Судебная практика ГК РФ

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, проанализировав условия спорного договора, руководствуясь статьями 307, 309, 310, 330, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 N 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", установив факт нарушения обществом срока выполнения работ по договору, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для взыскания с общества неустойки, снизив ее размер по ходатайству последнего в соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Признавая требование конкурсного управляющего обоснованным, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из доказанности заявителем того обстоятельства, что полное погашение требований кредиторов должника невозможно вследствие отсутствия документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, руководствуясь положениями статей 329, 330, 421, 431, 702 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 3, 34 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", учитывая разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", принимая во внимание обстоятельства, установленные судом общей юрисдикции при рассмотрении дела N 2-0440/19, суды пришли к выводам о соразмерности штрафа допущенному обществом нарушению обязательств по контракту и, соответственно, об отсутствии оснований для его снижения в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Ш. о признании частично недействующими абзаца четвертого пункта 42(1) Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2011 г. N 354, пункта 3(4) приложения N 2 к данным правилам

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались статьями 15, 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 10, 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из доказанности всей совокупности условий для привлечения заявителя к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, будучи ликвидатором не обеспечившим сохранность принадлежащего должнику и находящегося в залоге у банка имущества (крупного рогатого скота), не установившего обстоятельств и причин его выбытия у бывших руководителей должника.

В силу пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Министерство финансов Российской Федерации, представляющее интересы Российской Федерации в Верховном Суде Российской Федерации в соответствии с частью 9 статьи 3 Федерального закона от 30 апреля 2010 г. N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" (далее также - Закон о компенсации), административные иски не признало, просило отказать в их удовлетворении, полагая, что судебное разбирательство в суде первой инстанции производится с высокой степенью эффективности, уголовное дело рассматривается судьей и коллегией из 12 присяжных заседателей, обладает особой правовой и фактической сложностью, многоэпизодностью, обусловлено поведением подсудимых, которые, пытаясь уклониться от уголовной ответственности, нарушали порядок в судебном заседании, что приводило к срыву судебных заседаний, а также поведением их защитников. Перерывы в судебном заседании вызваны уважительными причинами, в том числе в марте - мае 2020 г. принятием мер по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, и не могут служить основанием для признания действий суда при рассмотрении дела неэффективными. Ранее Герасимов А.В. и другие подсудимые по уголовному делу N 16375019 обращались в Верховный Суд Российской Федерации с административными исковыми заявлениями о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок. Вступившими в законную силу решениями Верховного Суда Российской Федерации от 10 июня 2019 г. N АКПИ19-308, от 17 июля 2020 г. N АКПИ20-172, от 2 октября 2020 г. N АКПИ20-554, от 6 апреля 2021 г. N АКПИ21-146 действия Архангельского областного суда при рассмотрении уголовного дела в период, исчисляемый с 29 декабря 2016 г. по 10 февраля 2021 г., а также общий срок судопроизводства по уголовному делу признаны не содержащими признаков нарушения требований разумного срока.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 189.23 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", согласился с доводами конкурсного управляющего об отсутствии реальной хозяйственной деятельности у заемщика, признав заведомую невозвратность кредита. Суд первой инстанции сослался на приговор Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 27.11.2019, которым Карпов А.В. (председатель правления банка) признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации. На основании изложенного, суд первой инстанции удовлетворил заявленные требования частично, взыскав убытки с Карпова А.В. в размере 44 927 999 рублей 67 копеек, отказав в удовлетворении требований о взыскании убытков с Дьячук Л.Ю.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 9, 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, применимой к спорным правоотношениям) и исходили из доказанности совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения Набиева Ф.Р. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неисполнение им обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

При названных обстоятельствах, установив обстоятельства фактического прекращения сторонами договорных отношений, руководствуясь статьями 195, 196, 199, 200, 450, 702, 708, 717 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", с учетом отсутствия доказательств приостановления, перерыва течения срока исковой давности суды по ходатайству ответчика применили исковую давность, что явилось самостоятельным основанием для отказа в иске.

Удовлетворяя заявление Низамова Р.Н. в части, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из доказанности реальности правоотношений по договору займа от 21.03.2016, наличия у заимодавца финансовой возможности предоставить денежные средства в соответствующем размере, отсутствия доказательств погашения долга должником; ипотека на спорное имущество зарегистрирована в Едином государственном реестре недвижимости, наличие предмета залога подтверждено. При этом судами произведен перерасчет процентов и неустойки.

В силу положений статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Признавая требование Мещеряков А.Е. необоснованным, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьей 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из того, что заявитель пропустил срок исковой давности по части требования, а также ошибочно полагал возможным включение в реестр требований кредиторов должника неустойки, начисленной после введения в отношении должника процедуры банкротства.

Вынося решение, суд первой инстанции применил нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о недействительности сделок и исковой давности в редакции Федерального закона от 7 мая 2013 г. N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и ст. 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Закон N 100-ФЗ), действующей на момент рассмотрения спора.

Статьей 927 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что основанием для возникновения у страховщика обязанности по договору страхования является договор страхования, заключенный со страхователем.

Согласно статье 940 указанного выше кодекса договор страхования должен быть заключен в письменной форме.

Отменяя судебные акты в обжалуемой части и направляя обособленный спор в отмененной части на новое рассмотрение, суд округа руководствовался статьями 53.1, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" и признал изложенные в них выводы основанными на неполном выяснении всех фактических обстоятельств дела, подлежащих исследованию в споре, имеющихся в нем доказательств, приводимых конкурсным управляющим и уполномоченным органом доводов.

Признавая требование Крамского Н.Н. необоснованным, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались пунктом 3 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и исходили из того, что заявитель не доказал наличие оснований для погашения задолженности перед кредиторами за счет денежных средств, получаемых (полученных) должником в качестве алиментов на содержание несовершеннолетних детей.

Признавая заявление налогового органа необоснованным, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьями 20.3 и 145 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и исходили из того, что Федеральная налоговая служба не доказала наличие оснований для отстранения Богдановой Г.Н. от исполнения возложенных на нее в деле о несостоятельности должника обязанностей.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 210, 249, 290 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 36, 37, 39, 154, 155, 158, 161 Жилищного кодекса, разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 64 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о правах собственников помещений на общее имущество здания", пунктами 28, 31 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 N 491, суды частично удовлетворили заявленные требования, правомерно исходя из того, что Предприниматель, как собственник помещений обязан нести бремя содержания общего имущества, соразмерно своей доле в праве общей собственности.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив наличие у кооператива задолженности по уплате арендной платы по договору аренды земельного участка от 19.03.2004, проверив расчет истца и признав его верным, суд, руководствуясь пунктом 1 статьи 50.1, пунктом 1 статьи 57, статями 606, 607, пунктом 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпунктом 7 пункта 1 статьи 1, пунктом 4 статьи 22, пунктом 1 статьи 39.7, пунктами 1, 3 статьи 65 Земельного кодекса Российской Федерации, постановлением Правительства Республики Калмыкия от 17.01.2014 N 15 "О порядке определения арендной платы, условий и сроков арендной платы за использование земельных участков, находящихся в собственности Республики Калмыкия, и земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена", разъяснениями пунктов 14, 16, 19 постановления от 17.11.2011 N 73 "Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды", требования комитета удовлетворил.