Судебная практика ГК РФ

По результатам изучения принятых по делу судебных актов и доводов, содержащихся в кассационной жалобе, установлено, что предусмотренные статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. Суды руководствовались статьями 19, 61.1, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 10, 168, 170, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 16, 69, 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и исходили из конкретных обстоятельств данного спора, опровергающих позицию заявителя.

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования, суды руководствовались положениями пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и, исходя из установленных фактических обстоятельств, пришли к выводу о правомерности требования в связи с подтвержденностью совокупности условий (совершение оспариваемой сделки в период подозрительности и в условиях неплатежеспособности должника, с целью причинения имущественного вреда правам кредиторов и неправомерного вывода активов из конкурсной массы должника), необходимых для квалификации оспариваемой сделки в качестве подозрительной и признания ее недействительной.

По результатам изучения принятых по делу судебных актов и доводов, содержащихся в кассационной жалобе, установлено, что предусмотренные статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. Суды руководствовались статьями 61.1, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из недоказанности совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались статьями 10, 61.11, 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из доказанности совокупности условий, необходимых для привлечения управляющей компании и заявителя к субсидиарной ответственности по заявленным конкурсным управляющим и уполномоченным органом основаниям.

Признавая требование конкурсного управляющего обоснованным, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 29 Федерального закона 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из доказанности оснований для признания спорных операций недействительными как совершенных вопреки правилам о распределении прибыли в момент наличия у должника просроченной задолженности и нарушающих права кредитора должника, требования которого остались неисполненными.

Довод кассационной жалобы о неприменении судами положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации противоречат разъяснениям, содержащимся в пункте 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств".

Исследовав фактические обстоятельства дела, оценив представленные по делу доказательства и степень влияния всех имевших место факторов на исполнение сторонами взаимных обязательств, установив наличие объективных причин, в соответствии с которыми у субподрядчика отсутствовала возможность надлежащего исполнения обязательств по договору, руководствуясь статьями 309, 329, 330, 401, 406, 708 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу об отсутствии вины субподрядчика в нарушении сроков производства работ и оснований для взыскания с него неустойки, отказав в иске.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что противоправные действия товарищества по прекращению водоотведения от помещения, принадлежащего истцу на праве собственности, и причинно-следственная связь таких действий, в результате которых предприниматель не мог использовать данное помещение в предпринимательских целях, установлены вступившими в законную силу судебными актами по делам N А56-4335/2019 и А56-164561/2018, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 15, 1064, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", пришел к выводу о наличии совокупности условий, необходимых для взыскания с ответчика убытков в виде упущенной выгоды в сумме 2 832 000 руб.

Повторно исследовав и оценив в совокупности и взаимной связи представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, руководствуясь положениями статей 1, 8, 10, 307, 309, 310, 432, 886, 887 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", принимая во внимание правовую позицию, сформулированную в пункте 5 Обзоре практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, утвержденного Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127, наличие в суде общей юрисдикции гражданского дела N 2-194/2020 (2-4886/2019) по иску третьего лица о разделу совместно нажитого имущества супругов, придя к выводам о недоказанности существования между сторонами спора обязательственных правоотношений по хранению имущества, а также о недобросовестном поведении сторон, являющихся аффилированными лицами в силу близкого родства, по отношению к третьему лицу, выразившемся в искусственном создании спорной задолженности, суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении иска.

