Судебная практика ГК РФ

При принятии постановления в обжалуемой части суд округа руководствовался пунктом 17 статьи 20.6 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из того, что основная цель процедуры банкротства - восстановление платежеспособности гражданина и погашение задолженности перед кредиторами в соответствии с планом реструктуризации долгов - была достигнута в результате совместных действий должника и финансового управляющего, в связи с чем последний с учетом проделанной работы имеет право на процентное вознаграждение.

В исследованных обстоятельствах исполнения обязательства перед кредитором суды установили действия должника, не допускающие в силу пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" освобождения от его исполнения.

Иная оценка должником своих действий не создает оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

Суды исследовали поведение должника при возникновении и исполнении обязательства перед банком и признали его создающим условия для применения правила пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Иная оценка банком действий должника противоречит установленным обстоятельствам и не создает оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

Решение суда о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, принято в соответствии с положениями ст. ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ. Размер компенсации определен с учетом степени нравственных страданий потерпевших, вины осужденных, требований разумности и справедливости.

Гражданские иски о возмещении имущественного ущерба разрешены правильно, исходя из установленных судом фактических обстоятельств дела.

Интересы Российской Федерации в Верховном Суде Российской Федерации в соответствии с частью 9 статьи 3 Федерального закона от 30 апреля 2010 г. N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" (далее - Закон о компенсации) представляет Министерство финансов Российской Федерации, которое в письменных возражениях на административный иск просило отказать в удовлетворении заявленного требования, полагая, что общий срок уголовного судопроизводства не нарушает прав административного истца на судопроизводство в разумный срок исходя из особой правовой и фактической сложности уголовного дела, достаточности и эффективности действий суда и органов предварительного следствия, производимых в целях своевременного и всестороннего рассмотрения дела.

Пунктом 2 Постановления определено, что в период с 1 июля 2023 г. до 31 декабря 2024 г. включительно размер процентов, неустойки (штрафа, пени), иных финансовых санкций по договорам участия в долевом строительстве, предусмотренных частью 6 статьи 5, частью 2 статьи 6, частями 2 и 6 статьи 9, а также подлежащих уплате с учетом части 9 статьи 4 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закон об участии в долевом строительстве), в отношении которых не применяются особенности, предусмотренные пунктом 1 Постановления, исчисляется исходя из текущей ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательств, но не выше ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, действовавшей по состоянию на 1 июля 2023 г.

3. Конкурсный управляющий обществом "ОМГ" заявил встречное требование о признании недействительным договора о гарантии от 9 декабря 2013 г. по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 статьи 61.2, пунктом 3 статьи 61.3 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). По мнению управляющего, спорные облигации выпущены для неправомерного вывода денег из Ливии в Российскую Федерацию, а не для извлечения банком прибыли. Выпуск облигаций являлся техническим, а компания UMG - номинальным эмитентом, который не имел экономической возможности уплачивать проценты по выпущенным облигациям и, тем более, погасить их номинальную стоимость; деньги транзитом через компанию UMG перенаправлялись от банка обществу "ОМГ". Указанное свидетельствует об отсутствии у общества "ОМГ" разумного хозяйственного мотива в заключении спорной сделки, а выдача безвозмездной гарантии противоречит сути предпринимательской деятельности.

Суды установили возможное в связи с наличием незавершенных судебных споров пополнение реестра кредиторов должника, права которых будут нарушены вследствие заключения мирового соглашения с имеющимися кредиторами, определив это обстоятельство в качестве препятствия к утверждению мирового соглашения в силу статей 150, 156, 160 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Суды установили соответствие оспариваемых действий (бездействия) управляющего принципам целесообразности и добросовестности, поэтому отклонили жалобу в соответствии со статьями 20.3, 60, 213.9 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и их судебным толкованием.

Отличная от судебной оценка поведения финансового управляющего не создает оснований для пересмотра судебных актов в кассационном порядке.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции, выводы которого поддержал суд округа, руководствовался статьями 309, 395, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 4 мая 2012 г. N 442, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу об отсутствии оснований для признания недействительным актов о неучтенном (бездоговорном) потреблении электрической энергии (мощности) и отсутствии оснований для освобождения истца от оплаты бездоговорного потребления электроэнергии.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что судами неверно применены нормы материального права (часть 2 статьи 7 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закон N 214-ФЗ)); не принято во внимание, что объект долевого строительства передан застройщиком с отступлениями от условий договора; не применен пункт 4.1 статьи 4 Закона N 214-ФЗ; не учтено, что условия договора должны соответствовать информации, включенной в проектную декларацию на момент заключения договора.

Суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, исследовав и оценив по правилам статей 9, 65, 68, 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 167, 195 - 196, 200, 203, 309 - 310, 382, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), разъяснениями, изложенными в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", удовлетворили иск.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции, выводы которого поддержал суд округа, руководствовался статьями 195, 200, 207, 329, 330, 438, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Жилищным кодексом Российской Федерации, Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2011 г. N 354, Правилами, обязательными при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом договоров с ресурсоснабжающими организациями, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 14 февраля 2012 г. N 124, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности по части требований, о применении которой заявлено ответчиком, о неправомерном применении истцом повышающего коэффициента при определении стоимости ресурса в отношении оставшейся части спорного периода, а также признании задолженности отсутствующей с учетом наличия отрицательного значения объемов электроэнергии, потребленной на общедомовые нужды.

Суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, исследовав и оценив по правилам статей 9, 65, 68, 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 10, 309 - 310, 329 - 330, 333, 382, 384 - 385, 388, 389.1 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", установив факт просрочки исполнения ответчиком обязательства по оплате, проверив и признав верным расчет неустойки в отсутствии оснований для ее снижения, удовлетворили иск.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 329, 330, 333, 401, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для освобождения ответчика (потребитель) от ответственности за нарушение сроков оплаты поставленной истцом (гарантирующий поставщик) электрической энергии.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 210, 539, 541, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 г. N 861, Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 4 мая 2012 г. N 442, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика, в собственности которого находятся объекты электросетевого хозяйства, от оплаты потерь электрической энергии, возникающих в этих сетях.

Удовлетворяя иск в части взыскания 501 150 руб. 13 коп. задолженности за поставленную в спорные МКД горячую воду, предназначенную для СОИ в МКД, суд апелляционной инстанции, выводы которого поддержал суд округа, руководствовался статьями 539 и 544 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пунктом 44 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2011 г. N 354 (далее - Правила N 354), подпунктом "а" пункта 21(1) Правил, обязательных при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом договоров с ресурсоснабжающими организациями, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 14 февраля 2012 г. N 124 (далее - Правила N 124), и, исследовав и оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что объем горячей воды, поставленной в целях СОИ в МКД, подключенных к централизованной системе ГВС и оборудованных ОДПУ тепловой энергии и горячей воды, подлежит определению с использованием показаний ОДПУ.