Судебная практика ГК РФ

В исследованных обстоятельствах образования и погашения задолженности суды установили действия должника, не допускающие в силу пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" освобождения от ее уплаты.

Иная оценка должником своих действий не создает оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

Суды исследовали поведение должника в ситуациях образования и погашения задолженности и признали его создающим условия для применения правил пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" для освобождения от исполнения обязательств.

Иная оценка управляющим действий должника противоречит установленным обстоятельствам и не создает оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

Оставляя ходатайство о процессуальном правопреемстве без рассмотрения, апелляционный суд, с выводами которого согласился Суд по интеллектуальным правам, руководствовался статьями 382, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 48, 148 АПК РФ, разъяснениями, изложенными в пункте 23 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дела о банкротстве", и исходил из того, что задолженность, являющаяся предметом заключенного компанией и обществом "Фортуна" договора уступки, включена в реестр требований кредиторов общества, в связи с чем к данной задолженности не применяются нормы права об исполнительном производстве, для целей которого осуществляется процессуальное правопреемство, так как любые требования, вытекающие из такой задолженности, должны рассматриваться в рамках норм права и обособленных споров, урегулированных специальным законодательством о несостоятельности (банкротстве). Такое правопреемство, как установили суды, в рамках дела о банкротстве осуществлено.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 19, 61.1, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из недоказанности условий для признания оспариваемых платежей недействительными по заявленным основаниям, а потому отказали в удовлетворении заявления, с чем впоследствии согласился суд округа.

Признавая действия финансового управляющего незаконными, суды апелляционной и кассационной инстанций руководствовались статьями 137, 138 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.12.2013 N 88 "О начислении и уплате процентов по требованиям кредиторов при банкротстве", и исходили из того, что оплата мораторных процентов по требованию залогового кредитора должна быть совершена после удовлетворения требований всех кредиторов третьей очереди, включая не обеспеченных залогом, преимущественно перед удовлетворением необеспеченных требований кредиторов по мораторным процентам.

При рассмотрении настоящего дела суды установили, что, несмотря на то, что подрядчиком до вступления в законную силу решения об одностороннем отказе от исполнения контракта были представлены доказательства, свидетельствующие о выполнении работ на объекте, заказчиком в нарушение положений части 14 статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" проверка факта выполнения работ подрядчиком по спорному контракту не произведена, решение об одностороннем отказе от исполнения контракта не было отменено.

Разрешая спор, суды апелляционной инстанции и округа, руководствуясь пунктами 2, 15 статьи 201.4 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", установив, что обязательства по договору участия в долевом строительстве кредитором исполнены в полном объеме, доказательств наличия притязаний иных лиц на спорную квартиру отсутствует, приняв во внимание волеизъявление Акреевой М.В. на включение требования в реестр требований о передаче жилых помещений, пришли к выводу об обоснованности заявленного требования и необходимости включения его в реестр требований о передаче жилых помещений.

Направляя дело на рассмотрение в суд общей юрисдикции, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, руководствовался статьями 27, 33, 39, 225.1 АПК РФ, разъяснениями, изложенными в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.08.1992 N 12/12 "О некоторых вопросах подведомственности дел судам и арбитражным судам", пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", и исходил из того, что субъектный состав спора, ответчиком в котором является гражданин (Ваганов Н.В.), не имеющий статуса индивидуального предпринимателя, не позволяет отнести дело к компетенции арбитражных судов.

Разрешая спор по существу, суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд округа, руководствовался положениями статей 15, 404, 416, 421, 450.1, 451, 665 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс, ГК РФ), статьи 22 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" (далее - Закон о лизинге), и исходил из того, что расторжение договора купли-продажи от 26.11.2020 делает невозможным исполнение договора финансовой аренды (лизинга) от 26.11.2020 и приводит к прекращению обязательств по договору лизинга.

Вывод о добросовестности конечного приобретателя основан на установленных обстоятельствах передачи прав в отношении имущества и постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Между тем изучение обжалуемых судебных актов показало, что правовые выводы арбитражных судов об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчика, контролировавшего хозяйственное общество, которое было исключено из Единого государственного реестра юридических лиц, по его неисполненным обязательствам, основаны на фактических обстоятельствах дела, нормах Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 3 статьи 64.2), Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (пункт 3.1 статьи 3), соответствуют практике применения указанных правовых норм и не противоречат судебным актам Конституционного Суда Российской Федерации.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции руководствовался статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", и исходил из доказанности наличия причинно-следственной связи между действиями Латыпова А.Р. по перечислению денежных средств в пользу фиктивных организаций и возникновением убытков на стороне должника.

Отказывая в удовлетворении ходатайства Райковой М.А. о приостановлении производства по делу и продлевая срок конкурсного производства по заявлению конкурсного управляющего, суды руководствовались положениями статьи 124 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и исходили из отсутствия оснований для приостановления производства по делу и незавершения ряда мероприятий процедуры банкротства.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь в том числе положениями статей 8, 133, 168, 209, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Федерального закона от 17.08.1995 N 147-ФЗ "О естественных монополиях", Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерацией от 27.12.2004 N 861, Правил устройства электроустановок, утвержденных приказом Минэнерго России от 20.05.2003 N 187, суды пришли к выводу о наличии правовых оснований для признания оспариваемого представления недействительным.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, поддержанный судами апелляционной и кассационной инстанций, руководствуясь положениями статей 15, 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", исходил из наличия совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ответчика как бывшего руководителя общества к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков. Суд указал, что выручка общества была перечислена Березину Д.В., который не представил доказательств расходования спорных сумм на нужды общества. Заявление о пропуске срока исковой давности рассмотрено, признано необоснованным.

Судебные акты основаны на пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", статьях 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Отказывая в удовлетворении заявления, окружной суд руководствовался положениями статей 181, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 20.3, 61.2, 203.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из пропуска финансовым управляющим срока исковой давности по заявленному требованию.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 19, 61.1, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из недоказанности условий для признания оспариваемых платежей недействительными, а потому отказали в удовлетворении заявления, с чем впоследствии согласился суд округа.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 19, 61.1, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из недоказанности условий для признания оспариваемых платежей недействительными по заявленным основаниям, а потому отказали в удовлетворении заявления, с чем впоследствии согласился суд округа.