Судебная практика ГК РФ

Признавая требование конкурсного управляющего Мажова А.Б. необоснованным, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях"), положениями главы III.2 Закона о банкротстве (в действующей редакции) и исходили из недоказанности заявителем оснований для привлечения Колесникова Н.А., Буторина Ю.А. и Кондалова Д.А. к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по передаче документации управляющему, совершением сделок и получением денежных средств со счета должника.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции, руководствуясь пунктом 1 статьи 166, пунктом 1 статьи 167, пунктом 2 статьи 168, статьями 606, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпунктом 7 пункта 1 ***, пунктом 1 статьи 11.4, пунктом 4 статьи 11.8, статьями 39.6, 42, пунктом 1 статьи 65 Земельного кодекса Российской Федерации, разъяснениями пункта 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в удовлетворении требований отказал.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что расходы на промывку, пропарку цистерн истец понес по причине неисполнения ответчиком, как грузополучателем, предусмотренной законом обязанности по очистке вагонов-цистерн, руководствуясь положениями статей 15, 393, 401, 793 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 20, 44 Федерального закона от 10.01.2003 N 18-ФЗ "Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации", пунктами 2, 11, 20 Правил очистки и промывки вагонов и контейнеров после выгрузки грузов, утвержденных приказом Минтранса России от 10.04.2013 N 119, Правилами перевозок железнодорожным транспортом грузов наливом в вагонах-цистернах и вагонах бункерного типа для перевозки нефтебитума, утвержденными приказом Минтранса России от 18.06.2003 N 25, пунктами 3.1, 3.5 Правил составления актов при перевозках грузов железнодорожным транспортом, утвержденных приказом МПС РФ от 18.06.2003 N 45, суды пришли к выводу о доказанности наличия совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания убытков.

Отменяя постановление апелляционного суда, окружной суд руководствовался статьями 9 и 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях"), положениями главы III.2 Закона о банкротстве (в действующей редакции) и исходил из того, что суд первой инстанции пришел к правильному выводу о недоказанности оснований для привлечения Новиковой Т.В. и Новикова В.М. к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника.

Отменяя определение суда первой инстанции и признавая недействительным договор займа на сумму 4 130 000 рублей, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статей 32, 61.1, 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 10, 166, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", и исходил из доказанности мнимости сделки, поскольку стороны при ее заключении не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь статьями 53, 56, 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 10, 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пришли к выводам о доказанности наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности заявителя как первого руководителя должника и массового учредителя (участника) множества организаций, не раскрывшего суду бенефициаров регистрации и деятельности компании, совершившей спустя три месяца после своего создания с находящимся в преддверии банкротства банком крупную, убыточную сделку.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из доказанности наличия совокупности условий, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной, установив, что на момент перечисления денежных средств у должника имелась задолженность перед иными кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника, а также непогашенные текущие обязательства, соответственно, ответчик получил предпочтительное удовлетворение своих требований, при этом ответчик не лишен возможности предъявить требования по неудовлетворенным в результате признания недействительными сделками платежей обязательствам для включения в реестр требований кредиторов должника.

Суды установили, что дарение имущества в пользу заинтересованного лица перед обращением кредиторов с заявлением о признании должника банкротом прикрывало продажу имущества по заниженной цене и во вред кредиторам, что в силу статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" создает условия для недействительности сделок.

Оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса, руководствуясь статьями 198, 200, 201 Кодекса, статьями 161, 162, 192, 195, 198 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - Жилищный кодекс), Порядком оформления протоколов общих собраний собственников помещений в многоквартирных домах, утвержденным приказом Минстроя России от 28.01.2019 N 44/пр (далее - требования), суды первой и апелляционной инстанции отказали в удовлетворении заявления. Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что при проведении собрания нарушен порядок уведомления собственников о дате проведения внеочередного собрания; подписи собственников в реестре собственников, сделанные 29.04.2019, то есть до даты принятия решения о выборе управляющей организации (02.05.2019), не могут быть признаны надлежащими, свидетельствующими о легитимном подписании собственниками МКД договора управления от 18.04.2019.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 20.3, 20.4, 60, 129, 134 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из недоказанности заявителем факта ненадлежащего исполнения конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 20.6, 59, 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для увеличения фиксированной суммы вознаграждения конкурсного управляющего, правомерно отказав в удовлетворении заявления.

Выводы судов соответствуют нормам права, оснований для переоценки этих выводов не имеется. Существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, которые бы повлияли на исход судебного разбирательства, по доводам кассационной жалобы, ранее являвшихся предметом рассмотрения судебных инстанций и получивших надлежащую правовую оценку, не установлено.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 10, 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", применительно к конкретным фактическим обстоятельствам не установили совокупности условий для признания недействительными первой и последующих оспариваемых сделок по заявленным основаниям.

При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 15, 393, 395, 702, 708, 715, 720, 723, 758, 762, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая не достижение цели договора и отсутствие потребительской ценности результата работ, признав правомерным односторонний отказ заказчика от исполнения договора, суды пришли к выводу об отсутствии у подрядчика оснований для удержания денежных средств, возникновении на его стороне неосновательного обогащения, удовлетворив встречный иск и отказав в удовлетворении первоначальных требований.

Отказывая в удовлетворении иска, суды, руководствуясь положениями статей 450, 451, 620 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 19 Федерального закона от 01.04.2020 N 98-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций", статьи 11 Федерального закона от 21.12.1994 N 68-ФЗ "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера", исходили из недоказанности истцом условий, являющихся основанием для расторжения договора субаренды помещения. При этом суды указали, что общество не является лицом, относящимся к субъектам малого и среднего предпринимательства, между тем, ответчиком предприняты действия по предоставлению арендатору дополнительных мер поддержки в виде возможного предоставления отсрочки и уменьшения размера арендной платы, от которых истец отказался.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд установил, что часть заявленных обществом в иске жилых помещений до указанного истцом периода взыскания в 2014, 2016 годах переданы нанимателям по договорам найма жилого помещения для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей; в указанных договорах отсутствует условие о внесении платы за жилое помещение и коммунальные услуги непосредственно наймодателю (ответчику), и в отсутствие доказательств, что учреждением для нанимателей установлен иной размер платы за жилое помещение и коммунальные услуги, чем это предусмотрено договором управления и установленными тарифами, руководствуясь положениями статей 210, 249, 214, 294, 296, частью 3 статьи 678 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 30, 36, 37, 39, 152, 153, 155, 158, 169, частью 5 статьи 100, частью 4 статьи 155 Жилищного кодекса Российской Федерации, Правилами содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 N 491, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 N 22 "О некоторых вопросах рассмотрения судами споров по оплате коммунальных услуг и жилого помещения, занимаемого гражданами в многоквартирном доме по договору социального найма или принадлежащего им на праве собственности", принимая во внимание Обзор судебной практики N 2 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015, не нашел правовых оснований для удовлетворения иска.