Судебная практика ГК РФ

Удовлетворяя заявленные требования в части, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 10, 12, 14, 308.3, 1225, 1227, 1229, 1252, 1477, 1481, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), разъяснениями, содержащимися в пунктах 55, 59, 61, 75, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", в пунктах 28, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", пунктами 41, 42, 43, 44, 45 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482, пунктами 7.1.2.1, 7.1.2.2, 7.1.2.4, 7.2.1 Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного приказом Федерального государственного бюджетного учреждения "Федеральный институт промышленной собственности" от 20.01.2020 N 12, и исходили из доказанности нарушения обществом исключительных прав компании, признав деятельность ответчика по реализации готовой кулинарной продукции однородной деятельностью, для индивидуализации которой зарегистрированы знаки обслуживания истца.

Суды установили необходимые в силу статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации условия и составляющие их фактические обстоятельства для взыскания убытков.

Нарушения пределов рассмотрения дела апелляционным судом не допущено, учитывая рассмотрение апелляционным судом требования ООО "Газпромнефть-СМ", предъявленного в том числе Яковлеву Д.С., в качестве суда первой инстанции в связи с отменой определения в части взыскания убытков.

Разрешая обособленный спор, суды руководствовались статьями 20.6, 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о наличии оснований для выплаты процентов по вознаграждению финансового управляющего должником.

Постановление апелляционного суда соответствует договору от 03.06.2019 N 534-Т, обстоятельствам его исполнения и статьям 779, 781, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Правила о доказывании и оценке доказательств не составляют оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

В исследованных обстоятельствах образования несложенной задолженности суды установили действия должника, не допускающие в силу пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" освобождения от исполнения обязательств перед кредитором.

Иная оценка должником своих действий противоречит установленным обстоятельствам и не создает оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

Разрешая спор, суды, руководствуясь положениями статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в актуальной редакции), установив отсутствие у должника задолженности перед независимыми кредиторами, обоснованно указав на отсутствие оснований для удовлетворения требований к Исаеву В.Л. по заявленным основаниям, а также на отсутствие у банка статуса контролирующего должника лица, пришли к выводу о недоказанности оснований для привлечения названных лиц к субсидиарной ответственности с целью удовлетворения требований, носящих корпоративный характер.

Отказывая в удовлетворении требований, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), статьей 55.7 Градостроительного кодекса Российской Федерации, частью 13 статьи 13 Федерального закона от 01.12.2007 N 315-ФЗ "О саморегулируемых организациях", частями 6, 7, 14 Федерального закона от 29.12.2004 N 191-ФЗ "О введении в действие Градостроительного кодекса Российской Федерации" (далее - Закон N 191-ФЗ), разъяснениями, изложенными в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", и исходили из того, что во взаимоотношениях между саморегулируемой организацией и ее членами (включая бывших членов) применительно к вопросу о средствах компенсационных фондов личность плательщика/получателя средств имеет существенное значение, в связи с чем несоответствие юридического лица хотя бы одному из условий, указанных в части 14 статьи 3.3 Закона N 191-ФЗ, является основанием для невозврата взноса.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 15.02.2016 N 3-П "По делу о проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" в связи с жалобой гражданина Е.В. Потоцкого", придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений; обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное законодательство, пенсионное законодательство); в отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица, обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон.

В кассационной жалобе Министерство транспорта и дорожного хозяйства Краснодарского края указывает, что договоры от 03.06.2015 N 41 и 42, от 14.10.2015 N 99, заключенные с ИП Ильиным Р.В., являются договорами возмездного оказания услуг, которые в силу совокупных положений статей 450.1, 782 ГК РФ могут быть расторгнуты заказчиком в одностороннем порядке путем извещения предпринимателя о таком волеизъявлении. Договора не содержат условий, ограничивающих право министерства на односторонний отказ от их исполнения, поэтому даже в отсутствие уведомления о расторжении договоров, направленного в адрес предпринимателя в досудебном порядке, судам следовало учесть волю министерства на прекращение их действия, явно выраженную в исковых требованиях.