Отказывая в удовлетворении иска, суды руководствовались статьями 539, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 07.12.2011 N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", Федеральным законом от 26.06.2008 N 102-ФЗ "Об обеспечении единства измерений", Правилами холодного водоснабжения и водоотведения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.07.2013 N 644, Правилами организации коммерческого учета воды, сточных вод, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.09.2013 N 776, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о недоказанности истцом самовольного пользования ответчиком системами водоснабжения и водоотведения.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались статьями 20.3, 59, 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве" и не установили оснований для лишения арбитражного управляющего Белобрагиной А.А. (действовавшей в условиях правовой неопределенности и конкуренции судебных актов по настоящему делу о банкротстве, в интересах должника и кредиторов) вознаграждения, причитающегося за периоды фактического осуществления ею обязанностей конкурсного управляющего должником.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должником сослался, в частности, на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанции исходили из совершения выплат в период подозрительности и отсутствия доказательств, свидетельствующих о встречном сопоставимом с размером премии предоставлении со стороны Соколюка В.А., экономически обуславливающего ее выплату в условиях критического финансового положения должника и при наличии значительной задолженности перед кредиторами и бюджетом, о которых не могло не быть известно заявителю ввиду занимаемой должности (член совета директоров должника). При этом судами указано, что данные о финансовом состоянии должника, указанные в бухгалтерских документах за 2017 год (на которые, в том числе, ссылается Соколюк В.А. в жалобе) не отражали его действительного финансового положения. Оснований для применения в отношении оспариваемой выплаты пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве с учетом установленных по делу обстоятельств не имеется.

Формулируя вывод о наличии "выкупной стоимости" в уплаченных лизинговых платежах, суд округа вошел в противоречие с постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", согласно которому посредством уплаты лизинговых платежей лизингополучатель возмещает лизингодателю предоставленное им финансирование и соответствующая плату за пользование финансированием. Следовательно, правомерно уплаченные первоначальным лизингополучателем суммы лизинговых платежей во всяком случае не подлежат возврату.

Руководствуясь положениями статей 65, 71 АПК РФ, статей 210, 249, 308, 329, 616 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статей 36, 39, 153, 154, 155, 158 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - ЖК РФ), установив право истца на обращение в суд с настоящим иском, признав правомерным расчет задолженности и процентов за несвоевременное внесение платы за содержание и текущий ремонт, а также придя к выводу о возложении именно на администрацию, как собственника жилого помещения, обязанности по уплате спорных платежей, суд первой инстанции удовлетворил заявленные требования в полном объеме.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, представленные сторонами доказательства, установив, что истец не оказывал услуги по передаче электроэнергии обществу "Калужская сбытовая компания"; в силу пункта 6 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861 (далее - Правила N 861), истец не имел права получать плату за передачу электроэнергии; общество "Калужская сбытовая компания" не использовало имущество, принадлежавшее истцу в спорный период, апелляционный суд пришел к выводу о недоказанности факта возникновения на стороне обществу "Калужская сбытовая компания" неосновательного обогащения в заявленном размере, образовавшегося, по мнению истца, из стоимости услуг по передаче неучтенной электрической энергии, а также недоказанности совокупности условий, необходимых для взыскания с ответчика убытков. При этом суд отметил, что расчет истца не основан на положениях действующего законодательства в сфере электроэнергетики.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должником сослался, в частности, на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанции исходили из совершения выплат в период подозрительности и отсутствия доказательств, свидетельствующих о встречном и сопоставимом с размером премии предоставлении со стороны Макеевой И.Б., экономически обуславливающего ей столь значительную выплату в условиях критического финансового положения должника и при наличии существенной задолженности перед кредиторами и бюджетом, о которых не могло не быть известно Макеевой И.Б. ввиду занимаемой должности (вице-президент - руководитель дирекции финансового контроля). При этом судами указано, что данные о финансовом состоянии должника, указанные в бухгалтерских документах за 2017 год (на которые, в том числе, ссылается Макеева И.Б. в жалобе) не отражали его действительного финансового положения. Оснований для применения в отношении оспариваемой выплаты пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, с учетом установленных по делу обстоятельств, не имеется.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и установили наличие оснований для привлечения субсидиарной ответственности заявителя, формально передавшего корпоративный контроль на должником в период возникновения у последнего признаков объективного банкротства, фактически осуществлявшего руководство его деятельностью и ответственного за невозможность погашения требований кредиторов.