Судебная практика ГК РФ

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административным исковым заявлениям С.Е., Б.А. об оспаривании подпункта "а" пункта 3, подпункта "а" пункта 13 приложения N 3 к Положению о порядке предъявления требований по обязательствам перед Российской Федерацией в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации от 29 мая 2004 г. N 257, постановления Правительства Российской Федерации от 22 мая 2024 г. N 634 "О внесении изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 29 мая 2004 г. N 257",

Удовлетворяя иск арендодателя, суды проанализировали условия спорного договора аренды, приняли во внимание обстоятельства, установленные арбитражным судом при рассмотрении дела N А82-2889/2021, руководствовались статьями 309, 310, 606, 614, 620 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из следующего: после направления уведомления об отказе от исполнения договора аренды Общество (арендатор) не вернуло арендованное имущество (вагоны) арендодателю в порядке, установленном договором аренды; неиспользование имущества не освобождает арендатора от внесения арендной платы; с Общества надлежит взыскать в пользу арендодателя испрашиваемый долг по арендной плате, рассчитанный до момента фактического возврата спорного имущества.

Повторно исследовав и оценив представленные в дело доказательства, суд апелляционной инстанции, выводы которого поддержал суд округа, согласился с выводом суда первой инстанции о том, что в случае предоставления земельного участка в аренду без проведения торгов процедура предварительного согласования предоставления земельного участка является обязательной и комитет должным образом не проверил наличие оснований для предоставления обществу земельного участка без проведения торгов, предусмотренных пунктом 20 части 2 статьи 39.6 Земельного кодекса, статьей 25.1 Закона Российской Федерации от 21 февраля 1992 г. N 2395-1 "О недрах" (далее - Закон о недрах), вследствие чего в нарушение требований действующего законодательства утвердил схему расположения спорного земельного участка.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из того, что оспариваемый договор дарения заключен за пределами периода подозрительности, установленного статьей 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", при этом оспариваемая сделка совершена в условиях злоупотребления правом, поскольку должник, осознавая последствия признания недействительности сделки, намерено вывел из собственности ликвидное недвижимое имущество в пользу заинтересованного лица (близкого родственника) на безвозмездной основе, сделки по переходу права собственности к наследникам являются недействительными как взаимосвязанные сделки между заинтересованными лицами (близкими родственниками).

Суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, исследовав и оценив по правилам статей 9, 65, 68, 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 309, 310, 421, 450.1, 453 ГК РФ, статьями 13, 15, 17 Федерального закона от 29 октября 1998 г. N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)", правовой позицией, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 октября 2021 г., установив факт ненадлежащего исполнения предпринимателем обязательств по внесению лизинговых платежей, наличие у лизингодателя оснований отказаться от исполнения обязательств по договорам лизинга и расторгнуть их в одностороннем внесудебном порядке согласно пункту 9.2 Условий лизинга (приложение N 4 к договорам), получение 13 декабря 2023 г. предпринимателем по почте уведомлений о расторжении договоров лизинга и направление им в адрес лизингодателя обращений, в которых истец просил приостановить расторжение договоров, отметив, что лизингополучатель имел возможность своевременно ознакомиться с уведомлениями и принять меры к урегулированию спорной ситуации, приняв во внимание, что на дату расторжения договоров лизинга общий размер задолженности лизингополучателя составлял более 5% от стоимости предмета лизинга, а период просрочки исполнения обязательства - свыше 100 дней, отказали в иске.

Суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, исследовав и оценив по правилам статей 9, 65, 68, 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, в том числе заключение судебной экспертизы, руководствуясь статьями 702, 711, 723, 740, 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой позицией, изложенной в пунктах 8, 12, 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 января 2000 г. N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда", установив, что Общество предъявило к приемке и получило оплату за работы по договору на сумму 23 479 564 руб., тогда как фактически выполнило их в меньшем объеме на сумму 21 372 702 руб., отклонив доводы Компании о некачественном выполнении работ и наличии оснований для взыскания с Общества начисленных штрафов, отказали в удовлетворении первоначального иска и частично удовлетворили встречный иск.

