Судебная практика ГК РФ

Разрешая разногласия в пользу общества "Российский Сельскохозяйственный банк", суды, руководствуясь положениями пункта 4 статьи 364 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 138 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 N 45 "О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве", исходили из того, что общество "Российский Сельскохозяйственный банк", как залоговый кредитор по основному обязательству, имеет приоритет перед заявителем (созалогодержателем), частично исполнившим обязательство должника перед кредитором, в отношении своих требований за счет выручки от реализации заложенного имущества, а также приоритет по распоряжению своим правом об оставлении имущества за собой.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 60, 110, 111, 138, 139 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из того, что представленное конкурсным управляющим положение не противоречит требованиям действующего законодательства о банкротстве и направлено на соразмерную и своевременную реализацию имущества по справедливой цене. При этом положение, представленное банком, не существенно отличается от положения, предложенного конкурсным управляющим. Доказательства, свидетельствующие о нарушении предлагаемым конкурсным управляющим порядком реализации имущества должника прав и законных интересов банка, не представлены.

Руководствуясь статьями 61.2, 61.6, 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьям 167, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", повторно оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и установив факт отчуждения должником в преддверии банкротства имеющегося у него ликвидного имущества аффилированному лицу в отсутствие равноценного встречного исполнения и при наличии задолженности перед иным лицом (заявителем по делу о банкротстве), что по существу направлено на сокрытие этого имущества от кредиторов, и причинение им имущественного вреда и свидетельствует о наличии в действиях сторон договора признаков злоупотребления правом, суд апелляционной инстанции частично удовлетворил заявление конкурсного управляющего.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций оценили представленные доказательства и, руководствуясь статьями 20.3, 60, 129, 145 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из отсутствия в оспариваемых действиях (бездействии) конкурсного управляющего Юровой О.И. нарушений требований упомянутого Закона, а также недоказанности как нарушения прав и законных интересов Бельзера С.А., так и признаков заинтересованности управляющего по отношению к иным контролирующим должника лицам.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций оценили представленные доказательства и, руководствуясь статьями 20.3, 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из недоказанности неисполнения (ненадлежащего исполнения) конкурсным управляющим Колесниковой Е.Д. возложенных на нее обязанностей, несоответствия ее действий критериям добросовестности и разумности поведения управляющего, а также нарушения прав и законных интересов кредитора должника.

Разрешая спор, суды руководствовались пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", положениями статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из доказанности совершения должником взаимосвязанной цепочки сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В частности, судами установлено, что на момент отчуждения объектов недвижимости должник должен был знать о наличии задолженности юридического лица перед уполномоченным органом, в отношении должника судом принято заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества, сделки совершены в короткий промежуток времени в отсутствие какой-либо целесообразности со стороны Каимова С.С., доказательств оплаты по сделкам не представлено, финансовая возможность ответчиков на приобретение спорных объектов недвижимости не доказана.

Согласно постановлению N 50-П пункт 11 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) в системе действующего правового регулирования не предполагает взыскания с контролирующих должника лиц суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию-налогоплательщика. Выявленный в упомянутом постановлении конституционно-правовой смысл пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве является общеобязательным, что исключает любое иное его истолкование в правоприменительной практике.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 10, 309, 310, 329, 330, 438, 539 - 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Жилищным кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 27.07.2010 N 190-ФЗ "О теплоснабжении", Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354, Правилами организации теплоснабжения в Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 08.08.2012 N 808, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика от оплаты отопления принадлежащего ему встроенного нежилого помещения.

Удовлетворяя заявление, суды руководствовались статьей 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", положениями Федерального закона от 15.08.1996 N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" и исходили из наличия доказательств, свидетельствующих о необходимости ограничения данного права должника в деле о банкротстве. При этом суды учли, что должником не раскрыты сведения об источниках доходов, наличие которых могло бы в том числе сформировать конкурсную массу, обеспечить необходимость в удовлетворении личных потребностей должника, учитывая, что за счет дохода должника конкурсная масса не пополняется, приняли во внимание, что в результате временного ограничения на выезд гражданина-должника из Российской Федерации обеспечивается проведение реализации имущества гражданина в его присутствии, защищаются интересы кредиторов, требования которых к должнику составляют значительную сумму (445 871 118 рублей 23 копейки), при этом ограничение права Лапшина В.Н. на выезд из Российской Федерации является временным и направлено на достижение целей процедуры банкротства, поскольку предупреждает расходование денежных средств должника на цели, не связанные с удовлетворением требований кредиторов.