Отменяя определение суда первой инстанции, суды апелляционной инстанции и округа, руководствуясь статьями 61.10, 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из недоказанности совокупности обстоятельств необходимых для привлечения Шинкаря И.Г. (участника должника) к субсидиарной ответственности.

Выводы судов апелляционной инстанции и округа соответствуют нормам права, оснований для переоценки этих выводов не имеется, нарушений норм материального и (или) процессуального права, которые бы повлияли на исход судебного разбирательства, по доводам кассационной жалобы не установлено.

Возвращая заявление о пересмотре судебного акта, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 312 - 315 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 162 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пришел к выводу о пропуске заявителем срока на подачу заявления в отсутствии ходатайства о его восстановлении.

Существо судебного акта, принимаемого по результату исполнения плана реструктуризации долгов, установлено пунктом 5 статьи 213.22 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и определение суда первой инстанции ему соответствует.

Вопрос о судьбе дела о банкротстве может разрешаться в самостоятельном порядке.

Повторно разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявления, суды апелляционной инстанции и округа, руководствуясь статьями 63, 134, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из отсутствия достаточных оснований для исключения части требования общества, поскольку заявленное обществом сальдирование спустя четыре с половиной года с момента включения его требования в реестр нарушает очередность удовлетворения требований иных кредиторов должника.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 201.1, 201.4 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), исходили из обоснованности заявленного требования.

Судами установлено, что 15.04.2022 права и обязанности, имущество должника переданы новому застройщику - обществу с ограниченной ответственностью "Специализированный застройщик "МАВИС-СТРОЙ", а 17.05.2022 осуществлена государственная регистрация перехода прав собственности. Залог объекта незавершенного строительства и прав на земельный участок в пользу заявителя - юридического лица прекращен.

Исследовав представленные в подтверждение наличия обязательства должника перед кредитором доказательства, суды признали их отвечающими критериям статей 71, 100, 137, 138 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и статей 334, 337, 339 Гражданского кодекса Российской Федерации для включения основанного на них требования в реестр.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы доказательства, руководствуясь статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в пунктах 52, 68 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении споров, связанных с защитой права собственности и иных вещных прав" (далее - Постановление Пленума N 10/22), пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований Рослесхоза, установив, что спорный сформированный участок площадью 50 000 кв. м не является землями общего пользования ДСК (проходами, проездами), а образован как отдельный незастроенный земельный участок, покрытый лесом, и относится к землям лесного фонда, из собственности Российской Федерации не выбывал, соответственно право ДСК зарегистрировано неправомерно.

Решением суда от 10.04.2019 по настоящему делу открыто конкурсное производство с применением параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), требование Малахова Е.В. в размере 6 415 462 руб. 49 коп. включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

При разрешении спора суды руководствовались статьями 421, 422, 425, 432, 446, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Жилищным кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354, Правилами, обязательными при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом, договоров с ресурсоснабжающими организациями, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 14.02.2012 N 124, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проанализировав условия спорных пунктов договора, утвердили их в редакции, соответствующей закону и не нарушающей прав сторон и баланс их интересов.

Суд первой инстанции, ссылаясь на положения статей 161, 162 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - Жилищный кодекс), статей 8, 13.4, 24.6 Федерального закона от 24.06.1998 N 89-ФЗ "Об отходах производства и потребления" (далее - Закон N 89-ФЗ), пункта 26(1) постановления Правительства Российской Федерации от 03.04.2013 N 290 "О минимальном перечне услуг и работ, необходимых для обеспечения надлежащего содержания общего имущества в многоквартирном доме, и порядке их оказания и выполнения" (далее - постановление N 290), пункта 11 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме и правил изменения размера платы за содержание жилого помещения в случае оказания услуг и выполнения работ по управлению, содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме ненадлежащего качества и (или) с перерывами, превышающими установленную продолжительность, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 N 491 (далее - Правила N 491), пункта 3.7.1 Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденными постановлением Госстроя России от 27.09.2003 N 170 (далее - Правила N 170), учитывая решение Арбитражного суда Самарской области от 11.08.2021 по делу N А55-1228/2021, пришел к выводу о том, что именно на ответчика возложена обязанность по организации и содержанию мест (площадок) накопления ТКО для домов, находящихся в его управлении, поэтому удовлетворил иск.