Отменяя постановление апелляционного суда и оставляя в силе определение суда первой инстанции, суд округа, руководствуясь статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 2, 10, 61.11, 61.14 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", согласился с содержащимися в нем выводами о соблюдении кредитором срока давности привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, исчисленного с даты вступления в силу решения налогового органа о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Удовлетворяя исковые требования, суды руководствовались статьями 8, 307, 539, 541, 543 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 4 мая 2012 г. N 442, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика от оплаты безучетного потребления электроэнергии.

Применяя к спорным правоотношениям пункт 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды не придали значения тому, что согласно заключенному между сторонами договору выполнение работ должно было производится поэтапно с отдельным сроком для каждого этапа, оплата осуществляться за разработанные разделы проектной документации, а предварительная оплата этапов (разделов) договором не предусмотрена (пункты 4.1, 4.3, 3.5).

Разрешая вопрос о назначении финансового управляющего, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статей 213.4, 213.9 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из необоснованности сомнений должника и кредиторов в независимости кандидатуры арбитражного управляющего Никифорова А.М., представленной ассоциацией "Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа".

Разрешая спор, суды, руководствуясь положениями статей 8.1, 12, 131, 218, 219 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 26, 40 Федерального закона от 13 июля 2015 г. N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", разъяснениями пунктов 58, 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", установив, что спорное имущество (машино-места) передано во владение департамента, при этом исковые требования в части обязания обеспечить постановку на государственный кадастровый учет нежилого здания автостоянки направлены на исполнение обязанностей общества как инвестора-застройщика по инвестиционному контракту, и иная возможность государственной регистрации права собственности города Москвы на спорное имущество (машино-места) отсутствует, пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска.

Исследовав и оценив по правилам статей 65, 71 АПК РФ представленные доказательства, истолковав условия договоров займа, исходя из принципа свободы участников при их заключении и определения условий договоров по усмотрению сторон, руководствуясь статьями 190, 309, 310, 395, 421, 431, 807, 809 - 812 ГК РФ, суды пришли к выводу об удовлетворении иска, признав расчет процентов за пользование чужими денежными средствами арифметически и методологически правильным.

Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд округа, руководствовался положениями статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 8 февраля 1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ), установил наличие оснований для привлечения к участию в деле в качестве соответчика бывшего генерального директора общества Ястребова С.А. и, указав, что решение о ликвидации общества ответчиками не принималось, признав недоказанным наличие обстоятельств, свидетельствующих о совершении ответчиками неразумных и недобросовестных действий, которые обусловили неисполнение обществом обязательств перед Фондом, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Разрешая спор, суды, руководствуясь положениями статей 334, 339, 348 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 71, 100, 138 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. N 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя", учитывая решение суда общей юрисдикции об обращении взыскания на заложенное имущество, пришли к выводу об установлении за залогодержателем статуса залогового кредитора и включении его требования в реестр требований кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 23 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ (в редакции от 8 августа 2024 г.) "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО) общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества.

Суды применительно к критериям установления обоснованности требований к должнику, руководствуясь статьями 71, 100 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 10, 168, 170, 807, 808 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениями пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 г. N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", признали договор займа и дополнительное соглашение к нему недействительными сделками, поэтому отказали во включении в реестр основанного на них требования.

Удовлетворяя иск при повторном рассмотрении спора, суды руководствовались статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 4, 7 и 30.1 Федерального закона от 7 декабря 2011 г. N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", пунктами 118, 124, 125, 127, 128, 129, 130(1), 130(3), 170, 194 - 198 Правил холодного водоснабжения и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что абонент обязан соблюдать установленные распоряжением от 19 августа 2020 г. нормативы с момента его опубликования независимо от подачи корректирующей декларации, а поскольку соответствующие изменения в декларацию абонентом своевременно внесены не были, общество имело право руководствоваться значениями концентраций загрязняющих веществ, указанными корпорацией в первоначальной декларации на 2020 г.

Разрешая спор, установив, что кредитор ООО "АйДи Коллект" является правопреемником кредитной организации, руководствуясь статьями 7, 213.5 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", правовой позицией, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2022), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 1 июня 2022 г., суды признали наличие у заявителя права инициировать возбуждение процедуры банкротства заемщика в упрощенном порядке.