Судебная практика ГК РФ

Удовлетворяя иск, суды исходили из положений статей 44, 161, 162 Жилищного кодекса Российской Федерации, соответствия истребуемых истцом документов перечню технической документации, подлежащих передаче, предусмотренному пунктами 24 и 26 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 N 491 и пунктом 1.5 Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденные постановлением Госстроя России от 27.09.2003 N 170, неисполнением ответчиком обязанности передать спорные документы вновь избранной управляющей компании собственниками многоквартирных домов по адресу: г. Краснодар, просп. Чекистов, 39, г. Краснодар, просп. Чекистов, 37 и г. Краснодар, ул. Киевская, 1.

Разрешая спор, окружной суд руководствовался статьей 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и в отсутствие доказательств ликвидности имущества должника в виде долей в уставных капиталах юридических лиц и возможности реализации данного имущества для целей пополнения конкурсной массы должника пришел к выводу о недоказанности банком фактов недобросовестного или неразумного поведения финансового управляющего, нарушающего права и законные интересы конкурсного кредитора.

Удовлетворяя исковые требования, суды руководствовались статьями 309, 310, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354, и, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика от оплаты электрической энергии, поставленной истцом в МКД, находящиеся в управлении ответчика, за вычетом объемов, приходящихся на собственников нежилых помещений, заключивших договоры с гарантирующим поставщиком.

Размер компенсации морального вреда в сумме 300000 рублей определен судом в соответствии со статьями 151, 1101 ГК РФ, с учетом принципов разумности и справедливости, конкретных обстоятельств дела, характера и степени причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, материального положения осужденного.

Разрешая иск, суды руководствовались статьями 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", Федерального закона от 29.11.2010 N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации" (далее - Закон об ОМС), Порядком организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, утвержденному Приказом Федерального фонда обязательного медицинского страхования от 01.12.2010 N 230.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что договор лизинга расторгнут в связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем своих обязательств, определив сальдо встречных обязательств по договору лизинга, руководствуясь положениями статей 614, 624, 665, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 2, 28 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)", разъяснениями, изложенными в пунктах 3.1, 3.2 - 3.5, 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", суды пришли к выводу о наличии на стороне лизингополучателя неосновательного обогащения, что явилось основанием для удовлетворения встречного иска и отказа в удовлетворении первоначального иска.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 309, 330, 333, 421, 669 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)", разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", суды, не установив в действиях ответчика по реализации спорного имущества признаков недобросовестности или неразумности, исходя из цен реализации предметов лизинга и недоказанности занижения стоимости предмета лизинга, уменьшив размер подлежащей взысканию неустойки ввиду ее несоразмерности последствиям нарушения обязательства, проверив расчеты сторон, определили сальдо встречных обязательств в пользу истца.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, проанализировав условия заключенного сторонами спора договора аренды, признав факт нарушения предпринимателем обязательства, установленного подпунктом "г" пункта 11 договора, возлагающего на последнего обязанность по разработке и предоставлению в шестимесячный срок после его заключения проекта освоения лесов для проведения государственной экспертизы, руководствуясь положениями статей 8, 309, 310, 330, 333, 606, 607, 604 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 64, 71, 72, 88, 89 Лесного кодекса Российской Федерации, пунктов 71, 73, 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", суды первой и апелляционной инстанций, не усмотрев оснований для освобождения предпринимателя от установленной договором ответственности, пришли к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения иска.

Принимая обжалуемые заявителем судебные акты, суды руководствовались нормами главы 7 АПК РФ, положениями статей 307, 309, 310, 329, 330, 333, 606 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статей 64, 71, 88 Лесного кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 71, 73, 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", и исходили из доказанности министерством наличия оснований для применения к предпринимателю мер ответственности за ненадлежащее исполнение договорных обязательств.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 1, 10, 168, 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", и исходил из доказанности наличия совокупности условий, необходимых для признания договоров дарения недействительными, учитывая что оспариваемые сделки заключены между заинтересованными лицами с целью безвозмездного вывода ликвидного имущества должника и предотвращения возможного обращения на него взыскания по требованиям кредиторов.

Определением арбитражного суда первой инстанции от 17.11.2020 требование общества в размере 400 000 руб. признано обоснованным, но подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 309, 310, 539, 544, 548 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 07.12.2011 N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении" и, оценив представленные доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом признания иска ответчиком, суды удовлетворили первоначальные требования и взыскали задолженность за оказанные в период с 01.07.2020 по 31.07.2020 услуги водоотведения по договору от 31.10.2019 N 1ВВ/2019.

Удовлетворяя иск, суды руководствовались статьями 330, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика (потребитель) от обязанности по оплате безучетного потребления электроэнергии в результате срыва (повреждения) пломб на приборе учета электроэнергии,

определением суда первой инстанции от 18.03.2020 заявленные требования удовлетворены частично. Требование общества "Нэфис Косметикс" к должнику в размере 1 230 739 631,39 руб. задолженности и 1 000 000 руб. расходов по третейскому сбору признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты). В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано.

Признавая за банком права залогодержателя, суды руководствовались положениями статей 138, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 69.1 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)", разъяснениями, изложенными в пунктах 1, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя", и исходили из того, что исполнение обязательств по кредитному договору, на задолженности по которому основаны требования банка, обеспечено залогом недвижимого имущества должника, удостоверенного закладной, обязанность по обращению с заявлением о регистрации ипотеки банком исполнена, государственная регистрация ипотеки не произведена по не зависящим от банка обстоятельствам.

Принимая обжалуемые заявителем судебные акты, суды руководствовались положениями статей 65, 71 АПК РФ, статей 166, 168, 174, 309, 310, 606, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктов 1, 3 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", разъяснениями, изложенными в пункте пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность", и исходили из доказанности истцом факта возникновения на стороне ответчика задолженности в заявленном размере, а также недействительности дополнительных соглашений, совершенных в ущерб интересам истца, в том числе с нарушением порядка одобрения крупных сделок с заинтересованностью.