Суды установили попадание спорного имущества под исполнительский иммунитет, разрешив заявление в соответствии со статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Доводы о недобросовестности должника оценены в соответствии с компетенцией судов и признаны не влияющими на судьбу спорного имущества как обладающего исполнительским иммунитетом.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 61.3, 61.4, 134, 138 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из недоказанности фактов совершения платежей за пределами обычной хозяйственной деятельности, осведомленности банка о наличии признаков неплатежеспособности должника (не имевшего на момент совершения сделок непогашенных требований перед кредиторами первой и второй очереди, текущих обязательств), в связи с чем отказали в удовлетворении заявления.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь положениями статей 33, 48 и 62 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", установив факт неоплаты банку задолженности по кредитной сделке более трех месяцев, пришли к выводу об обоснованности и подтвержденности требований банка к должнику, наличия оснований для введения процедуры наблюдения в отношении должника и включения требований банка в третью очередь реестра в указанном размере.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статей 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и исходил из совокупности установленных по спору обстоятельств и недоказанности наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для включения требований Гончарова В.А. в реестр требований кредиторов должника, указав, что погашение супругом должника задолженности по содержанию совместно нажитого имущества не может быть противопоставлено требованиям внешних кредиторов.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 210, 421, 426, 450, 451, 539 - 548 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 27.07.2010 N 190-ФЗ "О теплоснабжении", Правилами организации теплоснабжения в Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 08.08.2012 N 808, Правилами подключения (технологического присоединения) к системам теплоснабжения, включая правила недискриминационного доступа к услугам по подключению (технологическому присоединению) к системам теплоснабжения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 30.11.2021 N 2115, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о недоказанности оснований иска.

Суды оценили доказательства, представленные в подтверждение возникновения у Османова Э.Г. убытков, и признали их не отвечающими критериям статей 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" для установления основанного на них требования кредитора в реестре.

Вопросы оценки доказательств, на которых построены доводы жалобы, не создают оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

Разрешая спор, суды, руководствуясь положениями статьи 19 и пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", установив совершение оспариваемых сделок аффилированными лицами с противоправной целью в пределах периода подозрительности, при наличии признаков несостоятельности должника и отсутствии экономической целесообразности, пришли к выводу об обоснованности заявления, указав на следствие сделок - причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, правомерно применив последствия недействительности сделок.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 20.3, 20.7, 60, 145 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", установив, что реализация дебиторской задолженности путем заключения прямого договора с покупателем совершена в соответствии с утвержденным кредиторами на собрании от 02.03.2023 порядком продажи и на рыночных условиях, а должник, заявитель и несостоятельное общество - дебитор входят в одну группу взаимосвязанных лиц, пришли к выводам об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь статьей 449 Гражданского кодекса Российской Федерации, частью 18 статьи 155 Жилищного кодекса Российской Федерации, статьями 110, 139 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из того, что уступка права (требования) по возврату просроченной задолженности допускается в пользу отдельной, отвечающей определенным требованиям, категории лиц, а общество "АТЭ" данным критериям соответствовало. Судами установлено, что оспариваемые торги состоялись без нарушения порядка и процедуры их проведения, а признание недействительными и применение последствий недействительности заключенных на торгах сделок не восстановит права заявителя ввиду завершения процедуры конкурсного производства и исключения должника из ЕГРЮЛ.

доводы кассационной жалобы не подтверждают наличие оснований, предусмотренных статьями 291.6, 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации и пересмотра обжалуемых судебных актов, поскольку не позволяют сделать вывод о том, что при рассмотрении дела допущены нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, приведшие к судебной ошибке существенного и непреодолимого характера, связаны с иной оценкой заявителем обстоятельств спора и как следствие иным применением им норм права вопреки установленным судами обстоятельствам, а также заявлены без учета положений статьи 648 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и установив, что безакцептное списание произведено банком в отсутствие какого-либо материально-правового основания, поскольку денежные средства по кредитному договору от 15.01.2016 фактически не предоставлялись должнику, суды пришли к выводу о наличии оснований для признания сделки недействительной.