Судебная практика ГК РФ

Как следует из материалов дела, установив все обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения дела, на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, которые были оценены в их совокупности и взаимосвязи, руководствуясь положениями статей 15, 16, 235, 242, 243, 309, 393, 929, 942, 964, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона Российской Федерации от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации", Закона Российской Федерации от 14.05.1993 N 4979-1 "О ветеринарии", Правил изъятия животных и (или) продуктов животноводства при ликвидации очагов особо опасных болезней животных, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.05.2006 N 310, суды пришли к выводу о том, что в данном случае у страховой компании не возникло обязательства по выплате страхового возмещения, поскольку заявленное обществом событие, в результате которого произошла утрата застрахованного имущества, не является страховым случаем по условиям страхования и заявленная обществом к взысканию сумма страхового возмещения не соответствует условиям страхования. Риск "реквизиции" на страхование не принимался. При этом суды указали, что при реквизиции имущества обязанность по компенсации причиненных убытков возложена на соответствующий орган государственного управления или орган местного самоуправления, в рассматриваемом случае риск реквизиции не страховался и прямо предусмотрен как исключение из страхового покрытия, при этом право на получение компенсации причиненных убытков в связи с реквизицией реализовано обществом в рамках другого дела: N А35-4256/2021 Арбитражного суда Курской области. Кроме того, суды указали, что обществом документально не подтвержден размер ущерба; обществу неоднократно предлагалось представить бухгалтерскую и иную документацию, подтверждающую как факт выбытия животных, так и их нахождение на территории страхования в заявленном количестве. Однако указанная документация в материалы дела не представлена.

Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя исковые требования, суд апелляционной инстанции, поддержанный судом округа, руководствуясь положениями статей 15, 53, 531, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", исходил из наличия совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ответчика как бывшего руководителя общества "ВО "Безопасность" к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, а также доказанности того, что Тихонов В.Н. действовал неразумно и недобросовестно, вопреки интересам общества, незаконно изменил локально нормативные акты о порядке оплаты труда и премировании сотрудников. Заявление о пропуске срока исковой давности проверено и отклонено.

Основанием для привлечения банка к административной ответственности по части 1 статьи 14.57 КоАП РФ послужил вывод административного органа о нарушении банком требований Федерального закона от 03.07.2016 N 230-ФЗ "О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях" (далее - Закон N 230-ФЗ), поскольку с целью взыскания просроченной задолженности банком осуществлено взаимодействие по абонентскому номеру Лимоновой О.П., путем направления текстовых сообщений, содержащих уведомления о наличии просроченной задолженности с телефонного номера с буквенным идентификатором "RSHB", то есть взаимодействие, направленное на возврат просроченной задолженности, осуществлялось банком с использованием скрытого альфанумерического номера "RSHB".

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 309, 310, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 08.11.2007 N 259-ФЗ "Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта", Федерального закона N 220-ФЗ от 13.07.2015 "Об организации регулярных перевозок пассажиров и багажа автомобильным транспортом и городским наземным электрическим транспортом в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признали правомерным требование истца (исполнителя) о взыскании с ответчика (перевозчика) стоимости оказанных услуг.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь статьями 20.3, 20.7, 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", признали целесообразным привлечение выбранного конкурсным управляющим специалиста в области бухгалтерского учета в целях необходимости завершения мероприятий, оставшихся не выполненными в процедуре конкурсного производства (проведение расчетов, сдача бухгалтерской и налоговой отчетности), сочтя величину ежемесячной оплаты труда данного специалиста соразмерной ожидаемому результату подлежащих оказанию услуг.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьей 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о недоказанности наличия обстоятельств, позволяющих освободить должника от исполнения обязательств перед Прусаковым С.Г.

Подтверждая законность возвращения апелляционной жалобы заявителя, суд округа, руководствуясь статьями 113, 117, 259, 264 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 149 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходил из того, что она подана с пропуском установленного законом срока на обжалование определения суда первой инстанции о завершении процедуры конкурсного производства и не содержала ходатайства о его восстановлении.

Разрешая спор, суды исходили из отсутствия юридического состава для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статей 81 - 84 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку оспариваемая сделка не является сделкой с заинтересованностью с точки зрения корпоративного законодательства, совершена обществом в процессе осуществления обычной хозяйственной деятельности, а также учли недоказанность ущерба от сделки для общества. Кроме того, суды указали на отсутствие оснований для квалификации оспариваемой сделки, совершенной между обществом и контрагентом, как ничтожной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по мотиву недобросовестности действий руководителя общества ввиду недоказанности наличия либо сговора между руководителем общества и контрагента, либо осведомленности контрагента о подобных действиях руководства общества, имеющих противоправную цель, в том числе цель причинить вред обществу. При таких обстоятельствах суды обоснованно отказали в удовлетворении исковых требований.

Порядок обеспечения реализации установленного Конституцией Российской Федерации права граждан собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирования регламентирован Федеральным законом от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" (далее - Закон N 54-ФЗ).

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 119, 200, 309, 310, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о недоказанности наличия на стороне ответчика неосновательного обогащения за счет истца.

Установленные в рамках дела о банкротстве обстоятельства совершения должником сделок с имуществом суды оценили в качестве обстоятельств, не допускающих в силу пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" сложения долгов.

Требуемое изменение оценки поведения не создает оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

Абзацами четвертым, пятым подпункта "б" пункта 3 Изменений пункт 21 Правил, обязательных при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом договоров с ресурсоснабжающими организациями, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 14 февраля 2012 г. N 124 (далее - Правила N 124), дополнен подпунктом "а(1)", согласно которому объем коммунального ресурса, используемого для подогрева холодной воды при производстве с использованием оборудования, входящего в состав общего имущества в многоквартирном доме, и горячей воды, определяется за расчетный период (расчетный месяц) в соответствии с Правилами предоставления коммунальных услуг (в случае отсутствия централизованного горячего водоснабжения), в том числе при оборудовании многоквартирного дома прибором учета соответствующего вида коммунального ресурса.

Отказывая в удовлетворении иска, суды руководствовались положениями статей 195, 199, 200, 290 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации, учли разъяснения, содержащиеся в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", обстоятельства, установленные Центральным районным судом города Твери при рассмотрении дела N 2-1138/2021, и исходили из того, что спорное нежилое помещение, расположенное в подвале многоквартирного жилого дома, является общим имуществом, о чем обществу было известно на момент заключения договора купли-продажи в 2010 году, в связи с чем на момент предъявления требований по настоящему делу срок исковой давности им пропущен.

Принимая обжалуемые заявителем судебные акты, суды, с учетом результатов судебной экспертизы, руководствуясь нормами права, регулирующими спорные отношения, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", исходили из доказанности обществом, как арендатором земельного участка сельскохозяйственного назначения, наличия совокупности условий, являющейся основанием для взыскания с предпринимателя убытков в виде упущенной выгоды в заявленном размере, образовавшихся у истца в результате невозможности использования земельного участка для посева озимой пшеницы по выбранному им методу выращивания данной культуры по вине ответчика.