 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" на выбор способа распоряжения требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, исчисляемый, по мнению управляющего со дня публикации от 18.01.2021, провел торги.

Разрешая спор, суды трех инстанций руководствовались статьями 309, 330, 395, 702, 711, 746 Гражданского кодекса, разъяснениями, приведенными в пунктах 42, 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - постановление Пленума N 7).