Судебная практика ГК РФ

1. Гражданин П.Ф. Бирюков оспаривает конституционность части первой статьи 3 "Содержание права граждан на объединение" и пункта 3 (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 19 декабря 2022 года N 535-ФЗ) части первой статьи 20 "Устав общественного объединения" Федерального закона от 19 мая 1995 года N 82-ФЗ "Об общественных объединениях".

По мнению заявителя, оспариваемые положения противоречат Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (части 1 и 3), 35 (часть 1) и 46 (часть 1), а также статье 1 Федерального закона от 28 декабря 2016 года N 499-ФЗ "О внесении изменения в статью 3 Федерального закона "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации", поскольку они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют суду определять начало течения десятилетнего срока исковой давности ранее 1 сентября 2013 года и тем лишают заявителя права на судебную защиту и права пользоваться своим имуществом.

Суды, руководствуясь статьями 309, 310, 450, 453, 487, 506, 523 Гражданского кодекса Российской Федерации, проанализировав условия спорного договора поставки и переписку сторон, отклонив доводы ответчика о том, что действия покупателя препятствовали исполнению обязательств поставщиком, указав на то, что отсутствие образцов не могло влиять на изготовление оборудования, поскольку все параметры образцов были известны изготовителю и поставщику до предоставления образцов (Техническая спецификация), установив факт нарушения поставщиком срока поставки оборудования, отсутствие доказательств возврата покупателю перечисленного аванса либо встречного предоставления на всю сумму аванса, прекращение действия договора в связи с отказом истца от его исполнения, удовлетворили первоначальный иск и отказали в удовлетворении встречного иска.

А.В. Пономарев оспаривает конституционность абзаца четвертого (неточно называя его абзацем третьим) пункта 2 статьи 4 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", согласно которому подлежащие применению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства неустойки (штрафы, пени), проценты за просрочку платежа, убытки в виде упущенной выгоды, подлежащие возмещению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, а также иные имущественные и (или) финансовые санкции, в том числе за неисполнение обязанности по уплате обязательных платежей, не учитываются при определении наличия признаков банкротства должника. По мнению заявителя, данное законоположение противоречит статьям 8, 10, 46 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку не позволяет учитывать судебную неустойку для определения наличия признаков банкротства.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 59 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), не установил оснований для возложения обязанности по выплате заявителю вознаграждения и расходов на проведение процедуры банкротства на Волкова К.Е.

Вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", представленными материалами не подтверждается применение оспариваемых абзаца второго пункта 2 статьи 15, абзацев второго и третьего пункта 1 статьи 1064, пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации в деле с участием заявительницы. Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что само по себе упоминание в судебных постановлениях тех или иных норм не может расцениваться как их применение в конкретном деле (Постановление от 29 мая 2018 года N 21-П; Определения от 29 октября 2020 года N 2490-О, от 24 декабря 2020 года N 2968-О и др.).

Как следует из представленных материалов, решением арбитражного суда, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, удовлетворены исковые требования гражданина П. (индивидуального предпринимателя) о взыскании с общества процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на несвоевременно выплаченную сумму основного долга по погашению облигаций, суммы накопленного купонного дохода, а также суммы процентов, предусмотренных положениями Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее также - мораторные проценты), за период, в течение которого в отношении общества была введена процедура наблюдения (и, соответственно, проценты в виде предусмотренного решением о выпуске облигаций купонного дохода не начислялись). При этом суды отвергли доводы общества о необоснованном начислении процентов на ранее взысканные мораторные проценты.

Исследовав и оценив в соответствии с требованиями статей 64 - 65, 70 - 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявленные сторонами доводы и представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 309, 310, 421, 422, 431, 954 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив, что в соответствии с договором страховая премия вносится в рассрочку, нарушение срока оплаты второго взноса влечет за собой уменьшение размера страховой выплаты, при этом при внесении страхового взноса была допущена просрочка, принимая во внимание установленную договором франшизу, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для взыскания страхового возмещения, поскольку размер убытка, рассчитанного в соответствии с условиями договора, не превышает размера франшизы.

Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 30 мая 2023 года N 1266-О Е.В. Степановой было отказано в принятии к рассмотрению жалобы на нарушение ее конституционных прав пунктом 7 статьи 17 Закона Российской Федерации от 15 мая 1991 года N 1244-1 "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС", поскольку она не отвечала требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

1. Гражданин В.Л. Балаян оспаривает конституционность статей 60 "Гарантии прав кредиторов реорганизуемого юридического лица" и 165.1 "Юридически значимые сообщения" ГК Российской Федерации, пункта 5 статьи 51 "Реорганизация общества" Федерального закона от 8 февраля 1998 года N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и пункта 20.17 утратившего силу Порядка приема и вручения внутренних регистрируемых почтовых отправлений (утвержден приказом ФГУП "Почта России" от 17 мая 2012 года N 114-п).

Как следует из представленных материалов, в результате дорожно-транспортного происшествия пострадало транспортное средство, принадлежащее Э.А. Ветошко. Оформление документов об этом событии осуществлялось без участия сотрудников полиции с использованием программного обеспечения. Страховщик, ссылаясь на нарушение заявителем требований оспариваемой нормы, выплатил страховое возмещение в пределах лимита, установленного пунктом 4 статьи 11.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств". Оспаривая данное решение в службе финансового уполномоченного и суде, Э.А. Ветошко объяснял причину несвоевременной передачи сведений отсутствием мобильной связи на месте происшествия. Апелляционным определением суда общей юрисдикции, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, отказано в удовлетворении требования заявителя о взыскании страхового возмещения в виде разницы между выплаченной ему суммой и стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства. Суды исходили из факта пропуска Э.А. Ветошко срока представления в систему обязательного страхования данных о событии и в силу отсутствия соответствующих доказательств отклонили его довод об уважительности причины такого пропуска.