Судебная практика ГК РФ

Признавая брачный договор недействительным, суд апелляционной инстанции руководствовался статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Семейного кодекса Российской Федерации, статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из того, что сделка совершена заинтересованными лицами в условиях неплатежеспособности должника - при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами юридических лиц, руководителем которых он являлся. Также суд установил факт недобросовестного поведения должника и его супруги по изменению режима совместной собственности имущества в целях недопущения обращения на него взыскания кредиторами, и привел стороны в положение, существовавшее до совершения спорной сделки, восстановив режим имущества супругов.

Руководствуясь статьями 213.27, 213.28, 213.30, 213.31 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 г. N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", повторно оценив представленные в материалы дела доказательства с соблюдением статьи 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции установил, что поведение должника не отвечает критерию добросовестности и свидетельствует о злостном уклонении от погашения кредиторской задолженности. Суд пришел к выводу о наличии в данном конкретном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для неприменения к должнику положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Руководствуясь статьей 110 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 289, 290, 449 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 36 Жилищного кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. N 64 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о правах собственников помещений на общее имущество здания", Обзоре судебной практики Верховного суда Российской Федерации N 4 (2021), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2022 г., оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, в том числе заключения эксперта и специалиста, суды установили, что оспариваемые торги проведены с нарушением установленных законом правил, в связи с чем признали торги недействительными, применив последствия их недействительности.

Разрешая спор, суды руководствовались Федеральным законом от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 г. N 861, Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 4 мая 2012 N 442, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установили отсутствие мощности (выделенной или перераспределенной) в отношении спорного объекта, а также доказательств опосредованного технологического присоединения объекта к электросетям.

Отменяя судебные акты и направляя обособленный спор на новое рассмотрение, суд округа, руководствуясь положениями статьи 452 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 201.10 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходил из необходимости исследования фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения настоящего дела (оценки возможности продолжения строительства объектов в отсутствие разрешения на строительство с учетом намерений администрации инициировать спор об их сносе как самовольно возведенных, оценки правомерности заключения инвестиционного соглашение от 12 октября 2023 г. и подписания акта приема-передачи строительной площадки на предмет соблюдения прав граждан-дольщиков).

Суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, исследовав и оценив по правилам статей 9, 65, 68, 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 4 мая 1999 г. N 96-ФЗ "Об охране атмосферного воздуха", Федеральным законом от 10 января 2002 г. N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды", разъяснениями, изложенными в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", от 30 ноября 2017 г. N 49 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде", правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2, утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 6 июля 2016 г., установив наличие всех элементов состава гражданско-правового нарушения, необходимых и достаточных для привлечения общества к ответственности в виде возмещения убытков в заявленной сумме, констатировав, что рассматриваемом случае возможно применение по аналогии пункта 1.4 Методики и положений Методики N 59, а именно, считать всю массу поступивших в атмосферный воздух загрязняющих веществ как сверхлимитную и не подлежащую нормированию, отметив, что управлением с разумной степенью достоверности установлена масса выбросов загрязняющих веществ, поступивших в атмосферный воздух в результате техногенного события на газопроводе, обществом расчет вреда не оспорен, контррасчет не представлен, удовлетворили иск.

Правовое регулирование института страхования в Российской Федерации основано на положениях Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" (далее - Закон РФ N 4015-1).

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, руководствовались параграфом 7 главы IX Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из того, что Тимофеев А.И. обратился в суд с заявлением уже после передачи фонду обязательств должника-застройщика перед участниками строительства, требования которых включены в реестр требований участников строительства, а также объектов недвижимости (земельные участки и объекты незавершенного строительства) застройщика. Квартира, на которую претендует Тимофеев А.И., выбыла из собственности фонда, иных свободных квартир в распоряжении последнего не имеется, при этом дело о банкротстве должника прекращено, суды констатировали невозможность признания за Тимофеевым А.И. права на учет его требований в реестре требований о передаче жилого помещения.

Удовлетворяя исковые требования, суды руководствовались статьями 539, 540, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 4 мая 2012 г. N 442, и, исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика от оплаты бездоговорного потребления электрической энергии.

