Судебная практика ГК РФ

При принятии судебных актов суды руководствовались статьями 134, 138, 213.3, 213.4, 213.5, 213.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из обоснованности заявленного кредитором требования, обеспеченного залогом, неисполнения обязательства должником в течение более 3-х месяцев, непредставления должником доказательств погашения задолженности, включили требование кредитора в заявленном размере в реестр требований кредиторов и ввели в отношении должника процедуру реструктуризации долгов.

Прокурор, установив указанные выше факты в ходе проверки исполнения законодательства о противодействии коррупции, направил председателю Совета депутатов представление с требованием принять меры в связи с нарушением депутатом Овсюковой Т.П. предписаний Федерального закона от 6 октября 2003 года N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 131-ФЗ) и Федерального закона от 25 декабря 2008 года N 273-ФЗ "О противодействии коррупции" (далее - Федеральный закон N 273-ФЗ), рассмотреть вопрос о привлечении должностных лиц к предусмотренной законом ответственности.

отказывая в удовлетворении заявленного требования, суды, оценив представленные в дело доказательства, руководствуясь положениями статьи 5 Федерального закона от 18.07.2011 N 223-ФЗ "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц", постановлением Правительства Российской Федерации от 22.11.2012 N 1211 "О ведении реестра недобросовестных поставщиков, предусмотренного Федеральным законом "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц", пришли к выводу о законности оспариваемого ненормативного правового акта антимонопольного органа.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 12, 41, 63, 64, 67, 395, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 N 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств", суды отказали в удовлетворении требований, установив, что спорные денежные средства поступили от закрытого акционерного общества "Норд-Ост" в Банк 23.03.2023, то есть после составления и сдачи ликвидационного баланса в регистрирующий орган и внесения записи в Единый государственный реестр юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) о ликвидации Общества, а соответственно, не могли быть распределены ликвидатором юридического лица. Требование, предъявленное Банку после исключения Общества из ЕГРЮЛ, подлежало рассмотрению в рамках процедуры распределения имущества ликвидированного юридического лица.

Суд апелляционной инстанции, признавая Общества слабой стороной договора и подтверждая в связи с этим вывод суда первой инстанции о вынужденном принятии им несправедливого условия соглашения от 13.09.2021 о распространении новой цены товара на ранее сложившиеся отношения, не учел разъяснения, изложенные в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах" (далее - Постановление N 16).

Исследовав доводы и возражения сторон, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в их обоснование доказательства, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 19, 20.3, 60, 65 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из недоказанности должником фактов, указывающих на противоправность поведения управляющего и на наличие оснований для его отстранения от исполнения обязанностей, в том числе по мотиву заинтересованности по отношению к кредиторам должника.

Разрешая вопрос о размере субсидиарной ответственности заявителя, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 61.11, 61.17 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из оснований привлечения его к субсидиарной ответственности, установленных вступившим в законную силу судебным актом, объема непогашенных требований кредиторов и отсутствия оснований для снижения ответственности.

При принятии судебных актов в оспариваемой части суды руководствовались статьей 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из отсутствия у должника и членов его семьи иного жилого помещения, пригодного для проживания, а также недоказанности признаков роскошного жилья у жилого дома.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и исходили из представления достаточных доказательств наличия и размера реального ущерба в виде стоимости земельных участков с учетом установленного факта хищения земельных участков должником и согласованности предмета соглашения об уступке права требования кредитору Галимову А.С.

Для ведения личного подсобного хозяйства может использоваться земельный участок в границах населенного пункта (приусадебный земельный участок). Приусадебный земельный участок используется для производства сельскохозяйственной продукции, а также для возведения жилого дома, производственных, бытовых и иных зданий, строений, сооружений с соблюдением градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил и нормативов (пункты 1 и 2 статьи 4 Федерального закона от 7 июля 2003 г. N 112-ФЗ "О личном подсобном хозяйстве").

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 20.3, 60, 117, 145 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из того, что выявленные заявителем нарушения, выразившиеся в несоответствии отчета внешнего управляющего требованиям законодательства о банкротстве, являлись устранимыми, не повлекли за собой причинение убытков должнику, его участникам и конкурсным кредиторам, не нарушили их прав и законных интересов; иные вменяемые нарушения не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. При таких условиях суды пришли к выводам об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 309, 310, 539, 543, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, и, исследовав и оценив в представленные в материалы дела доказательства порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о соответствии требованиям законодательства акта о неучтенном потреблении электроэнергии и доказанности факта безучетного потребления истцом электрической энергии.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 16, 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 809, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и исходили из доказанности реальности заемных отношений, наличия у кредитора финансовой возможности предоставить заем, отсутствия доказательств возврата займа, а также пришли к выводу о необоснованности требования о включении в реестр требований кредиторов должника суммы судебных расходов.

Повторно разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 3.1, 3.2, 9 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, исходили из того, что требование Супрун Л.А. представляет собой возврат займа, предоставленного в начальный период осуществления должником предпринимательской деятельности с целью перераспределения риска утраты финансирования в случае банкротства должника. Подобное требование не может конкурировать с требованиями независимых кредиторов и подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 15, 393, 404 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установили, что ответчик как иной владелец объектов электросетевого хозяйства препятствовал перетоку электроэнергии на энергопринимающие устройства истца, хозяйственная деятельность которого была заблокирована.

Оставляя исковое заявление без рассмотрения, суды руководствовались положениями статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 5 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из того, что основное обязательство должника перед таможенным органом возникло до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, следовательно, является реестровым.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 20.3, 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из недоказанности ненадлежащего исполнения конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей, с чем впоследствии согласился суд округа.

Возвращая заявление, суды, руководствуясь статьей 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 129 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходили из того, что страховая компания не является лицом, имеющим право на предъявление требований об оспаривании сделок от имени должника в рамках дела о банкротстве.

определением Арбитражного суда Новосибирской области от 30.10.2023 завершена процедура реализации имущества Карташовой С.В., к должнику не применены правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.