Суд округа, проверив соответствие выводов об их применении установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения норм материального и процессуального права руководствуясь статьями 15, 1064 Гражданского кодекса, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", отменил решение суда первой инстанции, постановление суда апелляционной инстанции в части отказа во взыскании упущенной выгоды и направил дело в указанной части на новое рассмотрение, констатировав, что содержащиеся в обжалуемых актах выводы сделаны без установления и соответствующей правовой оценки обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного рассмотрения спора.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявления, суды, руководствуясь статьей 449 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 110, 111, 139 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из совершения оспариваемых торгов и заключенной по их результатам сделки без нарушения порядка и процедуры их проведения, прав и законных интересов должника, определения победителя торгов и итоговой цены реализации имущества на конкурентной основе.

Разрешая спор в обжалуемой части и привлекая заявителей к субсидиарной ответственности, суды, руководствуясь статьями 10, 61.10, 61.11 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из того, что их виновные действия по получению контролируемым должником необоснованной налоговой выгоды, по безвозмездной передаче компании дебиторской задолженности (впоследствии ставшей безнадежной для взыскания) находились в причинно-следственной связи с привлечением должника к ответственности за совершение налогового правонарушения, причинением ему убытков и его банкротством.

Рассматривая заявление о прекращении обязанности ответчика по исполнению решения суда о взыскании задолженности и пеней по договору на водоснабжение и водоотведение, суды руководствовались статьями 10, 12, 313, 319.1, 408, 522, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Жилищным кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" и исходили из установленного факта перечисления взыскателю собственниками и пользователями помещений многоквартирных домов, должником и службой судебных приставов в ходе исполнительного производства денежных средств в размере, превышающем присужденную сумму.

Суды первой инстанции, исследовав и оценив по правилам статей 9, 65, 68, 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 8, 307, 309, 310, 329, 333, 781, 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 24 июня 1998 г. N 89-ФЗ "Об отходах производства и потребления" (далее - Закон N 89-ФЗ), Правилами N 505, Правилами обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 12 ноября 2016 г. (далее - Правила N 1156), разъяснениями, изложенными в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", правовой позицией, изложенной в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 января 2000 г. N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении", пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 г., отказал в удовлетворении первоначального иска и удовлетворил встречный иск.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что суд округа вышел за пределы полномочий, установленных статьями 286, 287 АПК РФ; дал неверное толкование положениям статей 431.2, 477 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), а также положениям Указа Президента Российской Федерации от 5 августа 2022 г. N 520 "О применении специальных экономических мер в финансовой и топливно-энергетической сферах в связи с недружественными действиями некоторых иностранных государств и международных организаций" (далее - Указ Президента N 520).

Отказывая в применении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств, суды руководствовались статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктами 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходили из того, что должником в один день в разных организациях получено несколько кредитов, его заработная плата не позволяла исполнять обязательства по ним, не представлены достаточные документы, обосновывающие расходование кредитных средств, а также отсутствуют пояснения относительно цели получения средств в крупном размере.

Руководствуясь статьями 447, 448, 449 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), Федерального закона от 16 июля 1998 г. N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)", разъяснениями, изложенными в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2005 г. N 101 "Обзор практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с признанием недействительными публичных торгов, проводимых в рамках исполнительного производства".

Судья Верховного Суда Российской Федерации Якимов А.А., изучив кассационную жалобу Колесова Алексея Ивановича (далее - Колесов А.И.) на решение Арбитражного суда города Москвы от 24 июня 2024 г., постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17 сентября 2024 г. и постановление Арбитражного суда Московского округа от 11 февраля 2025 г. по делу N А40-34509/2024 по исковому заявлению Колесова А.И. к управлению Федеральной налоговой службы по Московской области (далее - УФНС России по Московской области) о защите деловой репутации, обязании УФНС России по Московской области устранить нарушение прав и законных интересов Колесова А.И., прекратить распространять не соответствующие действительности сведения, порочащие деловую репутацию путем аннулирования в ЕГРЮЛ записи под государственным регистрационным номером 1037739772740, дата внесения записи 29 августа 2003 г., в отношении общества с ограниченной ответственностью КБ "Большая Волга" ИНН 501002992028, а также внести запись о недостоверности содержащихся в нем сведений о юридическом лице в порядке, предусмотренном пунктом 5 статьи 11 Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей",